ПП 5 (СИ)

Главное, чему такое нелицеприятное сотрудничество могло сильно помочь, это обеспечение безопасности не столько самого Игоря, сколько его родных и близких. Даже состоявшееся покушение возможно было бы предотвратить, окажись наёмные убийцы под присмотром большого количества всё примечающих глаз городских воров и нищих.
Ради сохранения жизни и здоровья своих людей Егоров был готов пойти и на сотрудничество с самым дном местного общества. Он и рабами-то не гнушался.
Схваченный гирфельской стражей Тихий Му не отличался положительными человеческими достоинствами, как и все остальные его предшественники на этой почётной среди отребья должности, и как его сменщик, приложивший руку к поимке своего теперь уже бывшего босса. Ну, предатель рассчитывал, что бывшего, а Егоров-то предполагал другой вариант развития событий.
— Почему у тебя тут так воняет? — спросил Игорь входя к тюремщику, чьи двухкомнатные палаты располагались на первом ярусе, — А эта что здесь делает? — посмотрел он на рабыню лет тридцати — попаданцу та где-то уже попадалась, то ли поломойкой в казарме, то ли дворовой, — Гони её и бери ключ. Пошли вниз, к нашему узнику.
ЗамкИ в этом мире были такие, что землянин легко мог был их открывать пальцем, но возиться ему не хотелось.
— Она убиралась в коридоре, господин, — не смутился тюремщик. Никто его в забавах с противоположным полом не ограничивал, хотя попаданцу иногда и хотелось прищемить в чём-нибудь этого мерзкого козла, но тот не давал поводов, весьма ревностно относясь к своим обязанностям, — А воняет, я не знаю чем. До тебя, господин, не пахло.
Двусмысленность фразы тюремщика, разумеется совсем не собиравшегося подшучивать над графом или, тем более, его оскорблять, Игоря насмешила. Впрочем, вида землянин не показал.
— Она у тебя голой, что ли, полы моет? — когда вертухай завязал штаны и извлёк из сундука связку ключей, попаданец сразу развернулся и вышел в коридор — видеть в поле своего зрения сероватую кожу служанки с бугрящимися на её ягодицах и бёдрах следами не очень давних ударов плётью ему было неприятно, — Иди первым.
Тюремщик не стал брать факел, помогавший надпотолочному окну-бойнице освещать комнату. Лучиной, зажжённой от камина, вертухай запалил фитиль спиртового фонаря со стеклянной верхней частью — не «летучая мышь», но близко к тому — и двинулся впереди графа.
Уже спустившись на второй ярус, землянин сообразил, чем пахнет в подземелье — крысиным помётом. Этот запах он хорошо узнал и запомнил, когда скрывался с Танией на неиспользуемом овощном складе в поселении Рой.
«Надо не забыть сказать Дигии, чтобы вновь заказала той хрени, что в начале зимы так хорошо подействовала на мерзких зверьков,» — поставил себе в мозгу зарубку попаданец.
То ли, в Орване флора водилась побогаче, чем на Земле, то ли, здесь травники и знахари были более пытливы и продвинуты, а, скорее, и то, и другое, но местные средневековые отвары, зелья и всякие порошки действовали порой не хуже, чем продукция фармакологии и химии на Земле двадцать первого века. Другой вопрос, что крысы существа умные и хитрые, и извести их навсегда ни у кого не получалось.
— Господин, вот здесь.
— Замечательно, что здесь. Так и открывай. И возвращайся к себе.
Игорь вошёл в камеру к единственному узнику своей тюрьмы. Фонарь он оставил себе. Тюремщик в темноте отлично видит. Ноги не переломает.
Уголовный авторитет гирфельской столицы лежал на полу, на большой охапке свежей соломы. По требованию графа, в камерах тюрьмы Приарского замка поддерживалась чистота, подстилка менялась два раза в пятидневку, параша выносилась регулярно, а еду заключённому приносили с общей кухни дворовой прислуги. Тем не менее, вонь гниющей на раздробленных пальцах плоти сразу же шибала в нос.
Приветствовать вошедшего вставанием Тихий Му не мог — не позволяло состояние здоровья. И всё же умирающим уголовник не выглядел. Авторитет был крепким сорокапятилетним мужиком, организм которого не сдался даже под воздействием на него Латаниных умельцев из Башни Страха. Ну, и кроме того, для замедления развития у Му гангрены замковый знахарь добавлял в его питьё какой-то порошок.
 
— Привет, Тихий, — Игорь машинально поискал взглядом, куда бы сесть, и вспомнил, что никакой меблировки камеры местных темниц не предполагают, и он этим вопросом не озаботился, — Не устал лежать? — попаданец поставил светильник на пол.
— Приветствую, господин хороший, — хриплым голосом ответил авторитет, найдя в себе силы изобразить улыбку, хотя ухмылка у него получилась откровенно жалкой, — Не знаю, кто ты такой, но одет так, что вряд ли это тебя прислали отвести меня на казнь или прикончить здесь. Дворянин?
— Ещё какой, Му, — кивнул попаданец, — Целый граф, владетель сего замка.
Тихий попытался сесть, видимо, хоть так попытаться выразить своё почтение, но не смог от боли, застонал, а затем вдруг хрипло засмеялся.
— Ого, большая честь для меня. Жил грешно, так хоть помру не смешно, — произнёс он, ворочаясь на соломе как уж, — Сначала сама правительница меня уважила, лично смотрела, как меня молотом бьют, а теперь вот, не просто граф, а маршал навестил.
— Ну, ничего удивительного в том нет, — Егоров пожалел, что не обладает целительскими способностями, смотреть на мучения авторитета удовольствия ему не доставляло. Нет, надо просить-молить судьбу или неизвестного насмешника, забросившего землянина в этот мир, что-нибудь вроде Лечения. А пока нужно головой думать и действительно брать с собой сюда Танию, — Наша справедливая герцогиня старается лично убедиться в том, что преступники получают возмездие в полном объёме. А мне ты нужен по делу. Говорят, что Хряк, выдавший твоё лежбище и заместивший тебя на троне короля ночного мира Гирфеля, совсем подонок конченый. У тебя ведь много было времени, чтобы поразмышлять над произошедшим с тобой. Не сомневаешься, кто виновник твоего попадания в застенки?
Если бы какой-нибудь художник решил найти натуру для изображения Ненависти в виде человека, то вряд ли можно было бы подобрать более лучшего кандидата, чем Тихий Му, в момент, когда он услышал прозвище своего бывшего заместителя.
— Как бы мне хотелось, чтобы нашли эту свинью, граф. Только, честно, я ничем помочь не смогу. Не сказал под пытками и тебе не скажу. Не знаю. Эта сука ведь наверняка в новой норе залёг.
— Я и не собираюсь искать Хряка. Зачем он мне? Уверен, что у тебя самого получится найти приятеля. И пристыдить его. Если конечно мы с тобой договоримся.
В согласии Тихого Му пойти на сотрудничество с советником правительницы Егоров никаких сомнений не испытывал. Любой уголовник — главарь или рядовой — предпочтёт жизнь вместо мучительной казни. К тому же, в Орване, как и на Земле, преступный мир, лишь публично осуждал взаимодействие своих членов с представителями власти. В реальности же, каждый главарь искал себе покровителя среди стражников, районных и городских властей, а, если повезёт, то и во дворце правителя.
Игорь явился к авторитету не для того, чтобы получить его согласие — для этого достаточно было бы послать сюда Арша — а с целью лично убедиться в правильности оценки, данной Тихому Му комиссаром Дильяном.
Бывший боцман в людях разбирался, ошибался в них крайне редко, однако, землянин в важных вопросах при возможности предпочитал полагаться на собственные глаза и уши.
— Можешь не сомневаться, Хряка я прикончу, граф, — с убеждённостью в воспалённых от долгих болей глазах яростно заверил Му, — И готов буду делать всё, что ты мне скажешь.
— Верю, — кивнул Игорь, — И ты можешь быть уверен, что наши совместные делишки послужат на благо не только мне или тебе, но и нашей прекрасной государыне.
— Крольчиха знает о том, о чём мы договариваемся?! — от удивления уголовник на какой-то миг даже забыл о своей боли.
— Если ты ещё раз назовёшь нашу добрую повелительницу этим мерзким погонялом, я тебе рожу разобью, — серьёзно предупредил землянин Тихого Му, — И на этом твои проблемы не закончатся. Договорились? Замечательно. После того, как тебя исцелит моя супруга, мы с тобой подумаем, как лучше обстряпать твоё возвращение в столицу. И подберём тебе помощника.