"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Нормальный сразу сделать не получилось. Но совместить крышку полки с кресалом совместили [296]. Что позволяло всадникам просто выхватывать мушкетоны и стрелять без лишних манипуляций. Надежность срабатывания пока было не очень, так что осечка происходила каждые пять-семь выстрелов. Но за неимением гербовой обходились чем придется.
А с левой стороны седла эти гусары несли по тяжелому пистолету в духе тех, что носили рейтары. И опять же с ударно-кремневым замком. Лука же и стрел у них более не имелось.
Так удалось перевооружить только три роты гусар. Вот они-то и составляли легкие силы королевской армии, отправленной снимать осаду с Нарвы.
Основные же силы были представлены тремя полками пехоты, двумя ротами улан, двумя батареями фальконетов и двумя батареями конной артиллерии — легких бомбард. Что в принципе, по числу строевых, примерно совпадало с оставшимся количеству строевых у ливонцев после неудачного штурма и долгой осады. Ведь их не избежал и приснопамятный «боевой понос» из-за отвратительного уровня гигиены. Так что ландмейстер не стал даже пытаться вступать в бой. Парировать сопоставимую по числу армию, считающуюся лучшей в мире, ему просто было не чем. Как разъезды ливонцев заприметили походный ордер русских, так и свернулись. Причем в темпе, побросав тяжелую артиллерию.
Устин, как и остальные защитники, высыпали на стены каменной крепости и вал. Кричали. Возбужденно махали руками. Кидали вверх свои головные уборы, что носились помимо шлемов. И обнимались.
Столько месяцев осады!
Их психика была на грани. Они уже практически отчаялись. Да, запасов хватало. Но это сидение немало угнетало. Ведь, несмотря на «боевой понос» и серьезные потери при штурме, у противника еще оставалось достаточно сил, дабы верно запечатывать Нарву. А по весне, как просохнет, они полагали, к ливонцам подойдет подкрепление.
Но обошлось.
Король отправил Даниила Холмского на север сразу, как смог. Еще по снегу. Чтобы дорога была сухой. Лед едва-едва вскрылся, а от Пскова уже вышли войска королевские. На суше-то снег еще лежал, а даже та невеликая слякоть, что пока расползалась, особой опасности не несла. Ведь земля промерзшая и ей требовалось несколько недель, чтобы прогреться и превратиться в непроходимую для армии кашу. Ту самую, в которую подошедшее войско Руси и выгнало ливонцев. Чтобы, так сказать, ощутили всю прелесть своего положения.
Без боя. Без угроз.
Просто подошли и обозначили свое присутствие. Этого оказалось достаточно, чтобы спугнуть неприятеля, который, казалось бы, уже обжился под стенами Нарвы.
Даниил нес защитникам не только освобождение от осадного сидения, но и целую россыпь наград. Король постарался поощрить эту самоотверженность и стойкость в осадном сидении, поэтому выплатил защитникам крупную денежную премию и поголовно наградил всех медалями Мужества да Почета IV степени. Тех же, кто отличился, награждали КУДА интереснее.
Устин сын Первуши был счастлив.
Он светился словно начищенный золотой, чуть ли не сверкая. На его шее висела медаль Мужества III степени, выданная по совокупности заслуг. На пальце был надет золотой перстень. А душу грело двадцать рублей премии, что выдали ему в нагрузку к удвоенному жалованию за все месяцы осады. Предоставив также полугодовой отпуск, дабы он смог навестить родные края и пообщаться с близкими.
После такого тяжелого испытания Иоанн решил дать потрепанному полку возможность передохнуть. А потом, доукомплектовав новобранцами, оставить в тылу. На время…
  
Глава 2
 
1479 год, 12 апреля, где-то на Западной Двине
Даниил Холмский выступил с тремя полками к Нарве, Иоанн же, возглавив остальные силы пехоты да артиллерии, пошел на Полоцк. Вышел раньше и без кавалерии. Что позволило ему пройти еще по снегу до Смоленска и далее до Полоцка до начала распутицы.
В Полоцке переждать вскрытие реки. И уже по ней отправиться на встречу новых приключений — в Ливонию.
 
Благо, что еще с осени 1477 года в Смоленске и Полоцке старались — готовили речной флот. К кампании 1478 года, понятно, не успели. А вот к 1479 году уже справились. Иоанн ведь не требовал от них линкоров или авианосцев. И даже галеоны ему не были ни к чему. Пока, во всяком случае.
Опыт военных операций на Оке и Волге позволил королю сформулировать свои ожидания от речного флота. Поэтому, подключившись лично, он за зиму с 1477 на 1478 год сумел не только сделать детальный чертеж, но и построить модель по нему. После чего скорректировать данные и уточнить геометрию и размеры. А потом размножить чертежи этого струга. Хуже того, обучил три десятка выборных плотников читать эти «бумажки» и использовать. Хотя это было и не просто, так как совершенно дико и не привычно для них.
Однако, уже по весне 1478 года во многих городах западных земель Руси, включая и Полоцк со Смоленском, и Тверь и прочее, включая даже несколько артелей в Москве, занялись изготовлением деталей будущего флота. Самые крупные и тяжелые делали на месте — в Смоленске и Полоцке. Остальные в других краях — чем легче, тем дальше. А далее их свозили и собирали из них новые транспортно-десантные боевые кораблики для речного флота.
Сорок метров в длину, десять в ширину. Носовая оконечности сводилась не узкий форштевень, а в фальшь-аппарель с хорошим завалом вперед. Такой плоский нос в сочетании с низкой осадкой позволял буквально вылезать на берег, даже в заболоченных местах или на песчаных пляжах. В будущем король планировал там сделать настоящую откидную аппарель, но пока не придумал способов надежного уплотнения. Да и не хотел, если честно.
Такой десантный бот, а Иоанн назвал эти кораблики именно так, строился на очень крепком наборе с металлическим крепежом. И во множестве усиленный уголками да распорками. Плюс обшивка толстыми досками в стык, с дополнительной утяжкой их между собой скобами. В результате это «водоплавающее средство» легко держало отдачу легкой артиллерии — то есть фальконетов и даже легких бомбард, что, хоть и калибром обладали не таким и малым, но заряд пороха применяли скромный.
Никаких пушечных портов. Нет. Обычные вертлюжные установки, которые можно было ставить по тем разным точкам крепления. По паре позиций на носу и на корме да по шесть с каждого борта. Столько орудий, конечно, никто на них не ставил. Однако по парочке — вполне имелось и их, при необходимости, переставляли куда надо.
Кроме того, на корме десантные боты имели большую и просторную надстройку, достаточно высокую для того, чтобы с нее могли работать стрелки поверх голов артиллеристов. А транцевая корма позволяла надежно выдерживать эту увеличенную нагрузку на оконечность. Там же, кстати, стоял и штурвал для привода большого руля направления. Весьма и весьма перспективная вещь. Ведь первый штурвал появился в оригинальной истории только в 1595 году, когда со стапеля города Хорн сошел первый флейт.
Ничего хитрого он из себя не представлял. Просто рулевое колесо и два каната, намотанные на вал колеса, что приводили в движение рулевое перо через рычаг и бронзовые блоки. Может быть и избыточная штука на речном кораблике, однако, Иоанн отрабатывал на них в том числе и решения для морского, а то и океанского флота.
По зиме, все построенные в Смоленске корабли, перетащили в Западную Двину и накопили у Полоцка. Туда же подошли войска и, оснастив эту речную флотилию орудиями, выступили по чистой воде в Ливонию. К немалому, надо сказать, удивлению ландмейстерства. Ведь литовцы в этой кампании участвовать не стали. Чай не османов воевать Русь пошла. А своего речного флота на Днепре и Западной Двине у Иоанна не имелось.
А тут раз — и появился.
Не очень большой, но весьма ладный.
Да еще с довольно интересным парусным вооружением, состоящим из двух подъемных мачт с бермудами — треугольными парусами. Что позволяло пусть и не получать высокую скорость при попутном ветре, но ходить под парусами при далеко не самых удачных ветрах. То есть, почти всегда. И это — по рекам. Да и обслуживались они минимальным количеством людей. Экипажа в два-три человека вполне хватало. Сам Иоанн не был моряком, но о таких замечательных парусах был немало наслышан. Вот и повторил как мог. А еще имелись большие весла галерного типа, то есть, такие, которыми бы гребло разом не один человек, а трое. Но это ладно…