Дочь звёзд (СИ)
Маликова Ирина
Дочь звезд
Пролог
Большой зал для приемов в доме городничего, освещенный сотнями свечей всех мыслимых и немыслимых цветов и размеров, создавал настроение таинственности и мистики. Прием, устроенный в поместье ее дядюшки в честь уважаемого гостя, стал самым значимым событием этой части года, помещение было битком набито разодетыми представителями элиты Ичвинстера. Ароматы дорогих духов, помпезные оборки на окнах и общий антураж Бального зала начинал действовать ей на нервы, и девушка с трудом представляла, как провести остаток вечера и не спятить.
Согласно задумке, все женщины облачились в пышные платья разных цветов и оттенков, и непременно с глубоким, квадратным декольте! При тусклом освещении их накрашенные лица пугали своей неестественностью, а прически… это вообще тяжелый случай.
Пользуясь всеобщим восхищением от выступления оркестра, Элениель незаметно выскользнула за дверь и, оказавшись в просторном коридоре, с наслаждением вдохнула свежий воздух. Отвратительное место, отвратительные люди… Она взглянула на часы и заскулила — еще так долго! Немного постояв, девушка подошла к одному из зеркал, которыми был увешаны стены всего восточного крыла. Она и сама сейчас выглядела, как бездушная марионетка, которой управлял опытный кукловод.
Элениель провела подушечками пальцев по выбеленному лицу, осмотрела высокую конструкцию, похожую на плетеную корзину, в которую пару часов назад превратили ее длинные русые волосы. Ей стало противно от самой себя. Она позволила сделать из себя это…
Заметив в отражении лицо Кирана, Элениель не стала притворяться, что рада ему. Судя по его взгляду, тот тоже не думал любезничать.
— Долго ты еще будешь здесь стоять? Отцу нужно твое присутствие среди гостей, так что кончай прятаться, как загнанный зверь, и иди внутрь!
— Надо же! Неужели этот франт в красном камзоле может говорить гадости? — Элениель развернулась и кивнула на дверь. — Вон там полно девиц, которые простят тебе что угодно, лишь бы постоять рядом — с ними и будешь так разговаривать, дорогой братец.
— Я тебе не брат, Элениель.
— К счастью, иначе я бы давно наложила на себя руки за родство с таким болваном.
Даже полумрак не помешал ей увидеть раздраженное лицо своего "родственника". Он уткнул руки в бока и покачал головой.
— На этот раз я это спущу, но не смей со мной так разговаривать, девчонка. Кем бы ты была, если бы не мой отец? Бродяжкой? Путаной? Или валялась в какой-нибудь канаве в своем королевстве?
— Во-первых, Киран, хватит тыкать меня в мое происхождение всякий раз, как тебе что-то не нравится. Я благодарна Генри за заботу, и, став старше, я сполна эту заботу отработала. Или станешь отрицать, что мне приходилось расхлебывать делишки, которые игнорировал ты, его родной сын и прямой наследник? — Киран сложил руки на груди и отвернулся. Конечно, крыть-то нечем. Элениель медленно выдохнула. — Я не задержусь в этом городе надолго, я просто не смогу выносить этот вечный маскарад!
— И куда ты сунешься? Люди ненавидят эллар, ты везде и всегда будешь чужой.
Слова парня неприятно саданули ей по сердцу. Она знала это, но лишь беспечно махнула рукой, скрыв свою боль.
— Скажем так: не все такие твердолобые, как ты. Я вернусь в зал чуть позже. Вернусь, — с нажимом повторила она, когда глаза парня сощурились. — Там так несет духами, будто каждый вылил на себя целое ведро! Не забывай, что нюх у меня острее твоего будет. Мне просто нужен свежий воздух.
Когда недовольный парень ушел, Элениель подхватила полы платья и вышла на открытую террасу. Ночь только вступала в свои права, поэтому на небе еще алели темно-розовые полосы, напрасно сопротивлявшиеся первым звездам.
— Проклятая штука… ну, погоди у меня, — бормотала девушка, пытаясь хоть немного ослабить корсет. Благо, этот скреплялся спереди невидимыми заклепками, а не шнуровкой, как у других несчастных дам в этом доме. Но это все равно было бесполезно, потому что корсет явно предназначался для девушки стройнее нее. Она не была полной, и ее удивляло: как портной мог сшить такое узкое платье по снятым с нее меркам?!
— Зачем женщины так себя мучают? Этот наряд красив и нравится мужчинам, но разве он стоит таких страданий?
Элениель, которая в этот момент поправляла ненавистное декольте, подняла глаза и посмотрела на сказавшего это мужчину. Он сидел на каменной скамейке позади высокого горшка с пышным цветком внутри. Не удивительно, что она его не заметила. Вместо камзола на нем была рубашка, темная расшитая безрукавка, бриджи и гольфы до колен. Светлые тонкие волосы были собраны в хвостик. Незнакомец держался непринужденно, и с любопытством смотрел на нее.
— Полностью согласна, поэтому и собираюсь провести торжественное сожжение этой тряпки сразу после приема.
Незнакомец усмехнулся и, грациозно встав, подошел к ней. На вид ему было сорок-сорок пять лет, и он даже близко не был красавцем: залысины по бокам, непропорционально большой нос, а глаза, казалось, боятся друг друга и поэтому расположились как можно дальше. Но именно его взгляд словно приковал ее к месту. Не похотливый, как у большинства, а заинтересованный…
Элениель усмехнулась.
— Интересно, сколько еще людей смотались с праздника?
— Я не любитель таких сборищ, — просто ответил незнакомец, покачался с носков на пятки, не прекращая смотреть на нее. — Но мне придется вернуться, все-таки в мою честь гуляют.
Брови девушки взлетели вверх.
— Вот так встреча…что ж…
— Вам вовсе незачем снова идти туда, с Вашим дядей я сам все улажу. — В ответ на ее недоуменный взгляд, мужчина пояснил. — Я случайно стал свидетелем Вашего с братом разговора.
— Даже так…. Потрясающе, — качая головой, и не сводя глаз с мужчины, сказала она. — У Вас талант поспевать везде и сразу, господин…
— Капитан, — мягко поправил он и поцеловал ее руку, — капитан Винсент де Корро. Я могу обращаться к Вам по имени?
— Титула у меня нет, а фамилия больно длинная, так что без проблем.
— Элениель… необычное имя. Вы не местная.
— Ох, как Вы правы, — усмехнулась она, но внутренне напряглась. Что-то в его взгляде настораживало ее.
— Какое королевство?
Они смотрели друг другу в глаза, и девушка ясно видела в них слова "Я знаю, кто ты". Поэтому решила не юлить.
— Лауре-Эйтель.
— "Гладь воды прочнее глади стали" — проговорил он лозунг королевского дома, постучав по подбородку. — Итак, эллар. Далеко ж тебя забросило. Какая, говоришь, у тебя фамилия?
— Я не говорила, — отрезала она, — и Вас это не касается. Приятно было познакомиться.
Мужчина усмехнулся.
— Сомневаюсь.
Элениель закатила глаза и пошла к дверям. Этот человек, кем бы он ни был, будто видел ее насквозь, и это раздражало. Она хранила свое прошлое в тайне, оберегала его от посторонних, как сокровище, потому что это единственное, что ей принадлежало! Несколько смутных воспоминаний маленькой девочки, которая в восемь лет узнала, что значит быть ненужной и неполноценной. Та девочка еще живет внутри, и она иногда предается грезам о доме… Доме, в который она никогда больше не вернется.
— За свой век я повидал много эллар, и узнал бы тебя, даже если бы не слышал слов того молодого человека. — Девушка остановилась и медленно развернулась к нему. Мужчина был серьезен. — Знаешь, как? — Она лишь дернула плечами. — Взгляд. Ты словно светишься на фоне людей, ты необычна, а твоя мятежная душа задыхается здесь.
— Говорите так, словно собираетесь мне что-то предложить.
— Все может быть. Например, я мог бы предложить тебе место в команде. Жизнь с нами непроста, и, если согласишься, однажды можешь влипнуть во что-то серьезное. Но впечатлениями я тебя точно обеспечу.
Перед мысленным взором девушки замелькали картинки воображаемых приключений на двухмачтовом величественном бриге, дальние страны, новые земли… Но внезапная мысль заставила ее спуститься с небес на землю, и это, как всегда, было очень болезненно.