Законы Рода. Том 5 (СИ)

— Не стоит излишне беспокоиться…
Я высвободил свой покров, от которого воздух вокруг запах озоном, и зелёные молнии заискрились вокруг моего тела.
— ФЫР! — воспрял боевым духом электроёжик, оценив появление достойного противника.
Я открыл дверь и вошёл внутрь, смотря на бушующую энергию бывшего жителя Беловежской Пущи.
— Ну давай!
— ФЫР!
Потоки молний устремились друг к другу, и павильон залил сине-зелёный свет.
* * *
Имение Золотарёвых. Глава рода со своей дочерью.
— Ну вот, а ты переживала… — улыбнулся Золотарёв, только недавно прилетевший обратно на Урал и добравшийся до своей резиденции.
— Конечно, переживала! Это же мои дети!
— И мои внуки, хочу напомнить… Стефания, конечно умная стерва. Хитрая, наглая, но не безумная. Не зря мы столько времени готовились и высказывали свои опасения нашим друзьям и нейтральным родам. Недовольства было много, и один прецедент был бы опасен для всех. Так что, когда речь зашла о Берестьевых и я взял слово, потребовав либо предоставить подтверждение обвинения моего погибшего зятя, либо прекратить демонстрацию признаков тирании, где любой достопочтенный боярин может быть сперва убит, а затем обвинён во всех смертных грехах, она знатно обделалась. Даже не сумела собрать и трети голосов, когда я потребовал от всех присутствующих поднять руки, если они за предоставление доказательств. И с Капонарией те же дела. Ей там, можно сказать, каждый второй род в лицо предъявил своё возражение за подобное своевольное исполнение данного древнего закона в отношении Берестьевых. И многие высказались за то, что твой покойный супруг был в своём праве отстаивать своё имение и свою честь, ведя бой с незваными, вооружёнными гостями. В общем, она быстро поняла, куда ветер дует, и полчаса пламенными речами, спихивая вину на исполнителей, говорила о том, что у неё и в мыслях не было довести ситуацию до подобного.
— Лгунья…
— Все политики такие.
— Эх… Это раздражает. И что в итоге?
— Она пошла по пути наименьшего сопротивления. И когда я протянул ей руку помощи, то вцепилась в неё, как в спасательный круг.
— Может, не надо было ей предлагать какие-то альтернативы? Пускай бы сама крутилась…
— Родная моя, для нас этот вопрос крайне важен, но у империи есть проблемы и поважнее. И для решения этих проблем ей нужен кто-то такой, как Стефания. Лицо и голос, который будет вещать с трибун и представлять империю перед всем миром. Пусть тебя не пугают эти цифры долга, распроданные вещи супруга и детей. Я отправляюсь на аукцион, где выкуплю большую часть их наследия. Старые друзья Димки тоже будут там. Мы сбережём всё, до чего дотянемся. А земли — дело наживное. Со временем если и не вернём их, то заимеем новые. Жизнь твоих сыновей и доброе имя рода — намного важнее материальных благ. И мести… Месть не приведёт ни к чему хорошему…
— Но откуда у тебя такие деньги? Я ведь знаю, что мы не богачи, готовые к безумным тратам…
— Ну, что-то одолжу, что-то продам… Не переживай, доченька. Я не позволю каким-то проходимцам забрать то, что нажили вы с Димой, то, что принадлежит моим внукам по праву. Я в свои-то годы уже не такой боевой, и всё, что у меня есть, — это вы, влияние и деньги. Так что не переживай. Скоро все невзгоды пройдут, и Максу можно будет смело вернуться… Стефания забудет о своей обиде и претензиях, особенно после того, как я ей помог. Другого выбора у неё не останется. Власть её над родами изрядно пошатнули и взяли в свои руки десять боярских родов. И наш род — один из них! Ну и своего в итоге она добилась. Кто-то её обожает, кто-то ненавидит, но все её признали. С ней готовы считаться, поэтому…
— Мужа мне это не вернёт. Для меня она как была врагом, так и осталась. И для детей моих — тоже. Я уверена.
— Ну, насчёт Максима я не уверен, а вот Вова… Ты слышала, куда его отправляют? Вернее, их с той псионичкой, невесткой нашей. Ну и Максима, если найдут, отправят туда же…
 
— Слышала. Не напоминай мне об этой суке, — злобно высказалась дочь графа и тяжело выдохнула, отпустив эмоции и начав радоваться тому, что худшее уже позади. — Так вскружила голову Вове… Какая же она… Ещё и про Максима ничего не слышно. Ни весточки… Здоров ли он? Жив ли вообще?
— Судя по тому, что я слышал, вполне живой. Даже очень, — хмыкнул с улыбкой Золотарёв. — Только подробностей не знаю.
— Можешь узнать подробнее, как он там? — щенячьим взглядом посмотрела дочь на своего отца.
— Нет. Ты же знаешь, что это… Нельзя. Мы по легенде оборвали с ним все связи. Нам даже появляться рядом опасно. За нами следят, не забывай. Пусть уже и не так активно, но всё равно… Если кто-то заподозрит связь между нами, боюсь, моему внуку придётся ой как несладко…
— Ох, беспокоюсь я… Мы его к этому совсем не готовили, — покачала головой Мария Золотарёва.
— Не переживай, доченька. Его жизнь подготовила.
 Глава 15 
— И это всё, что ты можешь?
Я скакал вокруг ежа, избегая, словно матадор, его молниеносных атак. Причём молниеносных — в прямом смысле этого слова.
Засранец думал, что это будет лёгкий бой и наглый человечишка в моём лице будет разбит. Но не тут-то было! После пары километров пробежки с утяжелителями я словно парил! Я был быстрее гепарда и проворнее горностая, да ещё и его синие молнии, его гордость, не могли пробить мой покров и эфирных зелёных электрозмей, бегающих вокруг моего тела.
Понятия не имею, как его молнии влияют на всех остальных, но лично я не ощущал от них никакой угрозы. Более того, они были подобны освежающему морскому бризу, что обволакивал меня, и, соприкасаясь с покровом, они становились как бы нейтральными, а потом и вовсе впитывались в моё тело, восполняя запасы энергии. Вот и метался злой, пыхтящий и фыркающий ёж, как пчелой ужаленный, по нашему импровизированному рингу, пытаясь вогнать в моё тело свои колючки.
— Давай-давай, электроёжик. Если это всё, что ты только можешь показать, я ни на какую охоту и битву тебя не возьму. Дома к генератору подключу, будешь мне расходы за коммуналку снижать! Глядишь, за пару лет и отобьёшь свою стоимость. — насмехался над ежом, который, видимо, поняв, что я издеваюсь, стал фыркать ещё злобнее.
Дошло до того, что дикий зверь начал уставать. С грохотом врезавшись в прозрачную стену, ёж какое-то время приходил в себя после удара и пытался найти меня. А я прятался у него за спиной.
— ФЫР! — гордо возвестил он и тряхнул телом, не обнаружив меня.
Я пнул его по заднице, чуть не порвав свои любимые кроссовки. Хорошо хоть покров их защитил.
— Что значит «ФЫР»? Думал, своей жалкой атакой ты меня уничтожил, и я исчез? Давай, электроёбжик, поднимай свой колючий зад. Или ты ни на что не годен?
— ФЫР-ФЫР-ФЫР-ФЫР! — затарахтел он и начал набирать разбег, изливаясь молниями во все стороны.
После третьего пинка зверь совсем обезумел, и целое море молний затопило клетку, отчего та задрожала.
— Ох, что-то интересное… — удивился я, видя, как мой покров проседает.
Слишком много агрессивной энергии на квадратный сантиметр защиты приходится.
— Ф-Ф-Ф-ФЫ-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-ЫР!
Меня словно волна морская накрыла. Даже ослеп на секунду, так как вокруг всё сверкало до безумия ярко. И тут ёж влетел прямо мне в живот. Только вот покров так и не пробил.
Вообще, пробить защиту схожей стихией нелегко. И благодаря особенностям эфира я смогу в будущем адаптироваться под любого противника, если научусь управлять покровом воителя в достаточной мере, чтобы придавать ему свойства других стихий.
— Что ты там ёрзаешь…
Я схватил ежа и стал удерживать. Тот суетился и пытался вырваться.
Поднял его за хвост, увидел до безумия злые глаза и ухмыльнулся.
— Что, обессилел? Ладно, последняя атака была неплохой. Так уж и быть, возьму тебя. С другими фамильярами, возможно, поладишь. А если нет, тебе же хуже. Ведь далеко не самый сильный и полезный среди них. Но четыре балла из пяти я тебе поставлю. Зачёт пройден. Успокаивайся и собирайся.