Карачун 2000 (СИ)
— Особо борзых лидеров банд-формирований мы порешили, да они такой дурю и не маялись никогда…- сказал Ерёма.
— А я почему знаю? Мало ли в этом мире дебилов? Постоянно кто-нибудь трогается крышей и начинает творить дичь! — всплеснула руками Сейка.
— Я вот что подумал — неожиданно заговорил фей Скозлопонт, порхающий под потолком. — Была ведь у нас в городе одна секта, что творила беспредел при помощи телесных отходов…
— Но они ж на другой субстанции специализируются! — возразил Робинослав. — Более плотной и цвета другого!
— Ты еще про вкус вспомни! — захихикала точно школьница Бугильда.
— Да иди ты! — отмахнулся от нее мэр. — У нас тут серьезный разговор!
— Оно и видно!
— В любом случае, церковь-то мы их сожгли, а всех адептов прогнали из города, — задумчиво произнес Фририх.
— Верно, но эти твари ж как тараканы, хрен выведешь! Что если они зашкерились в какую-нибудь тухлую нору и взяли другую стратегию? — продолжил фей.
— Проверить можно, у нас же остались адреса этих копрофилов? Нужно по-тихому обойти все дома, проверить что к чему…- сказала Фани. — Вдруг кого спалим…
— И делать это лучше самим, стража только лишний шум поднимет! — сказал хлеб.
— Так и поступим, вы отправляйтесь на разведку, а я всё же попробую усмирить горожан, — согласился мэр. — А то ж вон что творится, — Робинослав приоткрыл окно и в зал ворвались голоса возбужденной толпы.
— Это нарушение моих конституционных прав! Мой дед ел желтый снег, отец жрал и я буду! — выкрикнул долговязый мужик и зачерпнул пригоршню жёлтой снежной каши. Стражники попытались ему помешать, но не успели.
— Вот, смотрите! И нихрена со мной не случится!! — сказал он и с аппетитом сожрал холодную субстанцию.
Толпа замерла в ожидании подтверждения безопасности обоссанного снега. Однако случилось иное — долговязый задергался, как эпилептик и принялся желтеть. Через тридцать секунд он полностью обратился и принялся лениво кусать не догадавшихся убежать зевак. В полку ссаных зомбарей резко прибыло.
Стражники, контролировавшие толпу тут же взялись за бердыши и принялись крошить новоявленных зомбей в труху. Благо — те были не в силах прокусить толстые латные доспехи.
— Выходит эта заразная мразота ухитрилась нагадить прямо у нас под окнами, а мы и не заметили! — возмутилась Бугильда, закрывая окно.
— Наглость должна быть наказана! — Кхарн грозно сдвинул брови и принялся крепить в спинных ножнах здоровенный двуручный меч.
* * *Пока стражи контролировали выполнение нового указа, команда воителей отправилась инспектировать места проживания адептов запрещенной в Сысрани, признанной террористической организацией, незарегистированным общественным объединением выполняющим функции иностранного агента и просто кончеными пидорасами — Церкви Вселенской Копрофилии имени Препозороного МилонОва.
Для ускорения процесса команда разделилась на пары и выехала по адресам, однако толку оказалось мало. Дома пустовали(если не считать 74 людских трупа разной степени изнасилованности и стадии разложения, нескольких десятков блохастых собак, вшивых котов и нескольких упоротых до состояния невменяемости изюмофилов).
Ещё иногда попадались бомжи, оккупировавшие чужое имущество, но настоящие хозяева отсутствовали как факт. Бомжи агрессивно кусались, требовали асептолина, но полезной информации не давали. В одном из домов у Фририха сдали нервы и он решил отыграться на ни в чем не повинных гражданах. Как ни странно, это и принесло результаты.
— Да это точно они, больше некому! Нужно только найти место, где эти ублюдки спрятались! Я интуицией чую! — выкрикнул Фририх и принялся при помощи левой ноги вносить изменения в код интерфейса одного из бомжей.
— Где прячутся копрофилы! Говори! А-ну!
— Дауэ-э, не знаю я! Я их вообще ни разу не видал! Заглядывал с неделю назад засранец какой-то, вонял так, будто гадит прямо во исподнее! Эхе-хехе-е, — хрипло засмеяля бомж.
— И че?
— Хуй во че не горячо? — подъебнул его бомж, за что получил смачный патч в район бэкэнда.
— Ещё информация будет? — уточнила Сейка.
— Може и ошибаюсь, сильвупле, но кажись также воняло у таверны «Радость», что на левом берегу реки, — выдал бомж и смачно схаркнул себе на живот. — А бухла дадите?
— Надо проверить, что там за радость! Уж больно подозрительное название! Точно извращенцы какие-то, и возможно именно те, которых мы ищем! — сказала Сейка, зачем-то покачав полными бедрами. Бомж от такого зрелища как-то нервно затрясся и принялся вспоминать молодость.
— Думаешь? Ну ладно, тогда и правда за полезную информацию нужно заплатить, — сказал Фририх и начал расстегивать ширинку.
— Э-э-э! Ты че это задумал? — заголосил почти протрезвевший бомж.
— Спокойно! Больно не будет! — зловеще улыбнувшись, сказал Фририх и полностью снял штаны.
Бомж пришел в ужас и принялся пускать обильную белую пену изо рта, точно его насилуют в немытую задницу мужским половым хуем.
— Больной какой-то!- недовольно буркнул Фририх, вновь надевая штаны и оставляя возле бомжа 2 бутылки самогона, ранее спрятанных в хитрых внутренних карманах.
Сейка кивнула и, еще раз покачав полными бедрами, покинула здание.
* * *Смеркалось. Шёл снег, пахло дымом, все сугробы вокруг таверны «Радость» искрились яркой солнечной расцветкой.
— Ага! Попались уродцы! Следы преступления на лицо! — радостно произнес Кхарн.
Сейка тут же слепила желтый снежок и зарядила «командиру» в лоб. Бедняга еле успел увернуться!
— Ты че творишь? — возмущенно воскликнул он.
— Сам же сказал — следы преступления на лицо! — ехидно хихикая ответила Сейка и поспешила спрятать за широкой спиной Ерёмы.
— А может это и не следы преступления! Мало ли… Может это к новому году так украсили… — возразила Бугильда. — Бывают же дегенераты — вылепят невнятную хрень из снега, а потом мажут её гуашью, акварелью или…другим чем.
— А у нас в деревне традиция была: всем народом лепили из снега фигуры разные — и людей и животных и демонов и прочую нечисть. А после брали несколько животин отборных: пару свиней, коз, овец и накачивали их самогоном. Затем утепляли соломой да мхом, чтоб не померзли раньше времени и прятали внутряни снеговиков, — начал вспоминать Фририх.
— Что за дичь? — у Фани задергался левый глаз.
— Че это дичь⁉ Домашние все! — не понял Фририх. — Так вот, а после брали все косы в руки и давай снеговикам головы сносить! Красотища была-а-а! — он мечтательно закатил глаза. — Фонтанчики кровищи до 3х метров в высоту били! Пар шёл скусный такой…солёненький! Ну и вот, кому повезло — забирали себе тушу и пельмени с нее заготавливали. А кто пустых снеговиков поубивал — те уборкой занимались…
— Весёлая у вас деревенька была! — хмыкнула Сейка.
— Ладно, не до воспоминаний сейчас! Давайте разделимся: Фририх, Сейка, Бугильда и Жека идут в таверну и устраивают допрос трактищику. Я и Ерёма будем караулить черный ход, Скозлопонт — воздушное пространство, остальные — контролируйте окна! — скомандовал Кхарн.
— А если у них подземный ход есть? — напомнил о себе Ержан(в прошлой части его забыли, но сейчас он реабилитирован и даже получил должность начальника службы опасности Сысрани)
— Чем дольше будут бегать — тем больше получат! Начинаем! — скомандовал Кхарн и команда тут же рассредоточилась по площади.
В таверне стоял неприятный полумрак, пронизанный густыми волнами табачного дыма. За барной стойкой тусил лысый шарообразный карлан, а в зале, за длинными прямоугольными столами, сидело около десятка мужиков в свитерах с умственно-отсталыми оленями и шапками с пушистыми педерастичными пумпонами. Все извращенцы пили молочные коктейли, закусывали копчёным салом и распевали странную песню: " Дора-дура, супердура! Дора-дура, супердура!"
— Это они! — заверещал хлеб, едва команда ворвалась в трактир. — Я чую исходящие от них эманации зла!