Перелом (СИ)
— Достанем билеты. Я все таки, полковник Корпуса жандармов, а не пехотный зауряд-прапорщик. Оживился Небогатов, отложив в сторону обязательную утреннюю газету. Мне надо сделать пару звонков.
Встав, опираясь на трость, поцеловал жену в лоб изаковылял в кабинет. Сегодня у него отдых, вот завтра, придет медсестра обработает заживающую рану, послезавтра с ним работает массажист,разминая мышцы, для лучшего притока крови в поврежденное бедро. Начальник ведомственного госпиталя ОКЖ, полковник Лев Аркадьевич Панаев,по началу на просьбу Небогатова перевести его на восстановительный режим в домашней обстановке поначалу был этой просьбой, крайне недоволен.
— Что вы,что вы –голубчик! Евгений Вадимович,вам минимум месяц еще восстанавливаться!У вас же специальная витаминная диета! И еще месяц,на лечебную физкультуру и массаж! О выписке на домашнее лечение-не может быть и речи! Рана может открыться в любой момент!
— Чувствую себя здесь лишним, Лев Аркадьевич! Потери каждый день, привозят раненных офицеров,моих сослуживцев а я здесь прохлаждаюсь с пустяковой царапиной. Тем более полтора года в лесу провел,в землянке, семью не видел. Сын,вон кадетом стал, в Санкт-Петербурге учится, надо навестить. Нет, дорогой Лев Аркадьевич,выписывайте меня на домашнее лечение…
Эскулап стоял насмерть,словно утес,но бочонок горного меда и пять фунтов дефицитного в военное время,грецкого ореха,переданные родичами супруги Небогатова с Кавказа, растопили суровое полковничье сердце.
Небогатова отправили домой на «разгонной» госпитальной машине, и закрепили за ним для ухода медицинскую сестру и массажиста, молчаливого якута,с крепкими, словно стальными пальцами.
— Пойду Дарью из школы встречу. Заодно в булочную зайду, воздухом подышу. Сообщил супруге, Женя и одев укороченную суконную куртку и кепку, вышел из квартиры.
На улице,несмотря на яркое весеннее солнце,было практически безлюдно и основательно замусорено. Раньше за такое,муниципального чиновника бы повесили за…прямо на дверях управы, а нынче,нет.
Война, поди и в управе теперь одни женщины работают. Мир,где победили суфражистки…Фронт горел, пожирая не только бесконечные эшелоны с техникой,топливом и боеприпасами,но еще быстрее он пожирал –людей. Небогатов покосился на табличку у соседнего подъезда. С траурной ленточкой… «Дмитрий Ромашов, 1977–2006, гвардии рядовой,сапер». Бывший товарищ по детским играм выросший с ним в одном дворе…
Прихватив трость поудобнее,что бы не давать лишней нагрузки раненной ноге, Женя направился в сторону земской школы. Раньше, что Ярослав, что Дарья –учились в неплохой частной школе,в двух остановках от дома,но через полгода войны, министерство просвещения, волевым решением, закрыло все частные школы,мобилизовав учительский состав. Поэтому жена, не долго думая, перевела детей в ближайшую земскую школу. Новых учеников,местные старожилы встретили, не сказать, что ласково,но к чести детей,что Ярослав,что Дарья могли за себя постоять и вскоре освоились на новом месте. Потом сын, неожиданно для родителей, изъявил желание надеть погоны и поступил в Ревельское морское радиотехническое училище ВМФ,эвакуированное в Петербург,на курс специалистов по радиоэлектронной борьбе. Несмотря, на очень серьезный конкурс и отсутствие в семье действующих морских офицеров, Ярослав поступил…хоть и на «подготовительный курс». Его фотография в бескозырке,бушлате с якорями на погончиках,широченных брюках с начищенными ботинками,теперь украшала стол Небогатова. Сын,выглядел на фото-абсолютно счастливым, улыбающимся,хотя вряд ли кадетская служба,давалась ему легко. Его покойный дед,был бы доволен, что в семье Небогатовых, появился еще один моряк.
Вот и школа появилась, рядом с ней булочная –пекарня «Кренделек»,которой владеет семья Наумовых, куда Женя с детства ходил за пышным,свежеиспеченным хлебом. Обычно за прилавком стоял старший сын пекаря Игната — Пахом или его дочь, Матрена дебелая и шустрая девица. Теперь, за прилавком стояла какая то сгорбленная старуха.
— Любезная, мне бы пончиков в шоколадной глазури и пряников со сгущенкой. И хлеба «Рижского» одну порцию…
Старуха подняла на Небогатова глаза и он невольно отшатнулся. Перед ним, стояла Матрена,враз постаревшая лет на двадцать.
— Ой, Евгений Вадимович здравствуйте! Я вас и не узнала! Сейчас заказ соберем…Я слышала супруга ваша говорила,что вы без вести пропали!
«Вот сорока то! Языком мелет,словно пулеметом. А ведь уже двадцать лет в столице, не в родном ауле!» Раздраженно подумал Женя о болтливой супруге и поднял руку, демонстрируя трость.
— Жив Матрена, зацепило только! У тебя то как дела?
В ответ, лицо Матрены сморщилось словно резиновое и она взрыдала в голос отпугнув немногочисленных покупателей.
— Ууубили братика моего, ироды! Год назад, под Брянском и убили…А Пашке, мужу моему,что охотником служить пошел,дурак этакий — ноги миной, в декабре оторвало. Выше колена!…Теперь дома лежит на диване,пьет и плачет…Вот я теперь одна с батей, хозяйство веду и детей тащу! Матушку то –паралич после смерти Пахома разбил…
Небогатов вздохнул и неловко протянув руку,тронул Матрену за плечо,которую помнил рыжей,шустрой девчонкой и максимально ласково сказал.
— Крепись. Все скоро закончится….Он хотел еще что то добавить, но в голову ничего,кроме пустых,казенных фраз которые круглосуточно несутся из радио и телеприемников.
Поэтому, он бросил на прилавок деньги,не считая и взяв плотный бумажный пакет с выпечкой подмышку,припадая на поврежденную ногу двинул в сторону школы.
Дочка, уже ждала его возле лестницы,в окружении нескольких девочек и пары пацанов,явно одноклассников.
— Папка!! Папка пришел!!! Радостно взвизгнула Дашка повиснув у него на шее,отчего он едва не уронил пакет.
— Вот знакомитесь,это мой папа,полковник,Евгений Вадимович… Схватив отца за руку, Даша подтащила его к стоящим школьникам.
Трио девчонок,тут же сделали книксен,показывая уровень воспитанности, два молодых человека с значками бойскаутов,на теплых пальто, слегка наклонили головы.
— А вот мой папа, всегда за мной в форме приходит. Со значением сообщил один из мальчишек,рослый не по годам,румяный блондин.
— Это потому,что твой папа,армеец,при штабе округа служит. А мой папа –жандарм… Гордо выпалила дочка, победоносно посмотрев на одноклассников.
При фразе «мой папа-жандарм»,второй школьник, невысокий,чернявый мальчишка, сделал быстрый шаг и спрятался за девочек.
Небогатов нагнулся с блондину,аккуратно взял за воротник и притянул к себе,внимательно глядя в глаза.
— Сынок,я на секретном задании. Надеюсь ты понимаешь, о чем я… Многозначительно произнес Небогатов.
— Да господин полковник, вернее дядя Женя…Закивал головой блондин, косясь на Дашу.
— Болтуны, дети — находка для врага. Германская и английская разведка везде имеют своих агентов! Поэтому,никто не должен болтать где работают или служат –их родители!
Строго сообщил Небогатов, ловя восторженные и настороженные взгляды школьников.
— Все Дарья –пошли домой,мать уже заждалась поди. Давай мне сумку с учебниками, сама держи пакет со сладостями.
* * *— Даш,но откуда ты знаешь, что я полковник жандармерии? Мы же о службе никогда не говорили с тобой.
— Хммм…папа,не считай меня за дурочку! Мне уже десять лет! Тоном очень похожим на мать,заявила Дарья. Когда служанка, Авдотья,убирала твой кабинет, я видела шинель в шкафу. Она- серо-голубого цвета,такая бывает у жандармов!
— С чего ты взяла!
— Ха. Я,что телеприемник не смотрю? Парад ежегодный в честь взятия Белым Движением — Москвы! Там же всех показывают. Зеленая форма –у армии и гвардии,черная –у моряков,синяя –у летчиков! А жандармы- у них голубовато-серая…
— Хорошо. Согласился Небогатов с рассуждениями дочки. А с чего ты взяла,что я –полковник?
Девочка возмущенно фыркнула,неотразимо напомнив Жене –возмущающуюся супругу.
— На шинели,было три звезды. Больших. А у папыВитьки Веревкина, на шинели две больших звездочки только… А он-подполковник. Значит ты –старше по званию!