Хозяйка заповедника Драко (СИ)

На моих глазах алый бутон стрельнул камнем прямо в след Эшу, демонстрируя свой вредный характер. Мама создала куст который должен был обогатить нас золотыми слитками, но вместо этого он стреляется камнями, и лишь один раз в год золотом, из-за чего до сих пор и растет в саду.
— Мэд! — окликнули меня мальчишки с кухни. — Тут нет никакой утки.
— Сейчас сама посмотрю! Как нет? — отозвалась я, покосившись на куст. Четыре месяца назад он уже выплюнул крохотный кусок золота, полгода можно не дергаться.
Вот смотрю на него и думаю, что если уж и использовать магию, то с толком, а не создавать такие сомнительные штуки. Мама могла решиться на что-то более смелое и дельное, как по мне. Вот как я.
Дар достался мне от матушки, но она строжайше запретила его использовать. А как бы это облегчило нам жизнь — ну просто несказанно! Только представьте себе: сделанные мной веники бегают сами, собирая пыль, швабра моет полы, ножики чистят картошку и морковь, а горшки сами закладывают в себя ингредиенты и запрыгивают в печь. Ну не красота ли? А если бы я построила дом, а?
Но мама говорит, что дар запретный и его никак нельзя использовать. Что я могу только присматривать за детьми, мыть, стирать, но ни в коем случае не должна готовить. Даже вышивку — обычное занятие для дев — я никогда не должна заканчивать до конца. 
Но я придумала способ, как использовать свой дар, чтобы вытащить семью из трясины аристократической бедности так, чтобы никто не придрался.
Да-да. Заповедник Драко. Я почти накопила на выкуп закладной. Осталось сделать еще один заказ на черном рынке, и я на коне. Тьфу, то есть на драконе!
Мать, конечно, как узнает, так театрально рухнет в обморок и будет выжидать. Отец, Джордж Веджвут, молча раскурит сигару, припасенную на черный день, а потом схватится за ремень. Стукнет им по столу, мать сразу откроет глаза, и вот тогда начнется.
“Это все твоя сумасбродность, моя леди. Дочь вся в тебя” — скажет отец.
“Мой дорогой супруг, упрямство, с помощью которого ты смог меня завоевать, у Мэд в тебя” — обмахнется ладонью, словно веером, мать.
Я знала, что мне повезло с родителями, по крайней мере в сравнении с другими. Мама была непокорна и слишком остра на язык для высшего общества, а отец не терпел лени и бесхребетности из-за своего нелегкого детства, поэтому они сильно отличались от своего поколения. Именно поэтому, собственно, они и жили душа в душу столько лет. Именно поэтому у них выросли такие своенравные дети и внуки.
Последствия, однако! Пусть потом меня не ругают, это все наследственность.
Я представляла, как от души спустив пар, они все-таки переступят порог заповедника и увидят, каких высот я достигла и как смогла использовать запретную магию. Нафантазировала, как они хвалят меня за находчивость, что я смогла выдать свои изменившиеся поделки за пробудившихся древних. 
А потом я открою ворота всем горожанам. Конечно же на платной основе, потому что моя семья все еще нуждается в подтяжках.
Там и благородные имбисы, в чьих жилах течет драконья кровь, явятся, и мы найдем прекрасную партию для сестры. Конечно, если она того захочет.
План был на загляденье идеален!
  
ГЛАВА 2
 
Глава 2
Когда скрипучий флюгер нашего дома утонул во тьме, я спрятала Эша под теплой накидкой и осторожно вошла в рабочий кабинет отца. Окна фонарем выделяли эту комнату среди всех других помещений и имели отличительную особенность — открывались, словно двери.
Этим свойством пользовались все домочадцы, отец и его посетители. Получился выход во дворик напрямую из кабинета. Эту тропинку в саду вечно отвоевывала земляника, и даже сейчас острыми листьями воинственно колола мне голые щиколотки.
Дороги квартала раскисли после вечернего дождя, и мои тканевые туфли быстро испачкались. Хотелось перенести этот урок драконизма для Эша, но я боялась упустить время. Все-таки не каждый день имбисы собираются на бал в соседнем зажиточном квартале! В конце вечера хотя бы один из них нальет за ворот столько, чтобы показать размах крыльев и покрасоваться.
 
Но я и подумать не могла, что меня ожидает там!
Мощеные широкие улицы соседнего квартала пахли очищающим шампунем. Было даже неудобно оставлять грязевые следы своими туфельками по дорогам богатеев, но это я смогу пережить, а вот крякающего Эша — нет.
Найти особняк, в котором проводилось торжество, было несложно. Небо над острыми башенными шпилями искрило иллюзорным фейерверком, который служил гостям путеводным маяком. Ну и мне, разумеется.
Я нырнула за живую изгородь и пошла вдоль зеленого забора в надежде найти брешь. Через пять минут я признала — ее нет. 
— Эш, — я вытащила маленького дракончика, который после поедания жуков стал более теплым на ощупь. — Нужны твои острые зубы. Сделаешь ход?
— Хрю? — Эш сделал страдальческую мордашку и погладил себя по круглому животу.
— Да, я знаю, что ты объелся, золотко. Но ты только подумай, что так быстрее изменишься! Вон уже насколько тяжелее стал после сегодняшних жучков!
Эш посмотрел на меня снизу вверх сонными глазами и часто-часто заморгал. На жалость давил.
— Не проймешь. Это ради дела. Давай! Ты же хочешь вырасти настоящим большим драконом? Будешь первым древним! — шептала я.
Эш задумчиво почесал коготком гребни на голове и вздохнул. Спрыгнул на землю, еще раз тяжело вздохнул и стрелой метнулся к кустарнику. Раз — и уже огромный лаз ждет меня.
— Молодец! Можешь, когда хочешь! Правильно отец говорил, что мужчину главное правильно стимулировать.
Я подобрала юбку и на корточках пролезла в дыру. Надо не забыть расположение прохода, а то Эш третий ужин точно впихнуть в себя не сможет.
— Ты идешь? — я выпрямилась и обернулась.
Эш, лежа на боку, спал прямо у изгороди. Он стал больше, деревянная структура ушла, а вместо него появился рисунок чешуи. Здорово! Вот чем кормить его надо было, а то я все жучками да червяками!
Ну-ка, что это за растение такое полезное для моих поделок?
Я сорвала листочек, и в воздухе что-то тихо зазвенело. Магия!
— Эш, держись! — Я подхватила спящего дракончика, зажала под рукой и подобрала юбки. 
Скоро сюда придет стража! Надо было раньше догадаться, что кустарник не так прост — вон как Эш с него быстро вырос. Интересно только то, что на него волшебство никак не среагировало, а вот стоило мне сорвать листок — так сразу тревогу забило.
Я остановилась на развилке. Налево или направо? Эх, пусть будет направо, была не была!
Я понеслась по садовым дорожкам, радуясь, что не оставляла больше следов. Нырнула под арку, прижалась к стене особняка и решила отдышаться и понаблюдать.
Из открытых окон лились свет и музыка. Бал был в самом разгаре, и голоса и смех гостей, раскрепощенных выпивкой и временем общения, так и грохотали.
— Шэн, ты что здесь стоишь? Красотки достали?
Шэн? Зовут как моего друга детства! Надо же.
— Они сегодня как никогда активны, — послышался знакомый голос, и я повернула голову на звук. Разговаривали у самого окна.
Подождите-подождите, но что на балу делает Шэн? Здесь же одни политические деятели и потомки драконов — имбисы. Нет, наверное, просто голос похож. Откуда здесь взяться моему соседу?
— Так получал бы удовольствие. Ты даже не танцуешь. Все свою подружку детства окучиваешь? — собеседник звякнул бокалом и отхлебнул.
— Через неделю ее совершеннолетие, — прозвучало многозначительно. 
У меня тоже день рождение через семь дней. Надо же! 
— Твой отец согласен? — в голосе собеседника слышалась тревога за друга.
— Он уже все испробовал, чтобы меня отговорить. Смирился, — голос Шэна каменел. 
Как похоже на моего Шэна. Он тоже всегда так изменял голос, когда говорил о чем-то серьезном.
— И что ты в ней нашел? Головная боль ходячая. То ты все связи поднимаешь, лично идешь к директору школы, чтобы ее не выгнали за прогулы. То на черном рынке тылы ей прикрываешь, чтобы она-одуванчик, заработала лишний миди. Думаешь, она после замужества успокоится? — собеседник добродушно недоумевал, но в голосе чувствовалось принятие любого выбора друга. Просто обсудить хотелось — наболело, видимо.