Выбор волка (СИ)

Что? Это он про нее сейчас сказал? А откуда он знает?.. Впрочем, секрета из своей профессии Агата не делала. Наверное, она сама кому-то сболтнула, а этот кто-то донес новость главе. В любом случае, ей стало неудобно, а взгляды всех присутствующих теперь были прикованы к ней. И самое плохое во всей этой ситуации было то, что она кожей ощущала недовольство Филиппа, и смотрел он на нее сейчас так, будто она украла часть его славы.
– Надеюсь, вам будет приятно жить и работать в нашем поселке, – обратился глава уже к ним обоим. – А сейчас, гости дорогие, давайте отдадим должное мастерству моего повара. Оксана сегодня с таким рвением готовила на вечер угощения, что выйти сюда уже не смогла – слегла от переутомления.
Мгновенно атмосфера в зале из торжественной превратилась в веселую и раскрепощенную. Гости зашевелились и загалдели, казалось, все сразу. Откуда-то полилась лирическая музыка, затрагивающая в душе Агаты какие-то потаенные струны. На них с Филиппом перестали обращать внимания, как, впрочем, и Филипп на нее. Он просто взял и ушел куда-то, смешался с толпой. Агата же так и осталась стоять на ступеньке, чувствуя себя всеми брошенной.
Она уже решила, что можно смело отправляться домой, раз торжественная часть и их представление обществу было закончено, как к ней подошла та самая женщина в серебристом.
– Сегодня вы самая почетная гостья в этом доме, – с улыбкой проговорила она, – и не должны скучать в одиночестве. Могу я составить вам компанию?
– Конечно, – немного даже растерялась Агата.
С первого взгляда эта женщина показалась ей не только наделенной властью, но и очень строгой. А сейчас она смотрела и говорила так, будто они были лучшими подругами.
– Прогуляемся? – предложила хозяйка банкета.
Агата согласилась, и вот они уже медленно пробирались через толпу гостей, чтобы выйти в сад, к тому самому фонтану, который не получилось разглядеть издалека. Оказывается, вода в нем сочилась из открытых “клювиков” трех дельфинов, а сами они как будто находились в прыжке.
– Думаю, Агата, вы не будете против, если мы перейдем на более неформальное общение? – обратилась к ней женщина, когда они оказались одни. – И поскольку по возрасту я гожусь вам в матери, то разрешите ли вы говорить вам “ты”?
Агату поражала ее речь – разве в лесных поселениях люди говорят настолько грамотно и правильно, как будто целыми днями читают книжки? Хотя, это она, скорее, жертва стереотипов.
– Конечно, можете, – тут же разрешила Агата. Ей и самой было неудобно, что такая важная дама ей выкает.
– Ты тоже можешь называть меня Людмилой и на ты. Кстати, наш глава – мой родной племянник. И вместе с ним мы живем в этом доме.
– А как зовут… главу? – рискнула спросить Агата. Ведь тогда, в больнице, он ей так и не представился.
– Егор Широков, – охотно ответила Людмила. – Холостяк и бездетный, – с веселой улыбкой добавила, хоть эта информация и показалась Агате лишней. – Ну а я – сестра его покойной матери, временно исполняю обязанности хозяйки дома.
Агата с улыбкой покивала и похвалила сад.
– Мне особенно понравились розы на колоннах, – сказала она, еще раз оценивая романтичный вид колючих плетей.
– Это заслуга Светланы, матери Егора, – с капелькой грусти в голосе сказала Людмила. – Она очень любила цветы, и сама распланировала это сад. Видишь ли, этот дом строил Александр, прежний глава Серого лога. Здесь когда-то был маленький поселок охотников. Потом леса стали скуднее, пришлось вступать в лесхоз, и заниматься сбором живицы, мха, ягод и грибов. Не самая доходная деятельность, вот и разбегалась молодежь…
Агата удобно устроилась на скамеечке у фонтана, любовалась домом и садом, и слушала рассказ Людмилы. Словно наяву перед ней вставала история поселка от начала прошлого века, до сегодняшнего дня.
  
Глава 8
 
– А когда Егор вернулся после учебы, наш поселок преобразился, – довольным тоном завершила свой рассказ Людмила.
– Вот ты где! – недовольный голос Филиппа разбил иллюзию уединения.
 
Агата вскинулась, а жених брезгливо дернул углом рта:
– Там какой-то щенок свалился в пруд, глава просит тебя подойти.
Девушка немедля вскочила:
– Где?
– У заднего входа, – пожал плечами Филипп.
– Я вас проведу через дом! – взволнованно сказала Людмила и потянула Агату в здание.
Они быстро прошли через французское окно, какие-то полутемные помещения и коридоры и вновь очутились на улице. Тут была просторная площадка для барбекю, и дорожка, убегающая вниз.
– Там пруд, дети любят купаться, – в голосе Людмилы слышалась легкая паника.
Две женщины подбежали к стоящим кругом мужчинам. Их пропустили. На плитах площадки лежал… волчонок! Агата хорошо училась в колледже и нередко ходила на практику в зоопарк, поэтому ошибиться не могла. Однако, если для этих людей так важна жизнь этого животного, значит надо помочь!
Она встала на колени и попросила:
– Добавьте света!
Кто-то из мужчин снял фонарь и встал над ними.
– Свет слева! Полотенце?
Людмила сорвала полотенце с ближайшего стула и сунула девушке в руки. Скрутив жгут, Агата осторожно приоткрыла пасть волчонка, радуясь тому, что его челюсти не свело судорогой. Прижала язык, оттянула вниз, и… в общем, мутная вода вперемешку с кусками жареного мяса, и какими-то сладостями залила все вокруг. Зато щенок начал активно кашлять, потом задышал и жалобно заскулил.
– Теперь его надо в тепло, – активно растирая малыша сказала Агата, – и завтра посмотреть, что с горлом и легкими. Возможно, придется попить антибиотики, если в пруду грязная вода…
Звереныша забрали из ее рук и немедля завернули в знакомый серый пиджак. Потом протянули руку ей.
– Я испачкалась, – смущенно пробормотала девушка, поймав серьезный взгляд серых глаз.
– Это не важно. Главное, вы спасли малыша. Позвольте, я провожу вас в дом? Там есть душ. Людмила?
Женщина в серебристом платье с покрасневшими от слез глазами немедля появилась рядом:
– Идем, Агата, ты молодец! Ох, какая ты молодец!
Буквально через две минуты девушка стояла под горячими струями душа. Было так приятно, что она могла бы простоять так гораздо дольше. Но нельзя. Она в чужом доме, в котором, к тому же, проводится в данный момент прием. И ее платье!.. А ведь оно безвозвратно испорчено – пятна тины и рвоты ничем не вывести. Да и бог с ним, с этим платьем. В чем она пойдет домой? – вот это вопрос. И как она раньше об этом не задумалась? Придется снова облачиться в грязное, которое сняла и бросила прямо на пол, прежде чем встать под душ.
Очень не хотелось покидать горячее убежище, где от пара уже и видно-то ничего не было. Но Агата заставила себя это сделать. А вот платья на полу ванной она не нашла.
– И куда же ты запропастилось? – пробормотала Агата, в который раз осматривая плиточный пол.
Хорошо, что полотенце хоть имелось – большое, с длинным ворсом. В него Агата и завернулась, прежде чем покинуть ванную. А вот в комнате ее ждал сюрприз. Она так и замерла на пороге ванной, во все глаза глядя на Егора. И снова он смотрел на нее так, будто раздевал глазами. Только на этот раз на ней и одежды-то не было.
Полотенце только показалось большим. Прикрывало оно, ровно половину тела оставляя открытыми ноги и плечи. Осознав, что стоит перед посторонним мужчиной практически голая, Агата почувствовала, как густо краснеет. И он это заметил, потому что в следующий момент деликатно отвернулся, а она не могла отвести взгляда от его широких плеч, обтянутых классической белой сорочкой.
– Я принес тебе одежду, – кивнул Егор на кровать.
Агата с любопытством взглянула на кровать и увидела роскошное черное платье. Было оно длинное в пол и в свете люстры красиво переливалось. Шелковый бархат! Когда-то мама показала ей такую ткань в магазине, но цена за метр отпугнула. Но ткань все равно произвела на девушку неизгладимое впечатление. А теперь перед ней лежало платье из этой ткани!