Законы Рода. Том 5 (СИ)
Рубиновая жидкость разлилась по бокалам. Я быстренько сбегал за серебряным подносом с нарезанными фруктами и вскоре начал свою удивительную историю о том, как судьба познакомила меня со Светловыми и сделала своего рода союзниками. Я был честен и откровенен, чувствуя, как она пытается ковыряться в моих мозгах, желая понять, какие чувства я испытываю к Елене. А я не забывал подливать ей вина в бокал и опустошать свой. Эфир расщеплял алкоголь, и я постоянно увеличивал скорость разливания бутылки. Вскоре настал черёд второй…
— А как тебе Елена? Симпатичная девчонка… Только самоуверенная чересчур, как по мне. И хитрая… Отцом манипулирует. Помолвку отменили, а новую не назначили. Признавайся, хотел бы затащить её в постель и сделать своей? — усмешка появилась на лице Стефании, и она легла на диванчик, обнажив свои бёдра. Медленно, но верно её ноги переместились и легли на мои колени.
— Для меня это была бы великая честь. Однако я слишком низкородный и нищий, чтобы предлагать графу Светлову свою кандидатуру.
— Какой ты скучный… Я спрашивала тебя о другом. Если бы не было отца, взял бы её? О, или тебе больше Дарья Волжская, эта бунтарка в Сибири потерявшаяся пришлась по душе?
Она начала сжимать и разжимать пальчики на ногах, ведя себя всё разнузданнее. Тьфу! Сто процентов на массаж ступней намекает… Надо срочно сменить тему и перехватить инициативу.
— Боюсь, если я позарюсь что на Светлову, что на Волжскую, то это будет последнее, что я смогу сделать в своей жизни. Потом меня сожрут её родственники и воздыхатели даже без отцов и матерей. Я уже из-за просто общения с ней встрял в дуэль. Ирисовы — сильный и могущественный род. Если я буду неосторожен, то могу умереть просто по дороге в академию… С врагами, а я им практически враг, любые средства хороши.
— Это меня бесит в аристократах порой… Из-за мелочных обид создают большие проблемы таким, как я. Я слышала о причинах конфликта Ирисовых и Светловых. Не понимаю, при чём тут ты? Почему ты считаешь себя практически их врагом? Ну, повздорил с тем мальчишкой…
— Ваше величество… Я ему руку сломал. А для таких, как Ирисовы, это ущерб их репутации, — произнёс я, а Стефания от моих слов закатила глаза, показывая своё отношение к их «репутации». — И самое главное: согласно распоряжению Совета они готовятся к мировой между родами, желая определить, кто прав, кто виноват через дуэль. И по условиям этой дуэли именно я буду сражаться за честь Светловых. Говорят, мой оппонент очень силён…
— Хм… Как его зовут?
— Демидов.
— А, да. Помню такого… Талантливый. Галантный. Обручён с дочкой Ирисова. Верный вассал и один из десяти сильнейших магов империи до двадцати лет. И крайне тупой, раз отказался от моего предложения…
Стефания убрала ноги и села нормально, но уже через секунду вдруг приблизилась ко мне и прошептала заговорщицки на ухо: — Хочешь, он внезапно обе ноги сломает?
— Ваше величество! — с возмущением в голосе ответил я. — Простите, но нет! Нельзя!
— Хм… Почему? — нахмурилась Стефания, видя, как я взбудоражен подобным предложением, и даже не пытаясь отодвинуться от меня.
Я слышал аромат алкоголя и духов, идущих от неё, видел её покрасневшее лицо и потерявшие фокус глаза…
Так, ещё мгновение — и она атакует. Надо бить на упреждение. Чем-то удивительным, что её слегка протрезвит.
— Ведь тогда дуэль не состоится, и я не смогу получить, что мне нужно, от Ирисовых! Я уже высказал Светловым, на каких условиях согласен участвовать. Я смогу победить Демидова! Единственное… Я переживаю, что среди аристократов узнают, что я вхож в ваши покои. Боюсь, тогда все решат, что это вы подстроили итоги дуэли… Это будет вредно для вас и вашей репутации! Как я могу это допустить? Поэтому точно никаких манипуляций быть не должно.
— Божечки, какой ты хороший… Так обо мне даже мои советники не переживают… А знаешь, я прибуду на эту дуэль. Это будет хороший способ объявить о своей… — Она начала шагать пальчиками по моей ноге в сторону пояса. — Заинтересованности… В молодом… Красивом… Сильном аристократе… После этого и публичного поздравления, я бы хотела посмотреть, кто посмеет покуситься на тебя из числа этих болванов.
Её рука схватила меня за воротник и потянула на себя. Довольно настойчиво… Я в итоге даже «упал» на неё, оказываясь прямо у её лица.
— Больше… Не думай… о других девках… — тихо проговорила Стефания, и я мысленно запросил экстренную помощь у Фомы.
«Выручай!»
— Пи! — раздалось с мраморного столика, рядом с которым едва не началось позорящее мою родовую честь безобразие.
Звук этот напряг не только Стефанию, но и охрану.
— Ваше величество! Прибыл сюрприз, о котором я говорил, — улыбнулся ей, сдерживая свои эмоции. — Разрешите представить вам уникального фамильяра, подобного которому не существует во всём мире! Насколько я знаю… Смею заверить, как только я стану подданным Российской Империи, он первым принесёт ей славу и почёт, ведь это будет уникальное достижение, от которого все ваши соседи обзавидуются, а всякие султаны, например османские, искусают все локти и перебьют всю посуду в своих дворцах, требуя найти такого же.
Говорил громко, чтобы охрана не решила убить Фому. Хотя нарядил я его в одежды, достойные аристократа, поэтому с ходу прихлопнуть его, как обычного грызуна, они не должны были.
Стефанию мой сюрприз сперва не устроил, ведь отвлёк от самого главного. Но слова о султане вернули ей не просто хорошее расположение духа, но и немного ясности в её разум, равно как и заинтересованности.
Не тратя время, я помог Стефании сесть, открыл новую бутылку, налил вина ей в бокал и представил Фому.
— Ваше величество! Перед вами мой первый фамильяр. Первый и, возможно, самый разумный в мире!
Про Кена я старался не вспоминать, ведь у него совершенно другая роль. Да и как фамильяра я его не регистрировал.
— Пи! Пи-пи! Пи-пи! — поклонился он, сняв фуражку с головы и совершив что-то вроде книксена по-хомячьи.
— Он рад приветствовать вас. Я понимаю всё, что он говорит. А ещё именно благодаря ему я смог одержать победу на том турнире, ведь он владеет одним из редчайших направлений магии в нашем мире. Магией пространства! Он способен переносить объекты на маленькие расстояния, а также меня, человека, что связан с ним неразрывно.
Фома, как мы и договаривались, при этих словах вытащил из своего пространственного убежища букет цветов, что был больше него в десять раз, и пододвинул к Стефании.
Одного взгляда на регентшу хватило, чтобы понять — сюрприз удался. А вот какие последствия будут у этого сюрприза — большой вопрос… Как он проник сюда через охрану? Он принёс цветы, а вдруг в них бомба? Или он вытащил бы связку гранат и убил бы правительницу? В общем, разведка и телохранители, что тайно за нами следили, явно были сейчас перевозбуждены… Правда, далеко не так, как это было со Стефанией минуту назад. Нет, они просто хотели схватить меня и хомяка и утащить в казематы. Только Романова им этого не позволит. Она с улыбкой сидит и смотрит на красавца, который даже шоколадку достал и от сердца оторвал, подарив ей.
Я даже прокомментировал и сказал, что мне он никогда не дарил больше кусочка шоколада, что для него дороже, чем золото для людей. А ей вот так, целую плитку, да ещё и с орешками.
— Он восхищён вашей красотой, ваше величество!
— Пи! — кивнул Фома, которому я купил целых десять шоколадок, чтобы договориться об этом жесте в адрес Романовой.
Финальный штрих — шоколадное сердечко в красной обёртке…
— За вашу счастливую улыбку, ваше величество… — протянул я бокал моей будущей жертве.
* * *
Ушёл из дворца я далеко за полночь. Фома устал, объелся, напился ликёра в конфетах и теперь спал в кармане. Стефания тоже напилась и спала. Её оказалось намного сложнее напоить, чем я рассчитывал. Организм, видимо, слишком закалённый.
Перед выходом меня полчаса допрашивали из-за Фомы. Слава богу, они не потребовали его отдать. Да и регентша не потребовала подарить ей это чудо. Конечно, отмазка у меня была готова, и она даже была правдивой: без подпитки моей энергией фамильяры умрут.