Шанс для рода Шустовых. Том 1 (СИ)

— Один из тех, которые были с Советником, что просеивали золу.
— Нужно было сразу сюда бежать!
— Я так и собирался поступить, — стал оправдываться Иван. — Но он уже уходил, а девчонка была какая-то замученная, вот я и подошел к ней. Поговорить по душам.
Иван замолчал, ожидая моей реакции. Я кивнул.
— Она сначала ни в какую, мол, клиент и все. Но потом немного разговорилась. Это оказался человек Корсакова.
— Это мы и так знали, — фыркнула Лушка.
— Да, но он еще сказал, что занимается «одним очень важным делом»! — Иван весь светился от гордости. 
Не знаю, насколько это была важная информация для нас. Я и так понимал, что Корсаков ищет медальон и не прекратит поиски. Но парнишка выполнил мое поручение и смог разговорить работницу борделя. А это нужно поощрять.
— Молодец! — похвалил я Ивана. — Ты прав, это важно. Мы теперь точно знаем, что они не остановятся, раз уж назвали это «очень важным».
— Так и я о чем! — воскликнул Иван. — А еще он рассказал девчонке, что дело идет и сколько еще продолжится неизвестно.
Это только подтверждало мои выводы. Что ж, пусть ищут. Нам просто стоит это учесть, когда в следующий раз полезем в дом.
Ночь прошла спокойно и утром я ушел на пробежку, когда еще все спали. Возвращаться не стал, а сразу отправился заниматься. Если вернуться и позавтракать, то потом теряешь час. Пока еда переварится, пока снова в темп войдешь.
Я стоял на поляне и отрабатывал удары ногами.
С моей растяжкой они были весьма корявыми, но делать это было нужно. Один из моментов, которые я заметил при наблюдении за боями, отсутствие подобных техник. Значит моим преимуществом может стать дальняя дистанция. Накоротке меня могут и повязать. А если перейдем в партер, там мне с крупными бойцами будет сложновато соперничать.
Я отрабатывал Уширо Ура Маваши Гери или удар с разворота пяткой, когда заметил какое-то движение в кустах.
Кто-то за мной следил.
  
Глава 13
 
Поняв, что за мной следят, я не подал вида. Как и раньше усердно махал ногами и делал выдохи на удар. Единственное отличие было в том, что с каждым разворотом я чуть больше доворачивался, постепенно приближаясь к наблюдателю.
Если подумать, любой противник, следящий за мной, уже напал бы или скрылся. Тут же было видно, что человек оставался на месте. Это убедило меня, что наблюдал кто-то из своих.
Не люблю, когда за мной подсматривают, пусть и без злого умысла.
Так что, подойдя максимально близко к засаде, я сильно оттолкнулся и щучкой нырнул в кусты.
В полете я понял, кого увижу, но решил, для пущей назидательности, завершить свой бросок.
Перелетев раскрывшую от неожиданности рот Лушку, я в падении захватил и повалил её. За счет инерции перекатился, подмял девчонку под себя и положил лицом в траву. Для достижения эффекта заломил руку на болевой, но без усилия, чисто отметив намерение, как нас учили на тренировке.
Лушка взвизгнула и попыталась вырваться. Но с болевого просто так не слезть, и девушка начала извиваться, пытаясь уменьшить боль в суставе. Я тут же отпустил её, но остался сверху, позволив лишь перевернуться лицом ко мне.
— Это было так… — девушка задумалась, подбирая слова. — Великолепно!
Лушка лежала на спине и восхищенно смотрела на меня.
Мне стало как-то неудобно держать ее в таком положении. Я поднялся и помог встать девушке. Та вскочила на ноги и принялась немного карикатурно повторять каты.
— А вот эти вот движения они зачем? — спросила девушка, немного успокоившись.
— Это как бой с противником, которого на самом деле нет, — попытался я объяснить суть упражнения. — Бой с тенью.
— Раз нет, так зачем с ним биться? — не унималась Лушка.
— Он как бы есть, но его как бы нет, — путано произнес я.
— Как духи?
— Нет, не как духи. Противник есть только в моей голове, я представляю, как я с ним дерусь.
— Интересно, — протянула девушка. — А вы научите меня драться с невидимым противником?
Что я мог ей ответить? Ее попытки повторить довольно сложные движения финальных элементов вызывали умиление.
 
Я вспомнил, как мы мальчишками, только пришедшими в секцию, восхищенно смотрели на тренировки старших. Точно так же пытались повторять увиденное, вызывая дружный гогот пацанов постарше. Отказать Лушке я не мог.
— Хорошо, — принял я решение. — Ты можешь приходить и следить за моими тренировками. И как только немного освоишься будем проводить спарринги. Это будет полезно.
— А чего осваиваться-то? Половину ваших движений я и так знаю.
Лушка отошла на шаг и довольно точно воспроизвела комплекс начальных движений из ушу. Я удивленно уставился на девушку.
— Ваш батюшка так делал. И ещё так.
Девчонка отошла чуть дальше и с хорошей точностью и высокой скоростью движений сделала Линьгун Шибафа.
Видеть китайскую гимнастику посреди леса в Российской Империи восемнадцатого века мне ещё не доводилось.
Что ж, у Лушки были хорошие задатки. Правда об этом можно было догадаться и раньше, когда она орудовала ножом. Но тогда мне всё это как-то в голову не пришло.
Девушка закончила и подошла ко мне довольная собой.
— Всё это я видела и тихонько тренировалась на кухне, а вот этих ваших движений не знаю.
— Договорились. Будешь наблюдать и тренироваться, — повторил я своё предложение.
— Отлично! — воскликнула девушка.
Мы тренировались пару раз в день несколько дней подряд. Прогресс был заметен. Причем как у меня, так и у Лушки.
Рука заживала поразительными темпами. Подозреваю, что без помощи Шанса тут не обошлось. В моем мире такой порез заживал бы не меньше месяца, а тут затянулся и перестал беспокоить всего за неделю.
Пришло время нанести визит Матвею – распорядителю боев.
Вечером я предупредил своих, что пойду и попробую принять участие в бое. Лушка сразу же приосанилась и собралась идти со мной.
Мне было жалко её огорчать, но я не собирался брать с собой никого из них.
Прежде чем отправится в заведение «У Луки» мне нужно было обзавестись тканью для маски. Как верно заметила девчонка-воровка: шёлк был не лучшим решением. Эх, балаклаву бы!
Я нашел Анфису Петровну, где обычно. Мадам сидела и потягивала трубку за стойкой.
— Добрый вечер, Анфиса Петровна.
— Добрый, коль не шутишь, — усмехнулась мадам.
— У меня есть к вам одна просьба.
Мадам вопросительно взглянула на меня, но ничего не сказала.
— Мне нужна полоска ткани, — продолжил я. — Как на перевязку только черного или любого другого темного цвета.
— Решил идти участвовать в боях?
Я удивился такой прозорливости, но не выказал этого.
— Да. Хочу сделать маску. Не нужно чтобы кто-то узнал, что старший из Рода Шустовых дерётся на арене.
— Это ты верно заметил. Не нужно.
— Значит сможете помочь?
— Попробую.
Анфиса Петровна вышла из-за стойки и направилась к «орлиному гнезду» охранников.
— Афоня! — позвала мадам.
— Слушаю вас, — выскочил из своего закутка Афанасий и встал «на вытяжку».
Мадам скривилась при его виде, но ничего не сказала по этому поводу.
— Где у тебя валяется рубаха того татя, что пытался к нам от конкурентов проникнуть? Ну, такая темная, — сказала она.
— Так в чулане где-то. С другими вещами, что из управы тогда привезли.
— Найди её и принеси. И не из управы, а из приказа.
— Тогда они еще управами были, — буркнул Афоня.
Мне он приветственно кивнул, проходя мимо.
Пока охранник отсутствовал, мы с мадам вернулись к стойке.
Казалось, что Анфиса Петровна хотела что-то еще сказать или спросить, но тут появился Афоня, неся в руках какой-то узел.
Подойдя, он свалил на стойку свою ношу и принялся развязывать. На узком столике за стойкой образовалась целая гора каких-то тряпок, не то одежды, не то сумок.
Выудив темную мятую тряпку, Афанасий расправил её. Это оказалась темно-синяя, почти черная рубаха из тонкой мягкой ткани.