Дело Матильды Егоровой (СИ)
— Ну, так что вы хотите знать еще?
— Расскажите, при каких обстоятельствах вы обнаружили тело.
— Так я ж вашим все уже выложила, больше добавить мне нечего.
— И все же вынужден настаивать, чтобы вы повторили свои показания. Возможно, в ходе нашего разговора вам придет на ум или вспомнится что-то еще. Поймите, в делах об убийстве важна каждая мелочь.
— Ну, как скажете. Значит так, каждый понедельник, среду и пятницу около часа ночи я приходила к Матильде убираться. По правде говоря, согласно договору с агентством уборка у Матильды только по средам, но мы с ней, как бы это сказать, условились, что я еще в понедельник и пятницу буду заглядывать. Конечно, в отношении фирмы, где я работаю, это выглядит не совсем порядочно, но у меня свои причины: первый внук этим летом в вуз поступил, второй скоро в пятый класс идет, сами знаете, как сейчас детишек растить затратно. Вот и кручусь, как могу. Официально устроена в агентстве по найму персонала, а в свободное время уже как самозанятая заказы принимаю. И если вдруг клиент от фирмы желает увеличить количество уборок в неделю, я всегда вперед свои услуги предлагаю. А что такого? Людям так даже дешевле выходит, да и мне дочке копейкой помогать нужно. Матильде тоже все равно было, кому за чистоту платить, и работа моя ее полностью устраивала. Одно только условие: чтоб днем пылесосом и шваброй не гремела да ей спать не мешала. Вы же знаете наших звезд: ночью ходят где попало, а днем отсыпаются. В таком графике и Матильда жила. Вот и приходилось мне ночью, когда нет ее дома, прибираться. Она и ключи от квартиры своей мне выдала. А я в оговоренное время приду, все дела переделаю да приготовлю ей чего на скорую руку. Матильда-то к плите не знала, как и подойти, если б не моя помощь, так и питалась бы одними салатами да доставкой. А домашнее же всегда вкуснее, сами знаете. Вот и все мои обязанности. Да это только на словах легко кажется. Бывало, только к пяти утра все закончить и получалось. Квартирка-то у нее немаленькая, аж четыре комнаты целых, попробуй тут управься одна. Да и сама Матильда не очень аккуратная, к порядку не приучена, все везде разбросано постоянно. Как ни приберусь, через день прихожу — опять бардак. Оно и понятно: без матери ведь росла, бедненькая. Вы уж только, будьте добры, в агентстве моем не говорите, что я… это… за их спиной клиентов переманиваю. Дурного ничего не думайте, я налоги исправно плачу, все у меня как полагается. Да вот проблем лишних на голову не хочется, еще же, чего доброго, и уволить могут. Я им уж сама что-нибудь выдумаю для оправдания, скажу, мол, закрутилась, дни напутала или еще как отболтаюсь. У нас там знаете какие порядки строгие. Ладно?
Максим кивнул, она продолжила:
— Ну вот и сегодня пришла приблизительно без пятнадцати час. Открываю дверь, включаю свет и вижу — лежит. Я подумала, может, пьяная, спрашиваю: «Матильда, ты что, до кровати не доползла, что ли» Она молчит. Я к ней ближе подошла, трогаю, а она уж холодная и не дышит совсем. Ну, тут-то я сразу все поняла, давай звонить вашим. Собственно, все.
— Видели ли вы кого-то из знакомых рядом с ее домом или подъездом, когда шли к ней сегодня, может, заметили что-нибудь странное?
— Нет, никого не видела. Да и пришла я поздно, она уже мертвее мертвого была, а убийцы и след простыл к тому времени. Вроде и один из ваших сказал, что все случилось еще вчера вечером. И если уж совсем откровенно, лейтенант, я ж сначала даже не поняла, что убили-то ее. Темно, страшно, да и не приглядывалась я так чтобы сильно: лежит себе лицом вниз, спина волосами прикрыта, крови не видно. Я и подумала, что с сердцем, наверно, что приключилось или тромб. С такой экологией даже молодые уже долго не живут. А как приехали ваши, обнаружилось, что ее, оказывается, зарезали. Ой, жалко, конечно, девку. Молодая ведь совсем, жить и жить еще… — Галина на пару секунд замолчала, погруженная в свои мысли, а после резко добавила: — И все-таки я от своих слов не отказываюсь, как на допросе говорила, так и вам, молодой человек, повторяю: кокнул ее братец — больше некому. Он пьяница, постоянно деньги у нее клянчил, а она не давала, молодец, хотела, чтоб он сам себя обеспечивал. Вот он за это ее и прикончил, дармоед.
История начала проясняться, и Максима это порадовало. Брат-алкоголик — потенциальный подозреваемый в деле об убийстве. Из опыта журналисту было хорошо известно, на что зависимость любого рода толкает людей. А здесь не только перманентное желание выпить, но и богатая сестра под боком, у которой или по-хорошему, или по-плохому, но всегда можно чем-то поживиться. Подобный сценарий вообще-то не редкость: пришел, она открыла, просил денег, она не дала, убил ее и вынес из квартиры пару вещичек на продажу или начисто опустошил кошелек. Да, вполне рабочая версия, будет о чем написать. Однако Максим продолжил расспрашивать:
— Вы знаете, как зовут этого брата, его адрес, телефон? Когда вы видели его в последний раз?
— Так я же вашим уже говорила, что нет. Ничего я о нем толком не знаю, где живет, слыхом не слыхивала. Да и не видела его ни разу в жизни: я у нее по ночам работала, а по ночам ее дома нет. А вот откуда знаю про все, сейчас вам расскажу. Вы только не подумайте ничего плохого. Я вообще подслушивать не люблю и в чужие дела привычки совать свой нос не имею. Моя матушка меня так воспитала, и своих детей и внуков я воспитываю точно так же. Ну так вот. Работала-то я у Матильды по ночам, но каждую неделю во вторник около пяти заезжала к ней за расчетом за свою уборку. Так и в тот раз было. Я к ней приехала, стою на пороге, а она мне рукой показывает, мол, сейчас-сейчас, закончу и деньги отдам. Ну, мне спешить некуда, я дальше стою, жду. А Матильда тем временем в соседнюю комнату ушла, да так громко говорила, что не услышать просто невозможно. Что ж мне, уши, что ли, затыкать? — усмехнулась Галина и посмотрела на Максима так, словно искала одобрения. — Я сначала не поняла, с кем это она, а потом уж сообразила, что это братец ее в очередную переделку попал. Он у нее, я так думаю, совсем того, — Галина покрутила пальцем у виска. — Матильда ему, значит, говорит: «Рома, братик, пожалуйста, вернись на работу, я все улажу, договорюсь, тебя там будут ждать завтра с утра. Ты должен работать, так делают все, и это нормально. К коллективу ты привыкнешь, уверена, что скоро у тебя появятся там хорошие друзья. Пойми меня, милый, я хочу, чтобы ты стал более самостоятельным, взрослым. Я знаю, ты сможешь, все страхи лишь у тебя в голове. Пожалуйста, давай решим этот вопрос. Я все устрою, только пообещай мне больше не пить и вернуться на работу». Уж не знаю, что он ей ответил, наверно, отказался да денег стал требовать, а она резко так бросила: «Нет, так не пойдет. Ты должен сам зарабатывать, потому что уже не ребенок, а взрослый мужчина, не забывай!» Я считаю, все правильно она ему долдонила. Молодец! Но уж слишком мягкой с ним была. Как же это называется, когда взрослая детина на шее у сестры сидит? По-разному сейчас можно зарабатывать. Вот у меня внук целыми днями в компьютере своем торчит, а все равно какую-никакую копейку в дом приносит. А тот Ромка ну совсем уж обнаглел: квартиру ему сестра купила, еду привозила, только что сопли не вытирала. А он, видишь ли, работать не может, дескать, стеснительный. Это ж надо такое придумать-то? Я бы на ее месте тоже ни рубля бы не дала. Да только вон как дурно это все для нее обернулось. Видать, сильно трубы горели, а денег на бутылку нет, вот и прибил сестру-то. Ой, горе-горе! Вы так на меня, молодой человек, не смотрите. Я всю правду говорю, врать я не приучена. Да что оно так и было, и Маринка подтвердить может: она тоже тогда у Матильды была, раз я этот разговор слышала, значит, слышала и она.
— Кто такая Марина?
— Да как же ж это? Я ж вашим уже триста раз о ней говорила. Ну Маринка, подружка Матильдина лучшая. Я у Маринки по субботам прибираюсь с двенадцати до двух дня. Она тоже из этих девиц богатеньких. Да только у Маринки, несмотря на ее работу и гулянки ночные, дома всегда чистенько. Одно удовольствие прибираться. Все по полочкам всегда разложено, аккуратненько собрано, все вещи на положенном им месте. Мне только и остается, что пыль протереть, где-то там по углам с пылесосом пройтись, посуду сполоснуть по-быстренькому, и все блестит. Нравится мне, как Маринка за домом своим следит. Настоящая хозяйка! Ну, так это и по профессии ей положено. Клиенты ведь всегда грязь заметят. А у нее они придирчивые, пигалицы эти избалованные. Маринка-то малекалкой работает.