Заслуженный отпуск (СИ)

— Майор? — ухмыльнулся омега. — Будете, значит, содержать моего бывшего.
— Хотите сказать, вам неизвестно, по чьей воле Патрик оказался в отделе документации? — холодно произнёс Тони.
Поджав губы, он оглядел омегу — выглядел тот очень ухоженным, не сравнить с Тони, который стригся очень коротко и никогда не использовал макияж. Да и основная его одежда — военная форма, штатское — джинсы. По пути домой он думал о том, судьба — довольно хитрая гадина. Собственно как и его начальник — омега решил выйти на работу и помочь Вальтеру Магнуссону хотя бы с отчетами, если не мог выполнять более энергозатратных заданий.
— Что, Тони, скоро уходишь в заслуженный отпуск? — улыбнулся генерал, не поднимая глаз от планшета.
— Я уже летал на Марау, Валле, — нахмурил брови парень.
— Я про декретный, — улыбка альфы показывала все его белоснежные зубы.
— Как будто ты этого больше меня хотел, — усмехнулся Тони.
— Вот и нет, но я искренне переживал, — заверил его Вальтер.
Дни тянулись один за другим — живот увеличивался и стал уже хорошо заметным, пришлось купить более свободную одежду — джинсы с низкой талией и рубашку прямого кроя. Патрик был рядом, иногда в гости приходили и его сыновья. На удивление они не относились негативно к омеге своего отца — с удовольствием гоняли вместе на упрощенной домашней модели симулятора истребителя. А еще Тони хорошо стрелял, так что они упражнялись в тире в ближайшем парке аттракционов.
Насчет имени у будущих родителей разгорелись нешуточные споры — Тони хотел, чтобы имя отражало его происхождение. А Патрик был не в восторге от этой затеи. Но сам же предложил идею, не раз впоследствии пожалев об этом, — в каждой шутке есть только доля шутки.
— Давай назовем его Федерико, у меня это имя до сих пор на языке вертится, — в пылу дискуссии заржал Патрик.
— Согласен! Если хочешь, будешь называть его Риком, — кивнул Тони.
— Вообще я пошутил, — смутился альфа.
— А я — нет.
Парню понравилось имя — да и куда было тянуть: последние пару недель передвигаться было уже сложно. Поясницу потягивало, ноги гудели от возросшего веса, а самого Тони так и тянуло поспать — засыпал он даже сидя. Что, кстати, было выходом, поскольку найти удобную позу для сна теперь было сложно — теперь даже «подушка» в виде альфы не помогала в этом деле.
Омега проснулся еще до рассвета и перевернулся на спину, прислушиваясь к ощущениям — ничего необычного. Он потянулся, выпрямляя затекшие члены, и почувствовал хлопок. Не снаружи — внутри. Из задницы немедленно полилась теплая вода. «Блядь! Началось!» — выругался Тони и начал распихивать спящего Патрика.
— Патрик, твоего папу за ногу! Я рожаю!
— Как? Что? — спросонья альфа соображал плохо.
— Надо собираться, говорю, — сказал Тони и, переваливаясь, слез с кровати.
За ним тянулся след из прозрачных капелек — уже в ванной он засунул в трусы небольшое полотенце, чтобы хоть как-то сдержать поток околоплодных вод. Когда вышел из санузла, то обнаружил, что Патрик полностью одет, рядом с ним стоит сумка с необходимыми вещами, а в руках комм — вызывает такси до центра репродукции, а потом сообщает о начавшихся родах доктору Джонсону. Тот заверил, что первые роды у омеги — процесс длительный, потому не стоит сильно торопиться.
Уже в такси Тони резко поплохело — где-то раз в пару минут поясницу сковывала острая боль, заставляющая забывать о всех приличиях — омега извивался, кричал, цеплялся за Патрика — за одежду, за волосы, за лицо, неосознанно оставляя отметины от ногтей на его коже.
— Тони, вспомни, что говорил Ричард: выдыхай, — пытался увещевать парня альфа.
— Чтоб ты еще, сука, раз до моей задницы добрался! — зарычал в ответ омега.
 
Дыхание мало помогало — боль была такой силы, что разум полностью отключался. В передышках между схватками становилось страшно — вдруг что-то идет не так. Всё-таки собрав волю в кулак, Тони сконцентрировался и пытался как можно больше удлинить выдох — звук получался практически музыкальным: протяжный стон (вой) на одной ноте.
В клинике их встретили сонные медбратья и проводили в палату — дожидаться доктора Джонсона. Обезумевший от боли Тони, которого переодели в местного происхождения распашонку, метался по помещению — пытался встать на четвереньки, чтобы перетерпеть схватки — Патрик в этот момент массировал ему поясницу — это тоже не особо помогало. Так что омега, несмотря на огромный живот и совсем недавнюю неуклюжесть, довольно резво скакал из одного угла палаты в другой. В одну из редких пауз Патрику удалось подойти сзади и перехватить Тони через грудь рукой, прижимая к себе. Эта позиция показалась будущему папочке необычайно комфортной, и он затих, перестав трепыхаться — боль отступала, а ощущения были больше всего похожи на то, что Тони хочет в туалет. Думать было совершенно невозможно — уже потом парень опишет своё состояние во время родов как транс — всех спас вовремя явившийся доктор, который буквально поймал новорожденного альфу на руки. Малыш сразу же запищал, а Тони вместе с Патриком, пребывающие в шоке, осели на пол.
— Поздравляю с рождением сына! — торжественно произнес Ричард. — Уже решили, как назовете?
— Федерико, — невидящими глазами, застеленными слезами, смотря в сторону сына, произнес Патрик.
— Мистер Андерсон, прошу покинуть палату, сейчас Федерико взвесят, запеленают и вынесут вам, а вашему омеге нужны некоторые медицинские процедуры.
Уже через пять минут капитан держал своего сына на руках. Впервые. Джастин всегда повторял, что на родах альфе делать нечего — боялся показаться ему некрасивым? Патрик не знал истинных причин, но сейчас от новорожденного малыша на руках у него буквально снесло крышу — он плакал, не стесняясь своих эмоций.
Тони же к этому моменту пришел в себя и после обработки и некоторого инструктажа от Ричарда потребовал к себе сына вместе с его отцом.
— Какой он сморщенный, — умилился омега.
— А мне кажется, красивый, — ответил Патрик. — На тебя похож.
— Спасибо за комплимент, капитан, — скривился Тони.
Втроём они еще долго находились в палате — учились кормить Рико из бутылочки, менять памперсы. Разговаривали, обсуждая события этого яркого дня. А потом Ричард напомнил, что Патрику пора домой, а молодому папочке следует отдохнуть вместе с сыночком.
На следующий день в клинику пришел Вальтер — он умилялся Рико, насколько это возможно такому представительному альфе.
— Вам еще бы омегу для полного комплекта, — мечтательно произнёс он.
— Валле, ты совсем! Я чуть не помер от боли, пока рожал!
— Скоро забудешь, — парировал Вальтер.
— Ага, как же, тебе-то откуда знать, ты же альфа.
— Если бы всё так плохо было, у папы не было бы четверых детей. И у братишки моего. И у племянника вот четверо.
Аргументов против у Тони не было, но он всё равно считал себя немного обиженным — начальник вмешался в его жизнь и даже не думал утаивать сей факт.
Через день Тони и Рико приехали домой — Патрик навёл порядок: гостевая спальня за последние месяцы превратилась в детскую, а альфа за пару суток доделал всё, что они не успели до этого.
Сначала с младенцем было непросто, но Тони был человеком военной выдержки и всё-таки наладил режим сна и кормления. Патрик тоже активно помогал — гулял с сыном, давал омеге отдохнуть и просто поспать. Новоявленные родители не обсуждали будущее — хотя, по-хорошему, следовало бы обозначить их планы. Но почему-то оба боялись загадывать.