Хозяйка заповедника Драко (СИ)

Мама даже почернела вся, взгляд стал пустым, будто она вернулась в самый жуткий день своего прошлого:
— Твой отец медленно умирал и жутко мучился. Каждый вздох накрывал его волной боли. Он просил меня о пощаде. Взял с меня обещание, что я найду тебя любыми путями. 
— Фыр! — рыжий отвернулся, сложив руки на груди. — Нашла? И что? Никчемная мать.
Анна-Мария Веджвуд резко подняла голову вверх, будто желала всем сердцем, чтобы у нее были проблемы со слухом. Нахмурилась, а потом морщинки на лбу медленно разгладились. Она отстранилась от ноги такого долгожданного сына, низко опустив голову. Поднялась на ноги и посмотрела в небо.
— Никчемная, — повторила она, и слово было словно черно-белым, без единой эмоции.
Мама посмотрела вверх, на зависший над нами артефакт, и я видела, как дернулось ее горло от комка горечи, который она сглотнула.
Я чутьем поняла, что она хочет сделать что-то непоправимое, бросилась к ней, но уже было поздно. Анна-Мария Веджвуд вдруг перламутровой стрелой устремилась вверх, пробила черную тучу насекомых и защитный купол, а потом магическая волна сбила нас всех с ног.
Это конец? Райян? Где ты? Хочу обнять тебя напоследок. Хотя бы увидеть.
Я скорее почувствовала, чем увидела, что черный дракон рухнул рядом, накрыв меня своим крылом, и тогда вторая волна, еще мощнее, прошлась по земле древних. Рядом лег еще один дракон. Эш!
А потом все стихло. Тепло крыла надо мной оставалось прежним, воздух искрил от магии и было тревожно тихо. Я вылезла из-под крыла и посмотрела вверх. Артефакт, что висел над заповедником, превратился в огромную жемчужину и медленно опускался на землю древних.
Я повернулась у Райяну, посмотрела в вытянутый зрачок глаз, а уже через минуту меня обнимал имбис в человеческом обличие. Вот только под другим крылом у него обнаружился изрядно шокированный рыжий. Он тоже смотрел, как перламутровая сфера медленно касается земли. 
— Мама! — крикнула я, дернулась в руках Райяна, но он не дал мне выйти.
— Это опасно, подожди! — он прижал губы к моему виску, накрепко стискивая меня в объятиях.
Рыжий казался потрясенным не меньше моего.
— Мам! — я билась в руках имбиса, но он был сильнее. — Мама-а-а-а!
— Т-ш-ш! Подожди. Смотри!
Из земли выходили голубые струйки, в метре от земли они приобретали форму дракона и улетали во все стороны. Неожиданно одна такая эфемерная фигурка резко развернулась в воздухе и полетела на нас. Прямо на Райяна!
Не отдавая отчет в своих действиях, я закрыла его собой и зажмурилась. Почувствовала холод, что промчался сквозь меня. Райян конвульсивно дернулся.
— Что с тобой? 
Имбис моргнул, а когда открыл глаза, то вытянутые зрачки были не темного цвета, а голубого, как этот дымок.
— Все… хорошо, — неуверенно оценил свое состояние Райян, прислушиваясь к себе. Мы посмотрела по сторонам и заметили, что все эти прозрачные драконы врезались в магов, а потом словно растворялись в них.
— Что это? — шепнула я.
— Кажется, древнее предсказание сбылось.
— Какое?
Райян тихо повторил будто давно заученный стих:
— Раскаяние врага вернет все на места. В единой цели мира вернется ко всем сила.
Мама.
Я выбралась из объятий Райяна и побежала к жемчужине.
— Мама!
Я стучала по ней, звала, отбила всю руку, но что она по сравнению с кровоточащим сердцем. Мама у меня одна, какая бы она не была, я ее любила и, кажется, даже немного поняла.
Рыжий встал рядом, и по его взгляду, которым он смотрел на жемчужину, не было понятно, что у него внутри.
— Ракх может один раз влить свою душу в предмет и поменять его свойства, — сказал он, а потом повернул ко мне голову и спросил: — Зачем она это сделала?
— Потому что любит, дурак! — кажется, мой голос сорвался.
Рыжий удивленно моргнул. 
— Зачем?
— Чтобы спасти нас всех. Каждого здесь! 
— Не понимаю.
— Потому что ты не любил!
— Я хочу, — уверенно заявил он.
Я посмотрела на жемчужину. Мама, это стоило того? Ты этого хотела?
И жемчужина засветилась от слов рыжего, будто подтверждая радость материнского сердца.
 
— Как тебя зовут? — спросила, глядя на перламутровое свечение.
Мама хотела найти сына. Хотела, чтобы он обрел семью. Хотела, чтобы он научился любить. Возможно ли это или на рыжем стоит крест навсегда?
— У меня нет имени. Кто его дает?
— Его дает семья. Она у тебя есть и скоро мы все вместе выберем тебе имя. Вот только… — я посмотрела в сторону замка и почувствовала, как легли руки имбиса на мои плечи. Сразу стало легче дышать от чувства поддержки: — Только что ты там натворил?
— Убил врагов. Всех, кто мне сделал больно.
— И много таких?
— Много.
— А короля?
— Одним из первых.
Я обернулась и посмотрела на Райяна. Есть ли после таких поступком место у рыжего в нашем мире? 
В темном зрачке моего имбиса проскочила голубая искра. В небо за пределами заповедника стали взмывать драконы. Маленькие и большие, яркие и блеклые, их было очень много. Если я правильно поняла, в магов вернулась прежняя сила и теперь жители города имели возможность обращаться. Значит ли это, что теперь носители древней крови могут быть драконами столько, сколько захотят, а не на сколько позволит резерв магии? И значит ли это, что у моего найденного брата есть шанс того, что его примут?
Я посмотрела на рыжего еще раз. Пытливый взгляд, но лицо будто каменное. Насколько он безвозвратно изменен обстоятельствами? Как это понять?
И тут рядом приземлился синий дракон. Красивый настолько, что я ахнула. На ходу он обернулся в друга детства, который с распростертыми объятиями кинулся ко мне.
Райян мигом встал между нами лицом ко мне и фыркнул:
— Ты бы хоть оделся!
— Мне, в отличие от тебя, заповедник тут же одежонку не подкидывает! — услышала я.
А ведь правда! Имбис одет, когда как держал меня недавно совсем неглиже!
И тут же из кустов протянулась ветка с одеждой. Райян сказал:
— Держи.
Рыжий следил за нашими действиями, и лишь изогнутые брови говорили о его удивлении. В этой его недоумевающей холодной мимике я узнала мать. В чем-то они были очень похожи.
В груди стало больно. В глазах помутнело.
— Мэд, что с тобой?
— Ой, — раздался голос рыжего. — Это план “б”… Надо вытащить жало.
Но я уже уплыла на облачке в сон, где я вру маме, что мечтаю о имбисе с черными когтями и кровью древних.
  
ЭПИЛОГ
 
Эпилог
Из-за этого жала я пропустила целую неделю! Да еще какую.
Мало того, что жители королевства обезумели от счастья раскрыть крылья и летали до полного изнеможения сутки напролет, так еще из-за смерти монарха чуть не случился государственный переворот. Потомки крови древних еле удержали престол от кровавых захватчиков из народа и из самой верхушки. Стряхнули пыль с постулатов древних драконов о праве сильнейшего и назначили состязание по всем законам предков. Я чуть было не стала спящей королевой, потому что Райян показал наивысший бал управления стихией. Одно подвело — имби у него ракх, а это как-то повлияло на его кровушку древнейшую, потомственную и родовитую. Однако о короне мой имбис совершенно не жалел, когда я очнулась. Его другое беспокоило — как я отнесусь к тому, что произошло с рыжим.
Оказывается, за эту неделю у долгожданной маминой находки, были взлеты и падения. Его познакомили с семьей, где все вместе выбрали на удивление мягкое имя — Данни. Меня не дождались, потому что боялись, что иначе не успеют. Ведь народ спешил найти виновника произошедшего, страшного монстра, что сбежал из замка.
Монстра для всех и создали: впервые Данни сотворил поделку, так похожую на человека. Теперь бедное создание отбывало наказание в подземелье замка, который усиленно восстанавливали.
Конечно, в эту сказку поверил народ, но не боевые маги. Они не понаслышке знали, кто такие ракхи и долго не шли на компромисс и переговоры, которые затеяли Райян и Шэн. И даже древнее предсказание, что сбылось благодаря жертве врага, и талант оратора друга детства с трудом помогали — все разумно опасались, что с Данни уже не сделаешь хорошего парня. Пришли к соглашению: рыжий растет под строгим надзором семьи, постоянно обрабатывается сладкими речами Шэна о том, что такое хорошо, а что такое плохо, но малейшая провинность — и его ссылают к ракхам на границу царств.