Заслуженный отпуск (СИ)

— Нет, Патрик, ты женат, — зло ответил Тони. — Вот и сейчас твой комм мигает, и я даже знаю, кто тебе звонит.
— Да, дорогой. Опоздал на паром, через час следующий, — быстро схватив комм, ответил Андерсон и, отключив связь, обратился к омеге: — Мне кажется, или ты ревнуешь?
— Иди на хер! — отвернулся от него Тони.
— Собственно я не против такого варианта в постели, но первый всё же ты, — сказал Патрик.
Тони повернул голову в сторону капитана, чтобы ответить на дерзость, но его лицо попало в захват сильных рук, а рот мгновенно накрыли жесткие губы Патрика. Сначала он думал сопротивляться, но хватило его секунд на пять, а потом он уже, словно обезумев от страсти, повалил альфу на спину, забравшись верхом и жадно целуя. Его рука нащупала степень возбуждения капитана и начала старательно пробираться к ней, пытаясь разобраться с застежкой форменных брюк. Патрик такое действие одобрил, но быстро перехватил инициативу, ссадив Тони с себя — он стащил с себя китель, бросил на траву, а потом, как куклу, поставил туда омегу на четвереньки, практически одновременно стягивая с того брюки вместе с трусами. Сам он расстегнул свои штаны, извлекая стоящий колом член и провёл им между ягодиц Тони — омега зазывно дернулся, предвкушая удовольствие: он был уже совсем готов.
— Давай, — простонал парень, укладывая голову на китель, прогибаясь в пояснице — в этой позе его раскрытие перед любовником было максимальным.
Второй раз просить не пришлось — Патрик сразу вошел на полную длину, заставив Тони зашипеть от неожиданности — размеры достоинства капитана он оценить не успел, то есть недооценил, и первые секунды это доставляло немалый дискомфорт. Хотя майор всегда любил пожестче — поэтому флегматичные беты в постели заставляли его чаще заснуть, чем кончить. И поэтому он и был рад, что капитан, плюнув на сантименты, попросту начал его ритмично ебать. Стесняться было некого — на улице уже достаточно темно, а до ближайшего фонаря метров пятьдесят, а вот услышать их всё-таки могли — потому Тони прикусил себе запястье, чтобы не закричать. Да, он любил пошуметь во время секса. И вообще любил секс. С альфами. Просто события последней пары лет выбили его из колеи, и он переориентировался на бет. И сейчас понимал, насколько был не прав. А еще сейчас он не боялся залететь — он хотел этого! Живой осязаемый Патрик был намного лучше, чем безымянные пронумерованные образцы. И похрен, что он носится со своим типа бывшим мужем. Дети у него красивые, значит, и у Тони родится красивый сын.
И вообще, не выдержит не штабной офицер сидения за бумажками, снова отправится куда-то служить, поэтому проблемы, что у Андерсона неожиданно взыграет отцовский инстинкт, скорее всего, не будет. Эти мысли экспрессом пролетали в голове Тони, когда его тело сорвалось в яркий и очень бурный оргазм — не дотрагиваясь до себя, он уверенной струёй кончил на китель капитана. Патрик продолжил вбиваться в его задницу, а Тони прикрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям, и пропустил момент, когда капитан кончил и… не вытащил свой член.
— Блядь, узел, — поднял голову майор. На самом деле он был не против, но не показывать же свою радость — сегодня он, возможно, забеременеет.
— Прости, не успел, — с сорванным дыханием произнес Патрик.
— Ты сегодня хоть что-то успеешь? — ехидно спросил Тони.
К слову, на следующий паром они не успели тоже — парень буквально заездил несчастного (не факт) капитана Андерсона — его настроение от отличного секса не могли испортить даже звонки от Джастина. Один поступил, когда любовники были в сцепке — обоих буквально лихорадило от наслаждения, прервать которое не было никакой возможности. На второй Патрик всё же ответил, соврав, что паром задерживается. «Ну и похрен, — подумал про себя Тони. — Всё равно ему не скажу ничего».
 
========== Глава 4 ==========
Перед приходом следующего парома Тони с Патриком тщетно пытались привести свою форму в порядок с помощью воды — всё равно она выглядела плачевно после нескольких раундов сексуальных игр с использованием её в качестве подстилки. При этом стояло неловкое молчание — Тони погрузился в свои мысли о возможном ребенке, а капитан, скорее всего, думал о том, что скажет своему ненаглядному муженьку.
Когда паром причалил к пристани материка, Патрик вызвал такси — одно на двоих. Майор встретил косой взгляд водителя-беты и поёжился, но тут же вспомнил, что едет к себе домой, а вот альфа — к своему благоверному. После этих мыслей губы непроизвольно скривились в ухмылке, но глаз на Андерсона омега не поднял — зачем злорадствовать лишний раз? Мысленно он пожелал капитану удачи.
У квартиры Тони любовники сухо распрощались. После душа омега долго не мог заснуть, несмотря на приятную усталость и удовлетворение во всём теле. А во сне к нему вернулись требовательные губы Патрика, его сильные и умелые руки и, конечно, большой каменный член, который так охуенно заполнял задницу. Проснувшись, парень понял, что трусы сзади намокли — капитан у него вызвал самые настоящие мокрые сны, как в подростковом возрасте.
Тони лежал, вытянувшись на кровати и посмеиваясь над своей природой течной сучки, когда понял, что практически проспал свой рейс — сегодня он должен был отправиться на «Десятку». До этой богатой терраформированной колонии было всего четыре часа пути на экспресс-лайнере, поэтому Вальтер без колебаний отправил туда своего подчиненного на неделю — необходимо было решить вопрос о соответствии местного начальника занимаемой должности. Хоть Тони и не любил собачиться, но за годы работы в ДВР он научился делать это в совершенстве, при этом никогда не теряя самообладания и сохраняя внутреннее спокойствие. В общем, задание в этот раз было простым и непыльным.
Кое-как скидав вещи в сумку и напялив запасной комплект формы, Рамирес почти скачками направился в космопорт — успевал на лайнер он только-только. От торопливой суеты и волнений по поводу возможного опоздания впечатления о прошедшей ночи немного смазались. О последствиях бурного секса напоминал только легкий дискомфорт в заднице — с непривычки «рабочий орган» омеги всё равно немного натрудился.
На «Десятке» сотрудники Департамента вели себя очень предсказуемо — сначала снисходительно кивали на представителя слабого пола свысока, при каждом удобном случае пытаясь приобнять, потом метали ледяные взгляды, полные ярости, а в конце — устраивали истерику. Тони не очень любил истеричных альф, но нечистые на руку сослуживцы все как один были к ней склонны.
Майор уже собирался в последний день в здание Управления на «Десятке», когда при банальной попытке почистить зубы он чуть не выблевал половину желудка. На его счастье пищи в нём не было, но от позывов это не спасало. «Залетел», — сразу понял Тони. Но для подтверждения всё же сбегал в ближайшую к работе аптеку за тестом. Слабый индикатор подтвердил его подозрения. Вместо логичной радости наступила паника — как он теперь с беременностью и ребенком? Впрочем, от философских рассуждений Тони спасли куда более прозаические последствия его состояния — желудок норовил вывернуться наизнанку с завидной регулярностью. Есть или пить для этого было необязательно — просто чтобы один из коллег, не помывшийся с утра, прошел мимо. А запахи, витавшие в коридоре возле столовой, заставили Тони бегом ретироваться на улицу. Там было не легче — некогда приятный аромат цветов также вызвал тошноту.
Омега, сидя на лавочке, нашел контакты центра репродукции и записался на приём. Так что по прибытии он отправился из космопорта прямо в клинику — в объятия доктора Джонсона.