Дважды похищенная (СИ)
Полина Белова
«Дважды похищенная»
Глава 1
— Палки-стучалки, дын-дыра Заринка! — шустрый мальчишка довольно молотил колотушкой по толстому стволу векового дуба.
Зарина недовольно скривилась: брат младше на целых шесть лет, а снова обогнал её, паршивец. Наверное, никто в селенье так быстро, как он, не бегает! Обычно девушка гордилась своим братом, но сейчас её взяла немалая досада.
Во-первых, ей просто было обидно проиграть мелкому, а, во-вторых, из-за невысокого соседского забора за увлекательной игрой молодняка в прятки, между делом, наблюдал соседский парень Сашима. Он неторопливо колол дрова на зиму, поигрывая мускулами и явно рисуясь, а его мать развешивала бельё и тоже усмехалась, глядя на эти забавы.
Вчера Сашима помог Зарине донести воду от родника, когда они случайно встретились на лесной тропинке. А потом, уже у самой калитки, возле её дома, парень поставил тяжёлые вёдра на землю и осторожно взял девушку за руку. Они немного постояли молча.
Наконец, нежно заглядывая соседке в глаза, Сашима пробормотал еле слышно:
— Ты очень красивая, Зарина.
Она стояла, страшно смущаясь, опустив голову, но не отнимая, однако, руку, и безумно жалела, что их в этот момент её подружка Натинка не видит. Высокий, красивый, улыбчивый Сашима нравился половине девчонок в селении. Две лучшие подружки, Натинка и Заринка, не были исключением.
Этим воскресным вечером парень, чуть насмешливо, лишь поглядывал на дурачившуюся вместе с детьми молодёжь из-за забора, сам уже не решаясь играть в такие детские игры, считал себя слишком взрослым.
Хотя, в прятки у дуба сегодня собрались играть не дети, а, в основном, парни и девушки. Только некоторых, особо уважаемых, малявок приняли в игру. Таких, как быстрый брат Зарины, прехорошенькая, как картинка, младшая сестра Натинки или сын самого старосты.
Зарина понимала Сашиму. Конечно! Этим летом ему уже будет двадцать, а Заринке вчера только семнадцать стукнуло. Ей ещё можно до самой осени с младшими побегать. А осенью могут и просватать…
Эх! Обогнал её братишка, придётся водить. Зарина встала у дуба, согнула руку в локте, опершись на ствол, и прижалась к ней глазами. Начала громко присказывать:
— Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать! Корыто, корыто, мои глаза открыты! Кто не спрятался, я не виновата!
Вдруг бёдра ожгла острая боль. Заринка завизжала и быстро развернулась. Рядом, в двух шагах, стояла разъяренная мать с длинной лозиной в руке.
— Играет она! Забавляется! Осенью уже замуж пора, а она с детьми бегает! — каждый выкрик женщина сопровождает взмахом лозины, но по Заринке больше не попадает. Та бежит впереди матери к дому, ускоряясь на каждый свистящий звук и ловко уходит от удара.
Мчась в свой двор со всех ног, Заринка замечает ухмыляющиеся лица односельчан и просто умирает от стыда. Даже играющие высунулись из схронов и укромных местечек, куда успели уже спрятаться, и с любопытством наблюдают за разворачивающимся действом. Некоторые вдогонку сыпали шуточками, некоторые просто смеялись и даже… Сашима, гад ползучий, улыбался! Позорище! Никогда матери не простит!
Конечно! Взрослую девушку при всех лупит лозиной! Уже во дворе Заринка едва не плачет от стыда и обиды. Как ей теперь людям на глаза показаться? За что?
Она не сразу понимает, о чём выговаривает ей мать:
— Погоди вот! Отец с тележкой сам за несчастным теленком пошёл. Как ты могла! Что ж ты такая бестолковая! Ничего поручить нельзя!
— Да что такое, мама? — визжит, не увернувшись от очередного взмаха, девушка, потирая попку.
— Как баба Улька прибежала и сказала, что наш телёнок ноги переломал, я так и поняла, что это ты виновата! — кричала мать уже, ловко загоняя Зарину лозиной в сарай и закрывая дырявую деревянную дверь на огромную щеколду.
Девушка уже поняла, что их телёнок, которого она ещё утром отвела на луг и привязала к колышку пастись, каким-то образом поломал ножки.
— Ты чем думала, когда так близко к кустам его привязывала? Баба Улька сказала, что он, бедный, верёвкой в ветках запутался, чуть не задушился, дёргался, дёргался, пытаясь вырваться, и переломался, — продолжала выговаривать мать.
Зарина вспомнила, что и правда, колышек всунула в землю недалеко от кустов, трава там посочнее была, она и привязала телёнка так, чтобы он доставал. Кто же знал, что животинка запутается? Да ещё и в ветках ноги себе переломает!
— Богиня! Что же теперь будет? Отец планировал бычка откормить и осенью в городе на ярмарке мясо продать. А теперь телка только забить остаётся, а в нём одни кости, маленький же совсем ещё. Да отец об меня не одну розгу за такое измочалит! — в отчаянии прошептала Заринка.
За калиткой послышались крики и ругательства хозяина, успокаивающие мужские голоса. Зарина сквозь щель в двери сарая увидела, как несколько человек, вместе с отцом, втянули во двор невысокую тележку, с лежащим на ней несчастным телёнком. Видимо, они же принимали участие в погрузке бычка на лугу, и сейчас стали помогать готовиться к его убою. Отец почти без остановки ругался на безмозглую девку, которой он всю шкуру спустит и на всю жизнь научит, как правильно телят привязывать.
Зарина слушала и приходила в ужас. Будущее показалось ужасным. Сначала это позорище с лозиной от матери на глазах у всех друзей и Сашимы, а впереди наказание от отца за погубленного бычка. Зарина хорошо подумала и решила, что лучше пока сбежать к тётке, сестре матери, которая живёт в соседнем селе, за лесом. Пересидит это лето у тётушки, а там видно будет.
Она пролезла в узкую отдушину под самой крышей сарая, благо она девушка тоненькая, Натинка не протиснулась бы на её месте, и решительно двинулась в сторону леса.
Уже вечерело. Пока Зарина огородами добежала до опушки леса, совсем стемнело.
Но девушка дорогу в соседнее село с закрытыми глазами могла найти. Сколько раз и ходила и на телеге ездила!
В непроглядной темноте, которая окутала девушку, сразу после того как она шагнула под густую сень леса, Зарина смело пошла по накатанной лесной дороге к тётке.
Во тьме вдруг раздался тоненький испуганный девичий крик:
— Зарина, ты сдурела? Куда тебя ночью понесло? Угробила телёнка и бежишь? Пошли обратно, у меня денёк пересидишь, пока твой отец успокоится.
Зарина сразу остановилась. Дёргано повернулась на голос. Выглянувшая из-за густых облаков луна, тоненьким слабым лучиком, который пробился сквозь нависшие над узкой дорогой густые кроны деревьев, осветила приближающуюся тонкую фигурку.
— Нати? Ты как здесь? — удивилась беглянка.
— Хм… Как увидела, что мать тебя домой погнала, сразу поняла, что случилось нехорошее. Твои же родители тебя любят, никогда зазря не обижают. Не то, что мой папаша, — вздохнула подружка.
— Небось, ребята смеялись все надо мной? — с тайной надеждой, что это не так, спросила Зарина.
— Да забудется это! Чего ты! Что-нибудь новое в посёлке случится, и они будут потешаться над кем-нибудь другим! — успокаивающе затараторила Нати, обрушив слабые надежды подруги.
— И Сашима смеялся? — с замиранием сердца поинтересовалась несчастная.
— Я не видела, — Натинка отводила глаза, но она уже подошла совсем близко, чтобы подружка хорошо разглядела даже в темноте, её лицо и поняла, что ей сейчас нагло врут.
Девушки жили по соседству и дружили буквально с пелёнок, поэтому Зарина знала, что Нати всегда отворачивалась и косила глазами в сторону, когда говорила неправду.
«Значит и он смеялся со всеми», — обиделась девушка на свою первую любовь.
— Мне лучше к тётке на это лето уйти. Отец розгами меня за телка проучить грозился, — сказала она вслух.
— Меня мой отец за такое, вообще, насмерть бы забил. А твой только грозится. Он тебя ни разу ведь не бил, — уговаривала Натинка.
— Ага-а-а… А я ни разу такого ещё и не делала. Это же сколько денег из — за меня теперь потеряно. Страшно подумать! — вздохнула девушка.