А разве здесь можно жить? (СИ)

 - Да хоть руками, блин! И только не надо мне тут рассказывать про столовый этикет! Я и так нервничаю.
 Арсений тут же перестал сердиться и подошел к Максу, обнимая его за талию:
 - А вот этого не надо, ладно? Все будет хорошо, обещаю.
 Макс улыбнулся и чмокнул его в кончик носа.
 После перекуса, он упаковал свой ноут и начал кидать в сумку кое-какие вещи:
 - Слушай, моя группа сегодня вечером собирается в баре отмечать получение дипломов, я туда девчонок пригласил, Наташу с Юлей, мы сможем заехать попрощаться?
 - Обязательно заедем.
 ***
 Стоило им только подойти к джипу, как откуда-то возникли двое боевичков из охраны Арсения, открыли им дверцы. Арсений признательно улыбнулся и сказал, забираясь в машину:
 - Садитесь вперед, сейчас мы к Максу домой.
 Макс сел на кожаное мягкое сиденье и с грустью подумал, что адрес никто не спрашивал, значит знают, да они, наверное, всю подноготную его знают. Какое счастье, что он не пошел на поводу у друзей, особенно у Влада, не стал таскаться по барам и дискотекам в поисках утешения, ведь Арсению бы все доложили и вполне возможно, что он не стал бы приезжать, решив, что Макс в нем не нуждается.
 Во дворе родного дома стояла машина отца. Макс вышел из джипа и теперь хмуро разглядывал ее, не зная стоит ли подниматься домой.
 Арсений, увидев, что Макс остается во дворе вышел к нему, посмотрел с беспокойством:
 - Что такое? Ты передумал или родители должны выйти сюда?
 - Да нет, просто отец дома.
 - И что?
 - А мы с ним поругались, еще осенью. Он меня из дома выгнал, ему, видите ли, не понравилась наша связь с тобой.
 Арсений подошел совсем близко, и от этой близости сбивалось дыхание и теплело на душе, он тонул в его глазах, чувствуя странное подергивание в животе и страстное желание прижать Арсения к себе крепко-крепко, зарыться лицом в его волосы, несмотря на взгляды любопытных соседей.
 Хлопнула дверь подъезда и, повернув голову, Макс увидел свою маму, спешащую к нему с пакетом в руках. Легко коснувшись руки Арсения, он пошел ей навстречу.
 - Макс, ну что же это? Куда ты собрался, - заговорила она, волнуясь и со страхом поглядывая на огромный внедорожник, - какая Швейцария? Ну как же?
 - Ма, перестань, чего ты? Все хорошо, я позвоню по скайпу сразу, как устроюсь.
 - Это он, да? – спросила шепотом женщина, разглядывая Арсения: - Он очень красивый.
 - Да, я знаю, - улыбнулся Макс, - он вообще самый замечательный, умный, добрый, самый лучший.
 Мама грустно улыбнулась:
 - Наверное, так и есть, вон, как ты ожил, а то ходил столько времени совсем никакой – краше в гроб кладут, так весь иссох, истосковался. Эх, Максик, Максик. Возьми вот, кстати.
 Она сунула ему в руки пакет.
 - Что это? Надеюсь, не пирожки какие-нибудь, - с подозрением спросил Макс.
 - Не переживай, - засмеялась женщина, - там кое-какие мелочи, фотографии семейные, всякие памятные вещички.
 - Ну зачем, ма? Мы будем видеться по скайпу, да и так я приеду или тебя к себе вызову.
 
 - Бери, бери, - она крепко обняла сына, и со слезами в глазах сказала, - а знаешь, я тебя благословляю, будь счастлив, сынок.
 - Спасибо, ма, - он поцеловал ее в щеку, - ну все, иди домой. Да, возьми ключи, разберешься там с моими вещами, хорошо.
 Женщина кивнула и спросила:
 - Макс, а можно мне с ним познакомиться?
 Парень обернулся на Арсения, тот стоял, совсем не аристократически опираясь спиной о машину, он смотрелся словно изящная фарфоровая куколка на фоне громадного джипа, тем более что до высоты двухметровой крыши не доставал сантиметров двадцать пять. Он подошел к Арсению и сказал:
 - Мама хочет с тобой познакомиться, ты не против?
 Арсений взглянул на него нечитаемым взглядом и, оторвавшись от машины, пошел в сторону женщины. В этот момент из подъезда вышел отец, и Макс, скрипнув зубами, пошел ему на встречу, больше всего опасаясь, что тот начнет оскорблять Арсения. На то, что они и так дали всему дому пищу для сплетен на целый год вперед, ему было плевать.
 Казалось, за те месяцы, что он не видел отца, тот постарел и осунулся.
 - Макс, - отец пристально вглядывался в его лицо, было видно, что он с трудом выдавливает из себя слова, - я жалею, что мы поругались. Мир?
 Он протянул руку и Макс хмыкнул, да уж, больших извинений он вряд ли дождется, поэтому пожал протянутую руку и сказал:
 - Мир.
 Отец как-то странно то ли всхлипнул, то ли так вздохнул и притянул его к себе, обнимая за плечи и шепча на ухо:
 - Прости.
 Макс похлопал отца по спине свободной рукой и сказал:
 - Забыли.
 Отец несколько раз посмотрел в сторону беседующей, с самым необычным юношей, жены:
 - Ты был прав, он стоит того, чтобы идти за ним на край света.
 Уже в машине, едущей в направлении бара, Макс спросил:
 - Что тебе мама говорила?
 Арсений весело взглянул на него:
 - Она сказала, чтобы я мыл руки перед едой и не гулял на сторону.
 - Что? – в ужасе переспросил Макс.
 Арсений засмеялся:
 - Она у тебя очень милая: превознесла мою несравненную красоту и пожелала нам счастья. Кстати, а с чего это ты решил, что я добрый?
 - Значит с тем, что ты самый красивый, замечательный и умный, ты спорить не будешь? – съехидничал Макс.
 - А кто ж с правдой спорит, - ответил Арсений, забираясь к нему на колени, - вот приедем домой, закрою тебя в комнате и буду охаживать кнутом, узнаешь тогда, какой я добрый, - прижимаясь покрепче к Максу, пригрозил он.
 Макс, обнимая его в ответ, только счастливо засмеялся.
 А уже сидя в личном самолете Арсения, Макс обнаружил, что в пакете были и пирожки тоже.