Перелом (СИ)
— У вас ведь есть танки?
— Так точно геноссе генерал-лейтенант. Танковый полк и два панцер-гренадерских полка. Двести единиц танков «леопард-2» и три сотни бронемашин различного типа.
Генерал Брайт, наконец усмехнулся.
— Черт возьми…Я думал, наше отступление –уже никогда не закончится. Но слава Марксу,у нас теперь есть танковые части в люфтваффе и они прибыли на помощь.
Брайт решительно подошел к карте, расстеленной на столе.
— Подойдите сюда, геноссе Вальтер… Дела идут скверно. Десятая полевая армия Фитингофа,чудом избежала кольца под Житомиром и откатывается в сторону Ровно, оставив укрепления линии «Гинденбург» без сопротивления. Восьмая полевая армия Отто Велера,куда входит и наш 3 панцер-корпус, атакованные тремя русскими ударными кулаками едва не попала в окружение в районе Немиров-Винница. Наш фронт прорван на всю глубину, русские «свистуны», висят у нас на хвосте, постоянно атакуя и заходя во фланг. Бронетанковые силы группы армий «Юг», основательно потрепаны неудачной операцией «Фестунг» и из-за потерь не имеют возможности парировать действия механизированных соединений русских.
— Геноссе Брайт,что значит «свистуны»?
Герман Брайт,едва не поперхнулся, потом поднял удивленные глаза на Вальтера и спросил.
— Генерал-майор, вы что,не служили на Восточном фронте?
— Никак нет, товарищ генерал-лейтенант. Но я больше двух лет провоевал в Африке! Камерун,Ливия,Египет! Командовал 22 парашютной дивизией в операции «Анубис»,за что награжден Дубовыми листьями к Кресту Шарнхорста!
Вспылил Вальтер.
Герман Брайт покачал головой и тихо сказал
— Да, «Анубис»,прекрасно проведенная операция спасшая жизни десяткам тысяч жителей ГДР и лояльных нам арабов (2)… Как и оборона от янки линии «Цезарь». Но здесь, в России, совсем другая война и другой противник…
— Я понимаю…
— Нет, геноссе Вальтер. Отрезал Брайт
— Не понимаете. Русские — не американцы и если ваш арьергард огрызнулся,янки оставят вас в покое,дадут отойти, надеясь,что вас добьет авиация. Здесь же, если арьергард обстрелял русских,они наоборот удваивают усилия, что бы его уничтожить. Для них это как красная тряпка для быка, значит –наш основные силы где то рядом. Они догонят и вцепятся в вас, что бы им этого не стоило.
— Но это рискованно!
— Несомненно. Но русские,любят рисковать генерал-майор. И мало обращают внимания на собственные потери. Их промышленность сейчас на подъёме и помогает быстро восполнять утраченную технику. Даже такую сложную,как самолеты,вертолеты и газотурбинные танки…
— Это вы их называете «свистунами»?
— Да. Это порождение дьявола, не иначе. Быстрая, маневренная машина с очень крепкой броней в последней модификации. Держит даже оперенные-бронебойные снаряды «Pfeil» с полукилометровой дистанции в лоб…
Эрик немного опешил. Оперенные подкалиберные снаряды,обычно протыкали американские М90 насквозь, словно картонные. Не считая модификаций с дополнительной броней…А здесь. С полукилометра выдерживает попадание…Немыслимо…
— Сколько у вас обстрелянных солдат, геноссе Вальтер?
— Не менее четверти личного состава. Ветераны африканской компании.
— Это неплохо,геноссе,очень неплохо…Смотрите внимательно.
Палец Германа Брайта уткнулся в город Проскуров.
— Это второй город губернии, после Винницы. Русские нацелились на него и планируют как Винницу обойти его с флангов и угрозой окружения вынудить его сдать. За Проскуровом уже в сотне верст, старая государственная граница. Там сейчас, спешно оборудуется оборонительная линия «Германарих». Но на ее обустройство,нужно время. Которого, русские нам не дадут.
Генерал-лейтенант, вздохнул, подбирая слова.
— Ваша дивизия «Рихтгофен»,геноссе, по приказу генерала Вёлера,временно поступает под мое командование геноссе Вальтер. Мой корпус измотан тяжелыми потерями и отступлением и едва ли насчитывает двести семьдесят боеспособных «леопардов».
У Вальтера удивленно взлетели брови.
— Да –да,не удивляйтесь. Это реалии Восточного фронта. Две недели назад,я вел в бой больше тысячи «леопардов» на Уманском направлении,сейчас у меня осталась едва ли четверть. Что бы вырваться из кольца под Ободовкой пришлось пожертвовать своей лучшей, восьмой панцер-дивизией. Слава Марксу, из Винницы мы сбежали без потерь.
«Интересно,почему генерал Брайт так смел и так откровенен⁉Неужели на востоке никто не боится комиссаров и „штази“?» пронеслось в голове у Эриха.
— Сейчас,у нас появился реальный шанс остановить наступление русских. Благодаря внезапному и точному удару ваших коллег из люфтваффе,уничтожена штабная колонна русского механизированного корпуса генерала Чоглокова. Мехкорпус временно дезорганизован и остановился минимум на двое суток. Южнее остановившегося мехкорпуса Чоглокова, на Проскуров наступает мехкорпус генерала Громова,одного из лучших русских танковых командиров. Они наступают широким фронтом в составе трех танковых и двух моторизованных бригад на легкой бронетехнике. Мотопехота держится на флангах, танковые бригады идут по центру, постоянно маневрируя. Благодаря временной остановке наступления 53 мехкорпуса у русских образовался серьезный разрыв в боевых порядках вот здесь…у города Летичев. Его вчера занял усиленный эскадрон русской разведки,около полусотни бронемашин из состава 4 Финляндской егерской бригады(3)
— Ударим с севера в открытый фланг атакующего русского мехкорпуса⁉
— Именно так. У нас будут сутки форы,не более. Разгромим мехкорпус Громова по частям. Сначала 2 гвардейскую танковую бригаду,потом пятнадцатую и восьмую Сибирскую гвардейскую. Противник будет вынужден бросить силы 53 мехкорпуса и 61 мехкорпуса на выручку Громову. Тем самым дав нам время, на обустройство укреплений «Германариха».
— Так точно. Отличный план, геноссе Брайт. Просто отличный. Главное, что бы «иваны» не пронюхали о нем раньше времени…
1.Товарищ –в данном случае,это заместитель Верховного
2. События мая в Египте и операция «Анубис», будут описаны отдельной главой
3. В данном случае генерал Брайт имеет в ввиду стрелковую бригаду
Глава 31
Ретроспектива. Москва 23 мая 2007 года.
— Вы были правы….Знаменитое жандармское чутье,вас не подвело…Здесь сплошные махинации. Количество реальных вылетов транспортных самолетов по полетным журналам минимум вчетверо меньше,чем в учетных документах Штаба партизанского движения. Более семидесяти процентов грузов уходило на «черный рынок».
Орал в трубку Соболевский, пробиваясь через треск помех.
— Отлично. Вы закрепили их показания? Ксаверий Казимирович?
Ответил Женя Небогатов, чувствуя как пот течет по спине.
— Так точно, Евгений Вадимович.
— Оставайтесь на месте. Сейчас свяжусь с Алексеевым,за вами вышлют воздушный транспорт. С охраной. Вам надо дождаться вечера. Кто бы это не был,злоумышленники серьезно настроены. Будьте осторожны…
— Нас атаковали по дороге. Стандартный армейский РМТ, трое гайменников в военной форме. С пулеметом. Нам несказанно повезло,что они пошли на обгон и впялились в ротиновской «атлант»…
— С трупами работают?
— Не знаю. Мы торопились в штаб 408 авиатранспортного полк. Комендатуру некогда было вызывать.
— Где это было?
— Минский тракт. Километр сто пятидесятый…Не дальше.
— Хорошо. Примем меры. Удачи. Ждите вертолет с охраной и будьте внимательны, господин Соболевский.
— Вы тоже, господин полковник…
Бросив трубку, установленной в конспиративной квартире засекречивающей аппаратуры связи, Небогатов, прошел в кабинет и задумался.
«Неужели все так просто и так примитивно⁈ Всегда считал генерала Кобзева, высоким профессионалом и интеллектуалом,не совершавшим ошибок. Один разработанный план по ликвидации генерала Унгерна,чего стоил. Или операция „Иерихон“(2)когда мы руками еврейских боевиков расправились с украинскими погромщиками –социалистами⁈ И здесь банальные приписки и идиотские приказы о резком увеличении численности партизанского движения? Что бы проще списывать стратегические материалы на „черный рынок“? Как то не вяжется в голове…»