Ученица Хозяина Топи, в Академии (СИ)
Вешка вздохнула тяжко, но да делать нечего.
У комнаты надобной оказавшись, постучали. Из-за двери уже и смех, и музыка из кристала магического слышны были. Отворила им девица незнакомая, тоже вроде как второкурсница. Улыбнулась широко.
— О, это к нам, — из-за спины ее Святик рукой помахал. К девице ж сам сзади подошел, приобнимая за талию. Та вовсе не против оказалась, еще шире заулыбалась. — Проходите, красавицы.
Вешка сегодня нарядный сарафанчик надела, даже волосы аккуратно переплела, не хотелось на фоне прочих неказистой выглядеть.
Вместе с Костей вошли они в просторную комнату. Кровати мальчишки сдвинули в дальний конец, а прямо на полу, на пушистом ковре, накидали подушечек мягоньких. На них-то все и расположились, кто сидел, кто лежал. Играли в карты, пили, кто что хотел, болтали.
Весю с Костей усадили рядом с хозяевами. Игнат тем временем фокусы всяческие показывал — выплетал из нитей хитрые узоры, кои в воздух то цветными бабочками взмывали, то искрами разномастными.
Зрелище Веську увлекло. Уже и кружка в руки ей сунутая с подогретым вином лишней не казалась. Вместе с остальным смеялась и на шутки отвечала.
— Может, поиграем? — стребовала одна из девочек, ясноокая, ладная.
— Тебе уже карт мало, Лика? — посмеиваясь спросил Игнат. А сам нет-нет, да на Вешу поглядывал.
Ту это уже так и не злило вроде бы. Пусть поглядывает, коли ему так по нраву. Веся-то сама знает, что у ней Лесьяр есть.
— Да надоели они уже, — надулась Лика, складывая в стопку отбоя оставшиеся на руках карты. И тотчас глазами засияла. — В "говорили или делай"!
Другие с радостью поддержали эту идею.
— Говори или делай? — шепотом переспросила Веся у Кости.
— Либо рассказываешь какой-то секрет, либо выполняешь указанное деяние, — пояснила подружка.
— И какие деяния могут указать? — с подозрением спросила она.
— Да всякие, — хихикнула та, — сейчас узнаешь, — и добавила чуть громче, — мы играем!
— Ну и мы тогда тоже, — пробасил Святик, похлопывая по плечу Игната. Тот от тех похлопываний аж вздрогнул несколько раз, но улыбнулся.
— Играем.
В центр легла пустая бутылка из-под разливной медовухи. Святик раскрутил ее, что та волчком завертелась. А как остановилась, горлышко указало на одну из второкурсниц.
— Так, загадывает Лизок, — резюмировал Свят, — а кому…
Еще один крут бутылки определил, что жертвой Лизоньки станет Агата, девочка с первого курса.
— Ну что, говоришь или делаешь? — Спросила у нее старшая.
— Делаю, — Агата, смешливая толстушка, не выглядела расстроенной или огорченной, скорее ее все это раззадорило.
— Сходи в комнату Амелии и забери у нее мою белую шаль, — с явной хитринкой во взгляде повелела Лиза.
— И всего-то? — фыркнула “жертва”. Поднявшись, она вышла из комнаты.
— Давай-давай! — Лизка на нее еще и руками замахала.
— Я чего-то не понимаю? — опять же шепотом спросила Веся у Ники. Но та тоже непонятливо на происходящее поглядывала. На вопрос подружки лишь плечами пожала.
— Сейчас увидите, — Игнат их перешептывания услышал и к Весе наклонился, чтоб сие прошептать. Вешка, заметив парня как-то слишком близко к себе, назад отпрянула, щеками рдеясь. А тому все веселье.
Не прошло и нескольких минут, как девчонка вернулась, победно потрясая шалью.
— А вот и я! — она кинула полотно удивленной Лизе.
— Это как тебе удалось..?
— А ну, открывайте! — в дверь забарабанили. Но та, не закрытая плотно, и сама отворилась. На пороге стояла девица, в плечах шире мужика. Косицы куцые туго-туго заплетенные. Щеки алые, точно свелой натертые. А глазки — махонькие, как у свинки на большом плоском лице. — Ну-ка! Вороти платок!
— Я его хозяйке воротила! — прячась за спинами собравшихся, отвечала ей Агатка.
В комнате было человек десять. И, видимо, рассудив, что с такой толпой ей не тягаться, Амелия решила ретироваться. Напоследок лишь оглядела всех угрюмо, сощурилась, нос морща, а после, дверью хлопнув и что-то себе под нос бурча, ушла.
— Да, знала бы, что все так легко выйдет — загадала бы что посложнее, — расстроилась Лиза. — Ладно, твоя очередь.
Довольная собой девчушка крутанула бутыль. Горлышко остановилось на Святе. Та еще пуще раззадорилась.
— Ну, давай, красавица, — хохотнул парень, — удиви меня.
— Говорил или делай?
— Пусть будет “делай”.
— Хорошо, тогда разомни плечи тому, кто тебе нравится из присутствующих, — выпалила поспешно, а сама глазами сверкает сидит и губы покусывает.
Но у Святика, похоже, еще не пришла определенность, кому из девчонок этим вечером внимание уделить готов. Потому повернулся он аккурат к Игнату.
— Ну, друже, ты мне всегда люб был, брат мой родимый, иди-сюда! — под всеобщий смех он ползком словил парня и принялся того мять, что Игнату, судя по подвываниям, было вовсе не по нраву.
— Я тебе еще припомню это на тренировке, — вырвавшись, Игнат теперь сам себе плечи растирал. После Святиковых огромных ручищ, как только те вовсе не раздавились.
— Ха, всегда готов, — хохотнул друг. Он и сам теперь выглядел весьма потрепанным.
— Крути уже, — махнул на него парень.
Свят ждать не заставил. Крутанул, что бутыль волчком завертелась.
— Ну ты б еще сильнее закрутил, — вздохнула Лиза.
Впрочем, вскоре горлышко все же нашло очередную жертву. Свят уставился прямо на Весенью.
— Так-так-так, — потирая ладони предвкушающе протянул Свят. — Вот и свежей кровушке доля выпала. Ну, что выберешь? Говорить или делать?
Делиться секретами Веське не хотелось. Хотя и второе выбирать было как-то боязно…
— Делать, — неуверенно отозвалась девица.
Свят победно хохотнул. Перевел хитрющий взгляд с Веси на Игната и обратно. И морда притом такая жучья стала, что девица аж поежилась.
— А поцелуй-ка, Весенья, Игната. — Резюмировал парень.
Вешка аж дар речи потеряла. Глазами огромными уставилась сперва на одного, веселящегося, после — на другого… Игнат лишь руками развел. Мол, правила игры такие.
Сейчас бы встать и уйти отсель. Не привыкла Вешка к таким представлениям. Но тогда книгу она точно не получит… А письмена-то надобно Лесьяру показать.
— Веша, если ты не хочешь… — Зашептала Ника той на ухо.
— Все в порядке, — хорохорясь Веся нарочито улыбнулась.
Поскольку все на полу сидели, ей пришлось слегка исхитриться, почти на четвереньках стоя, подтянуться к парню. На деле она намеревалась того лишь в щеку чмокнуть. Не сказали ж, как именно целовать надобно.
Но тут послышался в коридоре голос возмущенный.
Распахнулась дверь, отчего и Веся и сам Игнат вздрогнули. Парень слегка вперед подался, пытаясь разглядеть пришлых столь бесцеремонно. Ника вот от громко распахнувшейся двери и вовсе вздрогнула, случайно подружку толкнув.
Да сложилось все точно таким образом, что Веша не удержалась, упала на прям в руки Игнату, да еще и в его губы своими уткнулась.
— Вот! Поглядите, учитель Раце! — громко причитала Амелия, — я же сказала! Посреди учебной недели посиделки устроили!!
В комнате повисла тишина…
Глава 16
— Веся, ну, что ты такая неловкая, право слово! — первой в себя пришла Костяника. Она с силой дернула Вешку к себе прямо за шкирятник. Буквально стащила ее с Игната, откуда только столько силы взялось в тонких девичьих руках.
— Еще и разврат учиняют! — Амелия только усугубляла все, за что Ника грозным взглядом смерила.
Веша и вовсе словно в себя провалилась. На Лесьяра глаза поднять страшно было. Щеки горели так, что можно было прямо на них яичницу жарить и та б пригорела. Что ж он о ней теперича думать станет? Что она за его спиной с другими милуется?
— Сам вижу, — голос ледяной стукачке ответил. От него и вовсе сердечко девичье в пятки провалилось.
— Никакого разврата мы тут не учиняем! Что ты придумываешь! — Ника все еще пыталась выйти из положения.