Никогда_не... (СИ)
Ну как так? Она же выше этого, такая непонятая всеми, недооценённая жертва необъективности взрослых! Она же превосходит их всех — этих тупых, по ее словам, одноклассников, продажных учителей, провинциальных горожан, над которыми она столько раз насмехалась в своём блоге! А теперь вот ратует за вечные ценности, в которые сама никаким боком не вписывается. Не могла же Крис, как обычная соседка-кумушка, высматривать-вынюхивать, тайно выслеживать и собирать компромат с мыслью: «Вот я вам задам за такое поведение! Вы у меня ещё пожалеете, безобразники!»
Это могла сделать бабушка с папильотками, изгоняющая злых духов на лестничной площадке — такие вечно кого-то выслеживают и выводят на чистую воду. Но не прогрессивная, давно переросшая этот город и его старорежимные порядки Кристина!
Ага, и Виолу она поймала в туалете в не самом лучшем виде совершенно «случайно» — снова шепчет тот самый, готовый запаниковать внутренний человек, усиленно пытающийся разбудить инстинкт самосохранения и реальное понимание опасности. Неужели ты веришь, что ей удалось раздобыть такой компромат с первого раза? Ты сама фотограф, ты знаешь, что случайно такие кадры не получаются. Нужно следить, постоянно держать объект в зоне внимания, как папарацци, и в случае оплошности, если он оступился и попал в неловкую ситуацию, быть тут как тут. Мгновенно, сразу, будучи перед этим наготове
Так Кристина — прирождённый сталкер, что ли? Ей нравится тайно следить за людьми и в случае чего вбрасывать собранный компромат, чтобы ударить жертву побольнее? Так я отвечу. Я от души отвечу ей на этот ход. Мой скандал с подмоченной репутацией начался и закончится в этом городке, а ее неприятности гораздо серьёзнее. Мне можно вменить не самый удачный фотосет и связь с мужчиной, пусть младше на десяток лет, но совершеннолетним же. А вот ей от подозрений в доведении до самоубийства придётся долго отмываться. И, если мои знакомые юристы найдут в этом деле хотя бы одну зацепку, мы раздуем этот огонёк до такого пожара, что мало не покажется никому.
На этом месте я слышу голос кондуктора, объявляющего ещё одну остановку, и, глядя в потемневшее окно, понимаю, что скоро город. Месть местью, но не надо терять связь с реальностью и забывать, что в результате наших игрищ в «кто кому больше напакостит» может серьезно пострадать ещё один человек — Артур. И пусть ему здесь не жить, всё-таки, я не уверена, что он дошёл до моего уровня пофигизма в плане того, каким его запомнит родной город. Прикинув, что у меня есть ещё минут пятнадцать, набираю в грудь побольше воздуха и, изменив своё первоначальное решение не читать комменты, захожу в ленту и открываю её.
Интернет на подъезде к конечной станции просто замечательный, автобус, выехав на самую ровную за время поездки дорогу, резво несётся вперёд, отбрасывая в темноту маслянистые блики фар, а я погружаюсь в море негодующих отзывов как же стремительно, как мы приближаемся к автовокзалу.
Как и раньше, я стараюсь не вовлекаться, ощущая только, что спазм волнения отпускает изнутри — Артуру в комментариях почти не досталось. А если прилетело, то немного, совсем слегонца. Относительно последних фото мысли разделились на: «Бесстыдник, куда ж ты молодость свою тратишь?», «Это что, сейчас так модно? В наше-то время никто б и руки не подал после такого…», «Он это ради денег, ему заплатили!» и на более многочисленный противоположный лагерь: «Да ладно, не судите парня, когда ж ещё безумствовать, как не в молодости?», «Ой, девочки, согласитесь — тут природа не поскупилась, одарила. Грех такое прятать!», «А посмотреть есть на что, завидую тётке!», «Вот так всегда — сидим наседками, счастья своего не видим, пока заезжие бабы все самое лучшее не захапают»
Так, тетка и баба — это, значит, я. Понятно. Вот почему Кристина так настойчиво выставляла везде даты — чтобы на контрасте с Артуром мои тридцать пять смотрелись не просто возрастом, когда давно пора остепениться, а ещё и преступлением против его молодости, на которую я посмела посягнуть. Ясное дело, скоро народ пройдётся и по этому, обязательно всплывут слова про «последний шанс» и «скорый климакс», как у нас любят. Но пока меня предпочитают называют более прозаично и приземлённо — блядищей.
«Вот они, мужики — любая блядь задерет юбку, и все, верхней головой сразу перестают думать!», «Бедная мать, что она чувствует! Вот так всегда — растишь-растишь сыновей, а их потом заезжие шлюхи к рукам прибирают», «Да разве только к рукам? Баба слабая на передок всегда мужика из семьи сманит, гнать таких надо в шею». Но и здесь большинство симпатий всё-таки на стороне Артура, что позволяет мне облегченно выдохнуть — в любой ситуации не забывай об оптимизме!
«Ну какой с пацана спрос? Молодо-зелено, гормон играет, пусть гуляет, пока не нагуляется. Жениться все равно на другой придётся, а у этой бабы климакс скоро!».
О, вот и про климакс. Бинго! Хотя, до полного комплекта нужно ещё про выдерганные патлы собрать и про божье наказание. Все то, что я ожидала услышать от Гордея Архиповича, но на удивление услышала: «Мне в мои годы все одно, чи шесть, чи двенадцать у вас там разница, ты, главное, Артурку голову не дури». Вот как интересно бывает — встретить поддержку там, где не ожидаешь, зато там, где думала всё шито-крыто, тебя разносят в пух и прах.
«Да и пусть мальчонка поучится, чему надо! Раньше в хороших семьях хлопцам проституток нанимали для таких дел, а сейчас шалавы добровольно ноги расставляют. Потом, когда на нормальной женится, пригодится умение, молодая жена только спасибо скажет».
М-да, действительно, какая цинично-практичная мысль, думаю я, отыскивая глазами аватар ее написавшего — наверное, это один из тех самых мужиков, которые превращаются в животных, едва перед ними задерешь юбку. Но нет, это романтично-уютная на вид дама, предстающая на фоне своих домашних цветов, с миловидной и тёплой улыбкой, настоящая душевная женщина. Замечательно. Откуда же такие мысли в ее голове? Какой диссонанс.
Нет, это, наверное, не она. Это ее муж, дав волю своей циничной и грубой стороне, тайно зашёл под ее ником. Или нет, ещё хуже — у таких женщин всегда прекрасные семьи и добрые, совсем не хамовитые мужья. Это не он. Это… их сосед, грубиян и мужлан. Или его, соседа, друг, похотливое животное — потому что друзья у мужей приличных женщин тоже всегда очень хорошие. Это какая-то шайка отпетых гопников, которые только и делают, что ходят по проституткам, со знанием дела пишет все эти комментарии про: «И правильно, палку кинул и пошёл, раз сама дала» и «Перепихнуться — не значит жениться, от блядей детей не рожают» — ну не могут же такое писать добропорядочные хранительницы очага, постящие рецепты и добрые советы на своих страничках.
Не могу сдержаться и смеюсь уже во весь голос, от накала сарказма, в который скатываюсь на все больших нервах. По другому я ещё не научилась реагировать на то, что в интернете самые грязные и отвратные комментарии пишут почему-то обладательницы милейших в мире аватарок — то на фоне цветочков, то с тортами, то с домашними животными, а то и с детьми или внуками, в кругу дружной семьи на юбилее.
Все, надо подвязывать с чтением — как ни старайся держать оборону, все-таки кое-что меня пробивает, затрагивая какие-то внутренние страхи. Вот, например, это единодушное мнение про женитьбу на другой, хорошей и чистой девочке, когда со мной перебесится и «гормон уляжется». Неужели наше будущее со стороны выглядит таким однозначно безнадёжным?
Ой, да и ладно. Не я ли сама сто раз говорила себе — нет никаких гарантий вечного счастья даже у более традиционных, одобряемых обществом пар. И, вообще, если постоянно морочить себе голову насчёт будущего, то упустишь все настоящее и не сможешь насладиться ни одним ярким моментом.
Но кое-что ещё цепляет меня неожиданно сильно — это какая-то, время от времени проскакивающая брезгливость в комментариях. И вот это оказывается самым неприятным, несмотря на отсутсвие прямой агрессии к Артуру.
«Фу, какая гадость. Достали уже эти тетки, пытающиеся заскочить в последний поезд. Все, перед смертью не надышишься! Молодость прошла, нечего ее у других воровать!»