"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

— Правда? — удивился Рензел, а у меня на ладонях затрепетало пламя.
Страница из книги начала стремительно чернеть и рассыпаться пеплом, который подхватил легкий ветерок из окна.
— Правда, — пожала плечом. — Война закончилась, и люди подружились с драконами. А главные герои поженились, и у них родилось двое прекрасных детей.
— Прекрасный финал, — опять прижался ко мне щекой Рензел, а я улыбнулась и…
— Э-э-эм, Рен, — жалобно протянула. — Огонь не гаснет.
Здравствуй, моя главная беда! Сколько бы Рензел ни учил меня контролировать магию, я никак не могла с ней совладать. Она меня не слушалась! Вот, как сейчас. Листок бумаги давно превратился в пепел, а огонь горел.
— Цесса… — сжал мои запястья муж и высунул огонек пламени в окно. — Главное не волнуйся. Успокойся.
Ох, Богиня, обожаю его предусмотрительность. Особенно после того, как я случайно взорвала нашу спальню в северной башне. И это после восстановления всего замка! Поэтому меня и решили до родов переселить в западное крыло. Тут хоть разносить было нечего — вещей почти нет. Богатого убранства тоже. Что сказать… Настоящее холостяцкое угодье.
Да Тень и Мрак на первом этаже жили богаче, чем я на самой верхней комнате! Так еще эта треклятая лестница — лишний раз не побегаешь. За что меня сюда запихнули?
Я глубоко вдохнула, чувствуя, что меня опять понесло. Если сейчас не соберусь с мыслями, то будет громкий «бам». Поэтому я подумала о кровати, которая была… Уютной в этом месте. Особенно, когда меня обнимал мой муж. А еще, здесь всегда пахло Рензелом, даже когда он куда-нибудь отлучался.
— Вот, умница, — похвалил муж, стоило пламени перестать расти в моих ладонях. — А теперь его нужно погасить.
— Как? — пискнула я и жалобно на него посмотрела. От страха позабыла все его наставления. — Давай ты его погасишь, а то вдруг…
Пламя опять начало расти, а Рензел взволнованно произнес:
— Цесса, соберись. Я не могу постоянно быть рядом, чтобы решить твои проблемы, поэтому учись это делать сама. Вдохни.
Я вдохнула.
— Глубже.
Вдохнула еще глубже.
— Еще глубже.
— Я не рожаю Рен, чтобы дышать так глубоко!
Ну, вот и все. Вместо того чтобы успокоиться — я разозлилась. Огонь вспыхнул столбом. А раз мой муж не спешил «решать проблемы», в мою умную головушку пришла логичная мысль. Огонь надо гасить водой!
— Эм… Цесса, — напряглись руки Рензела на моих запястьях, когда он заметил синие искры вокруг пламени — попытку призвать воду.
— Сейчас-сейчас, Рен, — плотоядно оскалилась я. — Я все решу.
— Цесса, погоди, ты не…
Бам! Случилось! Грохот раздался такой, что в загоне, где Лисава каталась на Злате, испуганно заржали лошади. А из каждого угла послышалось: «Опять рвануло?», «Опя-я-ять рвануло». Но я же не виновата! Все делала правильно. Хотела погасить водой, но она вдруг начала замерзать и вот… Бабахнуло.
По моим ногам вдруг потекла теплая жидкость.
— Нужно было лишить пламя воздуха, — запоздало произнес Рензел.
Он успел выставить в окно ледяной щит и погасить им взрывную волну, а когда замолчал, следом за мной опустил взгляд на пол, о который застучала вода. Муж побледнел:
— Цесса, сильно испугалась? — поднял он на меня обеспокоенный взгляд.
А мне и смешно и грустно стало. Я с упоением заглянула в его льдисто-голубые глаза, и поняла, что хочу хорошенько его пристукнуть. Но… Желание поколотить короля Лунцелоса, пересилил страх.
— Кажется, началось, Рен, — прошептала я, хватаясь за мокрую юбку.
— Цесса! — воскликнул Рензел, когда я застонала, согнувшись от боли, а на улице усилился ветер, разметав мои волосы. — Боги…
Он подхватил меня на руки и отнес на кровать, но когда собрался отстраниться, я вцепилась в его темно-синюю рубаху и потянула обратно.
— Ты же не оставишь меня одну? — с ужасом и слезами выдохнула.
— Не оставлю.
— И за руку подержишь?
— Подержу, — пообещал белый, как мел, король.
— А…
В тот же миг в дверь забарабанила Марька.
— Ваше величество! Ваше величество! Что у вас случилось?
Последний месяц она почти всегда была рядом. Волновалась. Прибегала по любому поводу. И готовилась к родам даже тщательнее меня, Рензела и королевы вместе взятых. Наверное, потому что сама была на третьем месяце, и ее инстинкты работали получше моих.
 
Ох…Богиня. Тысячу раз тебе благодарна за Марьку! И рада, что, когда она металась между двумя желаниями: все время быть рядом со мной или выйти замуж за рыцаря, при этом хитро поглядывая на Уфа — я выполнила оба.
Точнее, одно желание исполнил Рензел и выделил ей восточное крыло, пустующее после ухода Арона. Марька с удовольствием взяла лазарет под свое крыло и начала учиться медицине, чтобы к моменту рождения племянников быть во всеоружии. А сэр Ларис посвятил Уфа в рыцари — заслуженно между прочим, а не только ради Марьки — и сразу после нашей с Рензелом свадьбы, отметили бракосочетание моей двоюродной сестры и теперь сэра Уфа!
Раньше Рензел порой ворчал, что Марька везде и не дает мне проходу, сейчас, вон, как оживился! Порозовел, точно ожил, услышав ее голос. Подсунул мне под спину подушку и бегом подлетел к моей сестре.
— Началось! — распахнул он дверь, а Марька так и замерла, с поднятым кулаком да хлопая глазами.
— Что начал…
И тут я не выдержала. Застонала. А новоиспеченная баронесса схватилась за голову и воскликнула:
— Началось! Уф! Уф! Началось! — прокричала она в коридор башни. — Беги к королеве! Зови служанок! Повитух!
А сама влетела в наши с Рензелом покои, сгребла заранее подготовленные полотенца, пнула металлический таз ближе к кровати и потребовала у короля теплой воды. Тот мигом все выполнил, и никому в колодец бежать не пришлось.
И кто, спрашивается, в этой комнате сейчас «король»?
— Марька… — простонала я и потянула к ней руки, будто уже помираю. — Мне больно.
А за окном раздался гром! — словно строка из пени какой-то или стихотворения. Только это не поэзия, а самая настоящая беда. Катастрофа!
— Дорогая, держи себя в руках, — опустился возле кровати Рензел и стиснул мою ладонь. — Старайся… не разрушить город.
Я кивнула, припоминая наставления Астарии, что она чуть ли не каждый день вдалбливала в мою голову: когда начинаются роды — нам сложнее контролировать силу, перенятую от наших детей. Поэтому нужно следить за своим дыханием, чтобы отвлечься, и быть готовой ко всему.
У нее, например, в покоях шел снег.
И дождь.
А еще штора загоралась, и Эльену пришлось ее гасить. Раз пять.
Поэтому в наших с Рензелом покоях штор не было, зато были ставни. Прочные — сделанные по заказу Астарии. Только недавно их приладили к окну. Но мы на всякий случай предупредили всех обитателей замка, чтобы они не ходили по улице, когда все начнется. Потому что из-за моих перепадов настроения, Астария боялась, накроет не только комнату, но и все поместье или даже город.
И вот началось… Небо прочертила молния, а с улицы под нарастающий шум ветра донеслось:
— Прячемся, братцы! — закричали мужики, кто чинил крыльцо западной башни после одного из моих случайных взрывов. — Наследники идут!
— Ура! — закричали «братцы».
— Убью, — простонала я, ненавидя их зато, что им весело, а мне больно.
И опять сверкнула молния.
— Если не успокоишься, то точно убьешь, — лаконично заметила Марька, заглядывая мне под юбку.
А мне так стыдно стало! Что я прихлопнула подол ладонью, а сестра медленно выглянула из-за моих ног и уставилась с укором.
— Марька, — протянула я, сгибаясь от новых схваток. — Сделай что-нибудь! Я… Кажется, я сейчас помру!
— Не будешь мне мешать — не помрешь. Не в мою смену! — пригрозила она пальцем и опять исчезла за моими ногами, а Рензел прижался лбом к нашим переплетенным пальцам и процедил:
— Надо было позвать Арона.
— Не надо! — простонала я, чувствуя, как на шее раздуваются вены.
И вдруг дверь приоткрылась, и оттуда донесся взволнованный голос Астарии: