"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

И потом, охрана начеку. Так они и позволят ему забраться по веревке, перепилить решетку, спустить оттуда Серпиану и спуститься самому. Бесполезно и пытаться. И даже если бы удалось с ней как-то связаться, препятствий на их пути будет множество. Без магии и в одиночестве он здесь бессилен.
Отступать не хотелось, но выбора не оставалось. В любой момент офицеры, проходившие мимо и уже поглядывающие на него с недоумением, могли почувствовать, что он маг (Дик не сомневался, что большинство сотников в замке Далхана так или иначе владеют магией и способны ее ощутить). Если он хотел выбраться из крепости, чтобы продумать другой план, нужно было делать это сейчас. И, бросив полный беспокойства прощальный взгляд на донжон, где держали его невесту, рыцарь-маг вместе с крестьянами покинул замок.
Его угнетало ощущение полного бессилия. Он не может немедленно придумать какой-нибудь ход, предпринять какую-нибудь хитрость, чтобы вытащить Серпиану из беды, в которой, по большому счету, виноват именно он. Надо спешить. Пока он не ощущал никакого беспокойства, кроме осознанного, никакого чувства, что ей там сейчас плохо. Но все может измениться. А что, если Рэил наскучит ждать, пока королевский бастард придет за девушкой, и он станет мучить пленницу?
И кто знает — может, Далхан уже делает это? Просто Дик ничего не чувствует. Он же не в курсе, какие именно образы и мысли должны посещать человека, если его возлюбленной плохо?
Дик постарался взять себя в руки. Рыцарь-маг ничем пока не может ей помочь, а нервозность и беспокойство только лишат его трезвости суждений. Он должен заставить себя временно забыть о любимой и думать только о проникновении в замок Далхана — как о еще одной военной операции. Только тогда, хоть это, наверное, сурово звучит, он сможет что-нибудь изобрести.
Вернувшись на постоялый двор, рыцарь-маг переночевал там и наутро, расплатившись, ушел, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания.
Еще не зная, что можно предпринять в сложившейся нелегкой ситуации, он отошел от замка подальше и, сжав левой рукой правое запястье, куда благополучно вернулся браслет друидов, переместился в другой мир. Лишь в последний миг он понял, что перемещается туда, где впервые встретил Серпиану.
  
Глава 12
 
Дик задержался в лесу, привыкая к приглушенному свету, и, решив, что пора бы двигаться дальше, потянул коня за повод. Вскоре, как и в прошлый раз, он выбрался на открытое место, и перед ним развернулась долина, которая почти пять лет назад была усыпана бездыханными телами людей и неведомых существ, которых Серпиана называла демонами.
Только тела демонов (вернее, их останки) теперь лежали в траве. От огромных чешуйчатых туш остались лишь костяки и рога с копытами, если таковые имелись — да и те почти совсем исчезли в земле. Осторожно оглядываясь, молодой воин двинулся по склону в долину. Должно быть, кто-то все-таки похоронил людей. В двух местах недалеко от опушки среди травы чернели кострища. Не было видно ни оружия, ни доспехов — наверное, их прибрали вместе с прахом. Только кости демонов, которые, видимо, сочли недостойными христианского погребения…
«Какое еще христианское погребение! — сердито подумал Дик. — Они же тут все язычники».
Он еще не знал, что собирается предпринять, но смутно ощущал, что единственная возможность решить проблему заключена в границах именно этого мира.
Ладно, рассуждая здраво — что мешает ему выручить Серпиану? Недостаток магии? Он надеялся, что нет. Недаром ему все же удалось удивить Далхана, одержав над ним верх в прошлый раз. Тогда что же?
Дик обвел поле задумчивым взглядом. Ему показалось, что впереди забрезжил свет, и загадка разрешилась на удивление просто. Конечно, ему просто-напросто нужно войско.
Он посмотрел себе под ноги. На поле давно завершившегося боя, как это обычно бывает, росла на редкость густая и высокая трава — она скрывала человека с головой, и лишь вытянутой рукой можно было коснуться травяных метелок. Идти по ней, пожалуй, опасно: запросто можно напороться на какую-нибудь железку, которую вовремя не убрали. Поле лучше обойти.
 
Дик вел в поводу того самого черного арабского жеребца, на котором ездила его невеста. Многострадальный конь, одуревший от пребывания в магической пещере под действием сонных чар, а потом еще и переживший переход из мира в мир — тоже мощная магия, — был непривычно тих, медленно переставлял ноги, то и дело сбивался с иноходи, чего с ним прежде не случалось никогда.
Решив осмотреть вьюки, притороченные к седлу черного жеребца, молодой рыцарь еще в Кельне тщательно разобрал вещи Серпианы — платье, рубашки, гребень, какие-то штуки, которым он не знал ни названия, ни применения, — и обнаружил там кинжал. Не тот, который он ей купил, а тот, что всегда был при ней. Оружием, сохранившимся у нее еще с прежней жизни, — луком и этим кинжалом — она очень дорожила и никогда с ним не расставалась.
Лук позволяла только потрогать, кинжал — иногда и подержать в руках. И по какой причине девушка решила положить бережно хранимую память о родной земле во вьюк, Дик не знал.
Впрочем… Серпиана как-то обмолвилась, что складка пространства, которой она может распоряжаться, имеет ограниченный объем. Возможно, из-за того, что в эту «складку» девушка уложила целый сундук драгоценных камней из Килани да еще кое-какие ценности, полученные молодым рыцарем от короля (Герефорд сам просил ее прятать вещи у себя, чтобы их не могли украсть), да кончар, купленный в Англии… Возможно, для кинжала просто не осталось места. Девушка могла решить, что ни для кого, кроме нее, это оружие не представляет ценности, и потому оставить его во вьюке.
Теперь Дик достал кинжал и принялся его рассматривать. Это был короткий обоюдоострый клинок, тяжелый, черненый, с узкой крестовиной, в центр которой был вставлен черный камень, на свету отливавший густой зеленью. Рукоять обтянута кожей, навершие выполнено в форме свернувшейся пружиной змейки с камешком в зубах — таким же черно-зеленым, как на крестовине.
Осторожно завернув оружие в широкий лоскут плотного льна, молодой рыцарь убрал его обратно во вьюк и повел коня в обход поля.
Он не знал, куда именно ему следует идти. Мысль, которая пришла ему в голову, на первый взгляд вызывала большие сомнения, но чем дольше он обдумывал ее, тем больше убеждался, что иного пути нет.
Дик решил обратиться за помощью к людям, населяющим землю, которой прежде владел род Серпианы. Кажется, он назывался Дом Живого Изумруда. Ведь там должны были остаться какие-то люди. Хоть кто-то. Часть из них могла сохранить верность роду Серпианы. А сколько-то воинов всяко лучше, чем ничего.
Но где же их искать? И где она, земля Дома змей-оборотней? Серпиана что-то сказала о том, что бой происходил на границе земель Изумруда и Мейда-ля. На поле боя погибли все — и нападавшие, и оборонявшиеся. Оба владения теперь должны быть выморочными. Или… Дик горько усмехнулся. Желающих владеть землями всегда можно найти сколько угодно, так что дальних родственников обоих Домов, наверное, нашлось больше, чем надо. Но ему сейчас не до прав Серпианы на графство или на два. Его интересует только ее жизнь и свобода.
Итак, откуда начинать поиски? Молодой рыцарь вел постепенно оживающего коня в поводу и прикидывал, что, будь он предводителем остатков уцелевшего войска какого-нибудь рода, он скрылся бы в лесах — по крайней мере, чтобы разузнать обстановку.
Кроме того, можно расспросить местных жителей. Должны же быть у них какие-нибудь трактиры. А трактирщики всегда все про всех знают. Работа у них такая.
Впереди показалась дорога — широкая, прямая, стрелой рассекающая густую траву лугов. Дик приободрился — где дорога, там и придорожные селения, и постоялые дворы для путешественников, и словоохотливые крестьяне, везущие овощи на рынок, и даже большие города. В больших городах о том, кому теперь принадлежат земли, можно будет узнать поточнее.
И на усталой, одуревшей от происходящего лошади по дороге ехать удобнее.