Захват цели (СИ)
— У нас средь телят этого года, больше половины телочки. — краснея, и отводя взор, проговорил фермер, и мер разогнул еще один палец.
Взглянул на меня, я вновь пожал плечами, тип — а я то тут причём? Хмыкнул, произнес.
— Ну ладно, убедили, перспектива есть.
А у меня зазвонил телефон. Обычный, мобильный, который мне тут выдали ради обычной связи. С которым я по причине занятости, еще и близко не освоился. И который высветил мне сейчас «Неизвестный номер».
Хм, странно!
— Да.
— Это начальник станции вас беспокоит. — проговорил голос пожилого мужчины с того конца аппарата, — Мне дали ваш номер, сказали поможете. — и я, отведя телефон от уха, взглянул на него с презрением.
А дальше что?! Меня будут беспокоить старшие ассенизаторы?! Или вообще — высшие трубочисты?!?!
Серьёзно? Мне эту трубку только день назад вручили! Я её в руки второй раз беру! А из номеров в ней… президент, да один из генералов ФСБ. И то, их я туда не я сам забил, а мне уже дали с такими контактами.
А собеседник тем временем продолжил говорить:
— У меня тут в отстои стоит целый эшелон техники. Уже месяц стоит, как неприкаянный! Делать с ним не знаю, что… — проговорил он, чуть не плача, вызвав у меня тяжелый вздох. — И так уже загнали в самый дальний тупик, да он, длиннющий, все равно торчит-мешается!
Так… стоп! Длинный эшелон техники…
— А это не эшелон «Б-117» случаем? — припомнил я, одну дружескую просьбу.
— Сейчас, секунду… он! Он родимый!
Нашлась пропажа! — вздохнул я, и посмотрел на окружающих меня людей, внимательно за мною наблюдающих. И слушающих. Но моё «птичье пение», им не подслушать. А потому я, продолжая говорить в трубку телефона голосом, сообщая, что эшелону не долго осталось торчать на запястных путях, сообщил через рацию потерявшему состав, в результате сбоев при смени систем, человеку, что пропажа нашлась, и он может забирать — мешается!
И выслушав раздавшийся из телефона троекратное спасибо, все же решил поинтересоваться моментом, интересующим меня сейчас больше всего:
— А откуда у вас мой номер?
— Так это… дали. — ответил этот некий «начальник станции».
— Где?
— Так это… в министерстве!
— В каком! — прикрикнул я, понимая, что из этого хрыча все приходится тянуть клещами.
— Особых вопросов. — так и не понял от чего я злюсь старичок.
Ага, значит у моих клерков уже есть мой номер, а я его сам еще не знаю, да? Весело! Ну я им задам!
— В следующий раз звоните в министерство транспорта. И представляетесь по нормальному, кто, откуда, какая станция. — проговорил я максимально хладнокровно, и положил трубку, переключив внимание на мэра — У вас найдется пара печатей, и бумага с собой? У фермеров такая жизнь, что думаю не стоит их дергать в город без особой на то причины.
— Хотите составить договор? Прямо здесь? — выпучил глаза уважаемый человек, смотря на меня видом, что типо его дергать в такую глушь можно, а этих оборванцев в город — нет?!
— Предварительный вариант в общих чертах. — улыбнулся я лукаво — А потом мы с вами по дороге побеседуем о планах дальнейшего развития региона.
Глава 24 — Молокозавод
— Похоже я так скоро буду буквально жить в самолете — задумчиво проговорил я, глядя на облака через иллюминатор авиалайнера.
Ведь за последние три недели я реально провел времени в воздухе больше, чем на земле! Мотаясь по стране словно челнок ткацкого станка! Словно посыльный… с огромными полномочиями, решая проблемы то тут, то там. Что почему-то на отрез отказываются решатся тупо по телефону.
Ввязался же я в это сельской хозяйство! Вот так. С разбега. С наскока! Как в… Как в коровью лепёшку носом! Зато вроде дело сдвинулось с мертвой точки. И… госхозы, начали появляться тут и там. Пока правда все больше на бумаге. Зато технику из потерявшегося эшелона пристроили уже вполне реально.
Её банально стало невыгодно, нецелесообразно гнать туда, куда она предназначалась. Ведь забрела она в края далёкий, что от завода изготовителя до пункта назначения теперь путь раза в три короче. Не мудрено, что её в этом захолустье никто и не думал искать, обнаружив потерю при неприбытие состава вовремя в пункт назначения.
— Только не вздумайте опять прыгать с самолета. — подошел ко мне человек, принеся стакан воды, и иные люди, так же летящие с нами первым классом, немного косо на него посмотрели.
— Переживаешь? — принял я стакан.
— Переживаю. И не только я. — сел данный кадр напротив меня.
Он вообще-то мой человек! Вот до мозга костей мой… но, это не значит, что на него нет влияния у других. И после моего того прыжка… ну, высказались мне о моём неподобающем поведении для министра довольно немало уважаемых людей. И вообще, порекомендовали больше использовать для этих целей помощников да представителей, ну и телефон, а не бегать самому по грязи, как девочка-посыльная. Не к лицу.
— Лучше смени мне номер. — протянул я помощнику свой телефон, в выключенном состоянии.
— Номер? — принял он из моих рук телефончик последней модели.
Навороченный! С влагозащитной! А иначе бы уже сдох он в том озере. С большущим экраном! Непонятно зачем там нужным — хрупкий ведь! С ножами в одну складку не положишь. Да и с лимонкам тоже.
— Ага. А то его, похоже, уже каждый бомж с улице знает. — вздохнул я, и отвернулся обратно к иллюминатору.
Мужчина же включил телефон… что, лишь с небольшой задержкой после, начал трезвонить напропалую, несмотря на высоту полета. Подцепился видимо к бортовой сети связи, паразит он эдакий!
— Ало… — поднял трубку мой помощник.
И через минуту, не сказав ни слова, положил.
— Что там? — поинтересовался я, хотя прекрасно слышал, о чем там говорили.
— Интересуются, когда отопление дадут на улице Соломенной, в городе Ростове. — отрешенно ответил мне человек — Говорят, в больнице рядом уже во всю топят, а у них словно лед перекачивают.
— Ну… — вздохнул я — больницы, школы, детские сады, это особый случай. У них отопление всегда включают раньше.
Но меня кажется проигнорировали.
— Даже звук говорят от батарей идет, будь то внутри что-то похрустывает и звякает… — проговорил он словно бы под гипнозом, и замер как робот исполнивший программу — брр! — встряхнулся — Да, посмотрим, что можно сделать! Со сменой номера. — пояснил, и отключил телефон как раз в тот момент, как тот начал звонить.
— Эй! Двухсотая! — через миг заговорила моя рация раздраженным голосом одного очень известного генерала ФСБ — Что за дела?! Сначала телефон вечно вне сети держишь, а теперь вообще трубку сбрасываешь?! Мы тебе что, просто так телефон покупали?! Совсем оку… берега не видишь.
— Вы вообще-то в общем канале, — подал голос, как ни странно, его начальник, — следите за речью.
— Да и… ой, простите. Бес попутал. — осознал сей кадр, кого только что хотел послать. — Двухсотая, ответь семьдесят девятому. — произнес он уже как положено правилами, и я с неохотой оказался вынужден ответить.
— Двухсотая на проводе — ответил я, но ни как того требует программа, отвечающая за создание приватного канала.
У неё вообще, с родами туго, и она меня иначе как Двухсотый не признает. Хотя при этом распознает кучу слов, имен, позывных и вообще — отличная вещь! Уже проверенная временем, с еще предыдущей версией наушников, и позволяющая обходится исключительно голосовым управлением. Без ручной «игре по каналам».
Правда в пред идущей версии не было физической поддержки многоканального режима, тогда, когда создавались те наушники еще и не догадывались, что так вообще возможно. Да и голосового управления в тех наушниках физически тоже не было! Но там был костыль, сервер, обрабатывающий данные и щелкающий каналы по запросу, которые в строй ввели уже давно, позволяя моей устаревшей сети вклинится в новую, обновлённую. Ну а после его часть впихали в мои новые наушники-рацию.
Но все же. Косяки распознавания речи у данной системы были и есть, как и у любой иной системы, созданной человеком. И я давно изучил их, и использую себе на благо. Как например сейчас, не вывел наш разговор с общей линии. Позволяя другим участником эфира нас подслушивать.