Вечность без Веры

– Господин Аарон, – обратился к незнакомцу гвардеец, целившийся в нее из бластера, – да она специально под машину бросилась. Сбежать пытается.
– Не обращайте внимания. Садитесь в машину и поезжайте спокойно по своим делам, – добавил второй.
Вера почувствовала, как закипает от гнева. Мало того, что они ей не поверили, так еще и наговаривают! Только слепой бы не увидел, что под колесами автомобиля она оказалась случайно. А если они переубедят этого «господина Аарона»? Что тот сделает? Страх и злость с новой силой подстегнули ее, она начала судорожно придумывать, как доказать свою принадлежность к первому округу.
Аарон резко поднялся.
– Рты закрыли и вернулись на свои посты.
Голос его вдруг стал таким холодным и властным, что Вера невольно отпрянула. Если бы он заговорил таким тоном с ней, у нее бы сердце в пятки ушло. Но сейчас он защищал ее, и первоначальный испуг уступил место благодарности.
– Так точно, – отозвались оба гвардейца пристыженно и отступили ко входу.
Аарон проводил их тяжелым взглядом, а потом присел на корточки рядом с ней.
– Извини, – снова мягко проговорил он.
– За что?
– За этих двух идиотов. Они не имели права так с тобой говорить.
После нескольких часов боли, ужаса и страха было важно почувствовать чье-то неравнодушие. В глазах неожиданно защипало от подступивших слез.
– Спасибо, что заступились за меня.
– Нашла за что благодарить, – фыркнул Аарон. – И давай на «ты». Тебя как зовут?
– Вера, – чуть слышно произнесла она.
– А меня Аарон. – Он оглядел ее с ног до головы. – Встать можешь?
– Не знаю.
Он потянулся к ней, но замер, так и не дотронувшись.
– Можно? – спросил он.
Вера кивнула.
Его рука легла ей на талию. Холод, свойственный Вечным, проник сквозь медицинскую сорочку. Аарон осторожно поднялся и потянул Веру за собой. Ее бедро, копчик и плечо пронзила боль. Колени подкосились, и Вера, застонав, обмякла в его руках.
– Нам нужно отвезти тебя в больницу. Я думал, что толком не задел тебя. Где болит?
– Везде.
Даже если в действительности у нее был лишь ушиб и ожог, болело все тело. Аарон прав, было бы разумно показаться врачам, но Вера боялась, что ее могут надолго оставить в больнице, а ведь до комендантского часа оставалось не так уж и много времени! Собрав волю в кулак, Вера заставила себя распрямиться.
– Мне уже лучше.
Аарон недоверчиво нахмурился. Вера сделала шаг назад, желая доказать, что с ней все в порядке, но идея была плохой: от бедра по всей ноге разлилась горячая волна боли. Всхлипнув, Вера закусила губу.
– Ага, я вижу, как тебе лучше.
Аарон вновь обнял ее за талию, и Вера с радостью прислонилась к нему, перенеся вес с травмированной ноги на здоровую. Второй рукой Аарон обхватил ее запястье. Он был выше по меньшей мере на голову, и потому ему пришлось наклониться, чтобы закинуть ее правую руку себе на плечи.
– Пойдем.
В этот раз Вера не пыталась идти сама, а позволила Аарону буквально отнести себя к машине. Оказавшись с противоположной от водителя стороны, он сказал:
– Открыть дверь.
Вера встрепенулась.
– Как… – Но задать вопрос до конца не успела.
Дверь выдвинулась на несколько сантиметров и плавно заскользила в сторону и вверх. Конечно, Вера прекрасно знала о голосовом управлении машинами, но впервые столкнулась с ним лично. Большая часть жизни воспитанников проходила в стенах ПЭЦ. У них не было ни денег, ни времени кататься по первому округу. Кто-то выбирался гулять по воскресеньям, Вера же проводила свободное время либо в детском отделении, либо в ближайшем парке, поэтому понимала во всем этом не так много.
Аарон помог ей удобно устроиться на соседнем с водительским сиденьем, с осторожностью застегнул ремень безопасности. В салоне пахло миндалем и мандаринами. Вера с наслаждением вдохнула полной грудью теплый аромат. По спине пробежали мурашки. Осмотревшись в поисках источника, она, к своему стыду, сообразила, что это был запах Аарона. Просто за пеленой боли она не заметила этого раньше. К щекам прилила кровь.
 
Аарон встретился с ней взглядом.
– Если ты переживаешь из-за кожи, то она искусственная.
– Что? – спросила Вера.
Она уставилась на Аарона и подумала о том, что его молочно-белая кожа была ровной и гладкой. Неважно, сколько ему было на самом деле лет, выглядел он немногим старше Веры.
– Сиденья. – Аарон кивнул в сторону обтянутых бежевой кожей сидений электромобиля. – Это имитация, хоть и высококачественная.
– А, да, очень хорошо, я рада.
– Ты странно себя ведешь. Может, все-таки в больницу?
– Мне нельзя в больницу, – запаниковала Вера.
Аарон поднял одну бровь.
– Почему?
– Вдруг меня госпитализируют? Нет, точно нельзя. У меня завтра последний экзамен перед выпускным. Я должна на нем быть, даже если придется вернуться с того света.
Аарон осмотрел ее с ног до головы, видимо, что-то прикидывая, и наконец спросил:
– Ты можешь поклясться мне, что не собираешься трагически умереть от внутреннего кровотечения?
Вера улыбнулась. Ей нравилось его чувство юмора.
– Клянусь.
– Ладно, – Аарон кивнул, – но у меня есть одно условие. Я отвезу тебя домой. Если по пути тебе станет плохо, я хочу быть рядом, чтобы помочь.
Вполне логично и как нельзя кстати. Аарон сможет провести ее через границу, и ей не нужно будет вновь спорить с узколобыми гвардейцами. Не придется придумывать, как воспользоваться сломанным коммуникатором в СТ1. И, самое главное, она успеет зайти в ПЭЦ до комендантского часа, когда двери закроются и попасть внутрь до утра никак не получится.
– Договорились.
Аарон кивнул, распрямился и надавил рукой на дверь с ее стороны, под его напором та начала опускаться. Вера следила за тем, как он уверенным шагом обходит машину. Ее взгляд скользнул к гвардейцам, которые с затаенной злостью смотрели в их сторону, и остановился на папке, лежавшей на дороге.
– Я забыла папку! – Вера замахала здоровой рукой, указывая Аарону на папку. – Пожалуйста, подними!
Через минуту заляпанная кровью папка лежала на ее коленях. Аарон провел указательным пальцем по центральной панели машины, так что она засветилась сиреневым цветом, будто была кристаллом с жидкой сердцевиной. Вера завороженно смотрела, как поверхность меняет форму и становится многогранной. После нескольких секунд трансформаций она стала походить на карту первого округа, где особенно ярко отразилось одно здание. По форме оно напоминало… Щепку! Вера уставилась на Аарона.
– Откуда ты знаешь, что я из ПЭЦ?
– Выпускные экзамены в твоем возрасте только у воспитанников ПЭЦ и бывают, – невозмутимо ответил он, нажав на кнопку рядом с рулем. Машина плавно, словно по воздуху, заскользила в сторону ворот. – Я прав?
– Да.
Аарон улыбнулся.
– Я всегда прав.
Вера фыркнула. Вдруг машину ослепило зеленым светом, точно вспышкой, и чип завибрировал. Что это значит? Сердце затрепетало от испуга. Вера обхватила запястье. Решетка начала отползать в сторону. Проезжая под толщей бетона, Вера непроизвольно вжала голову в плечи и зажмурилась.
– Все уже позади, – раздался успокаивающий голос Аарона, и она медленно открыла глаза. Сначала чуть-чуть, потом полностью.
Вдали сверкали прекрасные высотки первого округа.
Она спасена!
Вера шумно выдохнула и наконец смогла расслабить плечи. Проведя рукой по лицу, заметила, что ладонь стала серой. Вера осмотрела салон, но не нашла зеркала, поэтому выглянула из окна. С внешней стороны двери было зеркало заднего вида.
– Святая Вечность! – воскликнула Вера, увидев свое отражение: на лбу размазана грязь, на щеке капли засохшей крови, волосы частично выбились из тугого хвоста и торчат в разные стороны. Вера стянула резинку и принялась поспешно перебирать их пальцами, словно расческой. Собрать обратно в хвост одной рукой не получилось.
– И я про то же, – ухмыльнулся Аарон.