Сезон охоты на властного босса (СИ)

Как я ныряла в кусты – отдельная песня. Думается мне, вдруг кто решит посмотреть камеры наружного видеонаблюдения, надолго запомнит этот мой пируэт на пару с кульбитом. Загляденье вышло.
- У меня возник аналогичный вопрос, когда я увидел твою пятую точку, торчащей из кустов, - насмешливо пропел этот хам, чуть не сорвав мне всю слежку своим милым (нисколько!) голоском.
Он же сейчас сдаст нас на съедение Бероеву и тогда точно уже не отмажусь. Как миленькая все карты на стол выложу.
Решение пришло мгновенно. Схватила Фёдора за рукав и дернула на себя.
Я вот его попозже пожалею, что он едва под ноги мне не свалился, сгруппировавшись в последний момент.
- Что тебе вообще от меня надо? - прошипела я.
Егор Сергеевич же в это время в прекрасном расположении духа, насвистывал себе что-то под нос и протирал зеркала своего автомобиля, будто совершенно никуда не торопился. Тогда, какого черта, ушел из офиса так рано?! Еще и именно сегодня, когда мне позарез нужно ехать на объект и проконтролировать последние штрихи в подготовке к мероприятию.
- Тебе какой из планов озвучить: максимум или минимум? –горячим дыханием опаляет мою ушную раковину Фёдор.
Ну ты еще поплюй туда, я не знаю!
Ладно уж. Приятно, себя то обманывать не стоит. Но право слово меня пугают эти молнии, что вспыхивают между нами.
- Тот, в котором ты сваливаешь в туман! – огрызаюсь я.
Чтобы неповадно было и не думал расслабляться. Или что думал, я его поцеловала и все?! Между нами любовь-морковь?! Нет, я ему отомстила за весь женский род разом. Соблазнила и в кусты!
- С этим определенно возникнут сложности...
- С этим определенно возникнут сложности, - задумчиво тянет он, потирая подбородок. – На улице жара. Тумана явно не предвидится.
- Очень смешно, - отвечаю с долей сарказма в голосе и вновь высовываю свой нос из кустов, чтобы удостовериться в отсутствии шефа на парковке.
Как бы не так! Не с моим счастьем, похоже. Стоит родимый, уезжать никуда не спешит и что-то там копошится, как дряхлая черепаха. В моей голове уже едва ли не таймер тикает, будто где-то между мозжечком и гипоталамусом кто-то особо умный, бомбу заложил с механизмом обратного отчета. Черт бы побрал этого Бероева!
- Ты чего такая нервная, Луковка? – шепотом на ухо интересуется бородач.
- Как ты меня назвал?
- Луковка, - пожимает плечами, а в глазах чертята разве что румбу не отжигают. Весело ему? Смешно?
Сидим тут, как два дебила в кустах, а он удумал прозвища мне придумывать. Самое время! И откуда он знает мою фамилию?! Не просто же с потолка он эту кличку дурацкую взял. Луковка…Луковка, мать вашу!
- Как скажешь, Медвежонок.
Нахмурился, крылья носа раздул от закипающего в грудине недовольства. А вот и нечего. Пусть спасибо говорит, что не бородатым гадом обозвала. Или громилой. Или бородачом. Что я ему там еще приписывала, пока имя не узнала?!
- И вообще, - гениальная идея посетила мою голову и уходить не собиралась. Да мне Федьку само провидение послало, не иначе. – Чеши и отвлекай его!
- Кто? Я?
- Ну не я же! – фыркнула я. – Он меня узнать может.
- А я и думаю, чего это ты без карнавального костюма, - тихо смеется он, прикрывая рот кулаком. Вижу, что держится из последних сил, чтобы в голосину не заржать, аки чистокровный арабский жеребец.
- Поверь, тебя в нём и мать родная не узнает, - продолжает веселиться гад.
- Еще одно слово, и я тебя стукну. Станешь фиолетовым в крапинку.
- Ух! Страшно! – паясничает Фёдор. – Ладно тебе, Луковка. Не кипишуй. Сейчас нейтрализуем твоего хмыря.
- Он не мой. И не хмырь, - спорю ради приличия, взглядом просверлив уже несколько дырок в переносице бородача. Пусть скажет спасибо, что этот взгляд не может убивать. Он бы уже кровью истекал давно с таким длинным языком.
Стоит заметить, что целовался этот язык отменно, конечно. С огоньком!
Уф куда тебя, Софья Михайловна, несет?! А ну-ка прекратить потворствовать беспределу. Поцеловались и поцеловались. Всякое бывает. Но больше ни-ни. Даже в шутку или ради очередного эксперимента.
 
- Как я выгляжу? – иронизирует Федя.
- Как бородатый гад, - все же вырывается у меня.
- Отлично! – ухмыляется бородач и резко выныривает из кустов, оттряхивая неизменную черную футболку от веточек и листьев. А потом крейсером разрезает пространство, двигаясь прямиком навстречу Егору Сергеевичу.
От нервного напряжение прикусываю указательный палец и вовсе глаза пялюсь на болтающих мужиков. Мне не слышно, что Федя ему говорит, но Бероеву явно нравится общение с моим «женихом». Он улыбается, кивает каким-то сладким речам змея-искусителя, который возьми, да и хлопни его по плечу. Как старого лучшего друга, которого безумно рад видеть.
А вот когда они вдвоем садятся в машину шефа, я и вовсе чуть из кустов не выпадаю. До того у меня шок, что ноги напрочь перестали держать. Ну и затекли, конечно. Не буду лукавить.
Когда машина скрывается из вида, я моментально выскакиваю из своего укрытия и несусь к машине, как угорелая. Всё потом! Времени осталось совсем мало, а я опять опаздываю. Ненавижу опаздывать.
Эх, не вынесла душа поэта. Пока из парковки выруливала, таки настрочила Фёдору сообщение.
«Ты куда его повез?»
«Не я его, а он меня» - отвечает мгновенно и ржущий смайлик в конце.
Только бы он не втянул куда Бероева. Чувство вины потом сожрет меня с потрохами. Это ведь я Федю на него натравила. Ох, мужики. Одни проблемы от вас!
«Выходи» - пишет в мессенджере Фёдор.
Ни секунды покоя от него. А я ведь так предвкушала этот одинокий вечер сильной и независимой дамы.
Мероприятие провела, устала как собака. Мечтала, что приеду домой, нацеплю свой любимый халат до пят, выпью вина, закажу суши, приму ванну с пеной. На худой конец масочки всякие поделаю. Идеально же!
Как бы ни так. Теперь ведь обуваться и тащиться вниз, встречать незваного гостя. И послать – не пошлешь. Вдруг он шефа прикопал где-то в лесочке, а я ни слухом, ни духом. Надо же улики помочь ликвидировать. А то пойду соучастницей. Собственными руками ведь подписывала приговор, когда Федю из кустов выпихивала.
Спускаюсь в весьма паршивом расположении духа, размышляя, как буду отстирать пятна крови от любимого халата, если что. Да, я пессимистка. Ну сложно мне придумать иную причину, почему Федя не только умудрился отвлечь великое начальство, но еще и поехал куда-то с ним.
- Ну и где он? – руки на груди скрестила и вперила в бородача весьма красноречивый взгляд, сначала даже не заметив, казалось бы, очевидного.
Федя был пьян. Не так чтобы в зюзю, да и на ногах сам стоял, хоть и пошатывало его слегка, но стоило подойти совсем близко, как пары алкоголя сбивали с ног.
- В такси, - хмыкает гаденыш и хлопает по крышке авто с желтыми шашечками, на которой они по всей видимости и приехали.
- А почему не выходит? – задаю наводящий вопрос.
- Он это, как тебе сказать ,..- чешет затылок Фёдор. – Бухой вусмерть.
- В смысле? Ты споил моего шефа?
- Слушай, он сам. Я тут не при чем. Мы поехали в бар, сначала всё было культурно. Потягивали виски, глазели на б…по сторонам мы глазели.
- Угу, - скептически заламываю бровь, взмахом руки, заставив, продолжать.
- А потом что-то пошло не так. Мы разговорились и вот…Куда его теперь? Я пытался растормошить, чтобы домой отвезти, но бесполезно.
«Отличный» вечер. Просто шикарный. Теперь мне хрен знает куда тащиться, чтобы доставить бренное тело шефа до кроватки. К себе домой я его не пущу. Там Матильда, дерево от злых духов. В общем, не располагающая для похмелья обстановка.
Чтобы узнать места обитания великого начальства, приходится названивать Марине Юрьевне. Благо, она не спала, увлеченная просмотром любимого турецкого сериала и тут же выложила мне все пароли и явки.
Итак, новости было две: хорошая и плохая. Хорошая, заключалась в том, что ехать было недалеко и с консьержем глава отдела кадров договорится, чтобы нас пропустили и открыли дверь запасными ключами. Шарить руками по карманам Бероева я не горела желанием.