Захват цели (СИ)
И системы и комплектующее для этого всего, тоже производят у нас! Чипы начали делать еще давно, еще в девяностых Тень прибрал к своим рукам то, что осталось от союза и развил. Потом это продолжило развиваться дальше, и наушники на мне, тому доказательство.
Правда тогда это все было дико секретным! И микропроцессоры, с особой непонятной миру «русской» архитектурой. И программы для них, написанные на русском и понимающие русский язык. Своеобразная защита от взлома!
Сейчас это все дело частично рассекретили. Чипы доработали, доведя до уровня полноценных иностранных процессоров для рабочих машин и игровых ПК. Нарастили количество ядер, и число потоков, увеличили частоту, и много что еще придумали! И встал вопрос, как это все теперь выпускать в массы, на рынок обычных и условно обычных пользователей, выдавливая тем самым с рынка иностранный компонент.
И писк, стоящий в тот момент в информационном фоне, долетел тогда даже до меня! Сильно далёкого от этой всей темы. Говорили мол, мы-ж никогда свою полноценную ОС не создадим! Тут же все программирование нужно заново проходить! Создали. И даже несколько видов! Пусть и не все из них стоили пристального внимания.
Говорили, что под эту созданную нами «недовинду», мы никогда не получим внятный «софт» — получили! И столько, что девать его уже. Как говорится, некуда. Конкуренция из однотипных программ выполняющих самые разнообразные задачи и на высоком уровне, настолько велика, что на текущий момент цена лицензии дешевле булки хлеба. А то и вовсе «пожалуйста, пожалуйста! Ну попробуйте мой графический редактор! Ну прошу!».
И зря я позвонил в Вологду! Мне тамошний за кафедры современных технологий, института машиностроения, сейчас вообще все уши прощу ржал, мол его студенты-обалдуи, ничему не хотят учится, только и делают, что какие-то странные писюльки для новой «неопкатанной» ОС выдумывают. То «ворды» какие-то новые, то «потошопы».
И что тогда при этом всем, на наше образование пеняют?! — потер я глаза, и возвращая папку с бумагами на место — все тут нормально! Похоже, меня дезинформировали — и я взял папку иную, с надписью, гласящей, что документы принадлежат институту связи и коммуникации.
А, понятно — тут все так же, как и с вояками! Есть яркие светила, где реально двигают науку, есть кучки грязи, куда лучше не ступать — утонешь. И противовес местам, где на уроках проходят устройства современных систем программирования, и изучают машиностроение на примере роботизированных комплексов, есть институты, где на уроках проходят ламповые устройства. И то, сугубо в теории, по конспектам.
Надо! Надо заняться образованием! Ой как надо! И не с наскока, как я тут взял, и влетел, маша шашкою не глядя, рискуя отрубить голову своему коню. А по нормальному! По серьёзному! Основательно со всем разобравшись! Вот только… а есть ли у меня на это время? Все-таки я… не министр по образовательной части. И даже не где-то рядом.
Не потянуть мне это. Не потянуть! Не с тем, что я уже на себя взвалил. Тут нужна команда. Иная команда, чем у меня, и много-много работы.
— Награждается… — вещает оратор, очень хорошо поставленным голосом —…за выдающиеся заслуги… — стоя с грамотой на вытянутых руках, пред толпой одетых на парад людей —…за неоценимый вклад… — и посреди заполненного до отказа людьми зала —…за честь и преданность! Своему делу, и своей стране… — вполне такого неплохого зала!
Вот только меня там нет. Я реквизировал у охраны телек, и под его мелодичное бурчание и мелькание картинок, жую сухарики, да подписываю бумажки. «Не своей рукой» подписываю, утверждая рост финансирования на тридцать процентов, двух десятков перспективных проектах в области микро, и силовой электроники.
Так же меняю часы теории и практики местами в паре крупных институтов, в уже утвержденных бумагах. И отдаю распоряжение своей бравой братии, найти одного человечка, что подозрительным образом вдруг «исчез с радаров» в тот самый момент, как друзья из ФСБ, наконец нарыли на него компромат.
Мы, впрочем, на него тоже кое-что нарыли, но он исчез ото всех, и сейчас похоже, будем искать его тушку в канаве всем коллективом!
Чворт! Столько работы, и всё коту под хвост! Похоже где-то завелся крот. Вопрос лишь — у нас? У них? Просто кто-то проболтался? Причем последнее, я легко представляю, и именно с нашей стороны. У меня ребята вроде не из болтливых, но опытный психолог, их легко раскрутит. Они у меня… так сказать, немного наивные, даже если этим «мальчикам» уже под полтинник.
— Награждается Александр Николаевич…
— Их-хи-ги — растекся я в улыбке, глядя на ставшего красным аки помидор, теперь уже, замминистра… по особым вопросам.
Нет они меня так точно в могилу сведут! Министерство особых вопросов? Это вообще, что? Что оно делает? За что отвечает?! А понормальнее название придумать не могли!? А то это выглядит как министерства пряной гребли! Или иными словами — отвалите, здесь сидит мальчик-мажор-любименький-сыночек.
Хотя в данном случае — дочечка.
— Тфу! — сплюнул я пустоту, дабы не пачкать ковёр.
Его вообще-то люди каждый день чистят! А я привык уважать чистоту.
Кстати, насчёт чистки… — вытек я из-за стола, не отодвигая плотно прижатое к нему кресло. Аккуратно, и плавно двигаюсь, не издавая ни единого звука или даже шороха, следя краем глаза за датчиком движения сигнализации в углу, доползаю до края пушистого ковра на полу. До стенки, где притаился смачный и невероятно наглый, но совсем не живой ЖУК.
Сидит, сидит зараза! Размером больше моей ладони! Сливается с орнаментом обоев, и его похоже никто в упор не видит. И вот что мне интересно, это устройство, пишет видео или аудио? Или и то, и то? Ведёт трансляцию, или так, на внутреннею память? Кто его сюда поставил? Зачем? На каких основаниях…
Эх! Жаль Я не умею пользоваться той балдой, что жжёт электронику! Она у меня есть, валяется вон там, в углу кабинета, но этим делом заведовал мой тёзка. И без него, от части, я без рук! Хоть у него и сломана нога. И даже вон, на награждении, стоит, бедняга, в гипсе с костылём.
А у меня тут жуки по стенам ползают! Развелись, понимаш-ли, пока никто не видит! Столь ограмадные, что кажется даже смешно, что его никто не замечает! Хотя у меня и бывают в кабинете то три калеки за день, не считая уборщиков. Я-ж всё сам, все сам… Да и жук один, и он так расположен, что его видно хорошо, только из-за моего стола, с моего кресла. То есть увидеть, заметить, его должен только и исключительно я? Или это следствие того, что он за мной следит и наблюдает?
Но всё равно топорно! Его же после установки так натёрли спиртом… что не учуять подобное, вернувшись «на родину» с тех дурацких учений, мог только простуженный! Или контуженный. На что видимо и был расчёт. И я хотел отодрать его от обоев ещё тогда! Но решил, за столь наглую наглость поберечь, и подождать, пока этот ставший объёмным орнамент кто-нибудь заметит помимо меня. Не заметил. Никто.
А ведь вчера мне тут ещё и эту сигнализацию воткнули! Да без меня! Я у министра финансов гостил… — взглянул я на датчик движения в углу, что ставили тут явно не уборщики помещений! — а раз люди из СБ, ничего не засекли во время работ… в общем, надо бы поковырять эту конторку с пинцетом! По особым я вопросам, али где? Крыс там явно развелось… немеряно.
И надо бы завести себе ещё пару-тройку помощников! Министр я в конце концов, али так, погулять выше?! Не престало мне самому по поручениям бегать! Даже когда нужно нужные бумаги украсть-подкинуть. Хотя это все же можно! А вот ожиревать на лаврах — точно не стоит.
— Что значит «не вы»? — проговорил я, чувствуя, как у меня сейчас начнет дёргаться глаз — Бумага ваша? — потряс я пред лицом человека листком бумаги.
Гербовой. С печатями, на котором было отпечатано решение, об установке сигнализации. И что шло комплектом к установленной без моего ведома сигнализации в моём кабинете.