Карачун 2000 (СИ)

В таверне, как обычно стоял, сидел, лежал, а местами даже и подпрыгивал лютый перегар. Потолок был заблеван, пол и стены зассаны, а окна вымазаны чем-то подозрительно коричневым. В сортире, к слову, наблюдался небывалый аншлаг. В небольшое помещение набилось несколько десятков человек. Все стояли на коленях перед загаженными Очками и возносили молитвы какой-то непонятной сущности. Парадом командовал Качан, наряженный в коричневую мантию.
Генсек Семенуил восседал во главе стола и потреблял из пивной кружки трояр пополам с картофельным самогоном. Заедал вареной сосиской. После разрушения дворца, отлёта Гарреты в свой мир и активации печати, коммунистическая партия Нур-Султании автоматически расформировалась, а все их способности отключились.
— Э-э-эх! Как же так вышло? Всё же так хорошо шло! Мы ж победили уже и тут такая лажа!
— Всё херня, если бы не предательство Великого Неста, мы бы тут уже коммунизм построили! — хмыкнул Аркаша, бухнув в свою ненасытную глотку поллитра какой-то бурды.
— Ага, подлые предатели! Дождались, когда все големы и наши войска придут в полную небоеспособность и захватили власть в городе! — печально вздохнул Птерович.
— И что теперь делать? Этих так просто не свергнешь! — кивнул Семенуил.
В этот момент дверь распахнулась и в трактир ввалилась толпа каких-то недружелюбно настроенных личностей. Все грязные, в кровище, будто только-только вылезли из мясорубки.
— Здрасьте! — поздоровался Робин из Бибирево.
— Пизду покрасьте! — съязвил полубухой Семен.
— Только после вас, — галантно отбил подачу Робин.
— А я уже! — не сплоховал Семен.
Робин немного стушевался, но речь тут же подхватил хлеб Жека и ритмично продекламировал следующее:
Ты слышь, ушастый синебот,
Пизду ебали твою в рот,
Ты пасть на нас не разевай,
Давай поляну накрывай!
Ещё услышу я твой лай —
И полетишь ты прямо в рай!
Усёк?
— Э-э-э, — задумчиво выдал Семенуил и впал в ступор. Не выдержал силы искусства.
— Вы че не попаданцы что ли? — поинтересовался Кхарн.
— Кто? — удивился Аркаша. — А, эти долбоёбы, которые манекенов трахают? Не, мы местные.
Тем временем пара красноармейцев притащила чистый стол со стульями, а бармэн начал расставлять бухло и тарелки с закусками.
— Во! Это дело, — довольно кивнул Робин и мгновенно злоупотребил пинту темного нефильтрованного.
Остальные участники бандформирования тоже расселись за столом и принялись завтракать алкогольными и не очень напитками. Москвичу вынесли бочку элитного коньяка, украденного из подвала султанского дворца. Завязалась непринужденная дружеская беседа.
— А че у вас тут происходит вообще? — спросил Ержан, накалывая на вилку маринованный грибок. — Я такие разрушения только в своём городе видел, когда разом бомбанул притон героиновых наркоманов. Их в 2х комнатную хрущебу человек 40 набилось — все упоролись до смерти, ну и пятиэтажку под корень снесло!
— Хотели коммунизм построить, а вышло как всегда! — печально заяви Семенуил, отхлебывая из бутылки с самогоном.
— А-а, ну тогда понятно, хорошо хоть что-то от города осталось! — ухмыльнулась Бугильда, разминающаяся красным полумокрым.
— Судя по их рожам, они алкоголизм хотели построить и это им вполне успешно удалось! — захихикала Фани.
— Вы тут случаем Карачуна не видели? — спросил Ержан, закусывая стакан водки бутербродом с докторской колбасой.
— Как же, видели! С неделю назад. Разворотил весь султанский дворец, укокошил нашего воровского бога, а потом свалил через портал хер его знает куда! — заявил Птерович.
— Ещё и девку нашу упер! — кивнул расстроенный Семен. — Можно сказать самого ценного члена нашей команды!
— Н-да, не было печали, бомжи элитных дев орально удовлетворяли, — интеллигентно срифмовал Жека.
— Это верно! Всю знать в городе перетрахали, на них живых мест не осталось! — подтвердил Птерович.
— А идеи есть куда Карачун мог свалить? — продолжил допрос Ержан.
— Да без понятия! Он какие-то шашни со злой волшебницей Нукильдой мутил. Может к ней в гости отправился. Деревянные куклы, кстати, её подлых ручонок дело… — сказал Семенуил. — Я вот сейчас думаю: а не был ли он её засланцем? Тайный агент!
 
— Что-то не очень похоже. — не согласился Аркаша. — Он же деревянных титанов вместе с нами валил! А это самый ценные бойцы в её армии!
— Ну мало ли! Эти тайные агенты на что только не пойдут! — продолжил Сёма. — Вот была история. К почившему султану как-то хитрого убийцу подослали. Тот педерастом прикинулся — давал всем подряд, чтобы ближе к трону подобраться. Да только он не понял куда попал! В общем затрахали его до разрыва прямой кишки, попадания каловых масс в кровоток и позорной смерти.
— А как узнали-то что он убийца? — заинтересовалась Сейка.
— Так он сам признался, умолял, чтобы трахать перестали. Да султанские чинуши крепкими были! Они его труп ещё два дня насиловали. Потом правда тоже умерли от спида и бубонной чумы. Но да и хер с ними… — сказал Сема.
— Н-да, веселая у вас тут жизнь! — хмыкнул Ерёма, допивая второй литр светлого, фильтрованного через немытые носки, пива. — Где у вас тут сортир кстати?
Птерович махнул рукой в самый темный и вонючий угол. Из-за темной и кривой двери доносились какие-то странные песнопения.
Ерёма открыл дверь, зашёл внутрь и, почти сразу, вышел обратно.
— Чё так быстро? Или ты уже в штаны определился? — заржал Кхарн.
— Скверна! — приложив палец к губам, ответил Ерёма. — Там шабаш адептов церкви копрофилии!
— У нас? — удивился Сёма. — Совсем уже охуели! Кто позволил?
— Вот же уроды, мы их из Сысрани выгнали, а они вот где заныкались! — нахмурилась Бугильда.
— Скверну надо выжигать! — скомандовал Ержан и поднялся на ноги.
Команда героев взяла в руки оружие и решительно двинулась к сортиру. Однако, когда они вошли внутрь — было уже поздно. Качан завершил свой подлый ритуал — вокруг сортирных дыр лежало несколько десятков свежих трупов, а его глаза превратились в две несвежие коричневые тефтели.
— Ахаха, узрите смертные, я — аватар Копробога! Он даровал мне невероятную силу и могущество! Теперь я подчиню себе этого город и буду править в нем единолично неся смерть и разрушение всем неверным! — заявил бывший Качан.
Хлеб Жека попытался немедленно запустить в него обломком кирпича, однако копроаватар поднял коричневую волну из сортирных дыр и ловко блокировал удар. К несчастью, Сёма оказался слишком близко и его окатило с ног до головы. Тот немедленно упал на карачки и принялся мучительно выблевывать свой алкозавтрак.
— Извините, видимо отравился чем-то, — утирая рот, попытался оправдаться тот.
Тем временем аватар копробога укутался в буро-желтый кокон и принялся кастовать что-то совсем страшное. Подсортирная жижа дико забурлила и завоняла так, будто её подогревали во ртах пропагондонов.
— Ну его нахер! Руки ещё марать! Давайте лучше на улице подождем! — заявила Сейка.
Команда согласилась и все спешно ретировались на проезжую часть, а затем ещё на полтора километра в сторону. Мало ли чё. Мысль оказалась разумной, буквально через несколько секунд после их побега здание воровской таверны разнесло на клочки, а к небу поднялась гигантская волна буро-зернистой субстанции. На её вершине, точно на ковре-самолете, восседал аватар Качан и похабно скалился. Над его головой вертелась желто-оранжевая сфера из которой во все стороны били лучи неприятного пахучего света. Попадая на человека, они мгновенное вселяли в него младшего духа кала и заставляли служить аватару.
— Моя армия будет самой великой! — продолжал орать Качан. — Падите ниц жалкие смерды! Целуйте божественную субстанцию и только тогда будете прощены!
Люди, бомжи, воры и коммунисты, захваченные противоестественными духами поднимались один за другим и выстраивались в длинную колонну. Вместо глаз у них были всё те же отвратные, трижды переваренные, тефтели.