"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Когда же все зарядились, командир батареи скомандовал:
– Па!
И открыв рот прикрыл руками уши. А спустя каких-то пять секунд, батарея кулеврин дала беглый залп по стене Смоленска.
Бабахнула. Окуталась дымами. Откатилась, гася отдачу, на метра полтора-два назад. И тут же расчеты бросились накатывать орудия назад, готовя к новым выстрелам.
Там же, на стороне Смоленска, народ с немым молчанием наблюдал за этой демонстрацией. Одно ядро попало в земляную насыпь и углубившись в землю, застряло там. А вот три остальные «железки» влетели в верхнюю часть стены, от чего обломки бревен полетели в разные стороны. Как итог – одну секцию – тот самый сруб – разметало по окрестностям.
– Ох ты ж матерь Божья! – Присев перекрестился Лев Борисович Глинский. – Это ж как? Это ж теперь чего нам делать то?
– Не робей, – хлопнул его по плечу Иван Юрьевич Мстиславский. – То кулеврины. Видал я такие. Они не часто бьют.
Однако на батарее были иного мнения.
И где-то через минуту дали новый залп. Благо, что раздельно картузное заряжание и умеренный вес ядра позволял перезаряжаться довольно быстро и ловко. В этот раз один «гостинец», как и в первый раз, зарылся в насыпь, второй пролетел выше, развалив какой-то домик. А два оставшихся обрушили остатки пролета, вновь породив фонтан брызг из обломков бревен.
На этом демонстрация и закончилась.
Да, у Иоанна теперь был порох. Да, он наловчился делать железные ядра не ковкой, а переплавкой в специальном тигле в персидской печи из отвального, плохого железа – того, что с вредными примесями. Но он не хотел уничтожать город или причинять ему какой-либо значимый ущерб. Он хотел повторить успех Ивана Грозного из оригинальной истории, который благодаря хорошей артиллерии щелкал укрепления как орешки.
Как он задумал, так и произошло.
Жители, и, прежде всего, боярство Смоленска признала демонстрацию впечатляющей, сменило штаты и отправилось с хлебом и солью вести переговоры с Иоанном. Ну так, а что? Вон – всего восемь выстрелов за шестьдесят ударов сердца, а какой урон. А если эти «громыхалки» хотя бы полдня поработают?
Тем более на фоне очень толстого намека с последствиями. Каган Великого травяного моря это вам не король Руси. Здесь может все кончится как в той же Старой Рязани, которую вырезали подчистую.
Кое кто из уважаемых, но не самых любимых персонажей на Руси хотел было уехать из города, поняв, что финиш. Однако гусары и татары обложили Смоленск со всех сторон и контролировали все дороги. Более того, с западного направления «внезапно» оказалось несколько десятков татар со специально обученными охотничьими соколами, дабы голубиной почтой никто послание никуда на запад не отправлял…
Судьба у Смоленска в целом мало отличалась от Рязани или Новгорода. Город обкладывали вирой, включался в королевский домен, а всех бояр, что числились среди противников Иоанна, выселяли на Юрьев-Камский и дальше по Волге. Имущество же их по уже укоренившейся традиции делили промеж сторонников. В общем, ничего необычного.
Разве что починку стены начали еще до ночи. Да ратные люди Смоленска приводились к присяге королю. Вид ТАКОЙ армии и ТАКОЙ артиллерии, вкупе с титулом сделал свое дело…
Глава 4
1476 год – 12 июня, Плесси-ле-Тур [202]
– Ваше Величество, – поклонился вошедший епископ Кракова, – господа, – кивнул он остальным присутствующим.
– Я рад видеть тебя у себя в гостях, – вполне миролюбиво произнес Людовик XI с интересом рассматривая вошедшего к нему поляка – Яна Пжежавского. – Что привело тебя к нам?
– Беда, Ваше Величество, великая беда.
– Беда? Какая же?
– Этот варвар решил совершенно разорить Литву!
– Постойте, – остановил епископа король. – Какой варвар?
– Как какой? Этот Иоанн! Великий князь Московский!
– А разве он не король Руси? – Удивился сидящий тут же кардинал.
– Нет! Как можно называть его королем Руси?! Этот самозванец и злодей! – Сказал и осекся. Увлекся, слишком привык нужным образом рефлексировать при Краковском дворе. Он-то прекрасно знал, что право наследования титула Иоанну подтвердил Папа Римский. Как следствие, подобные высказывания могут закончится очень печально для его карьеры. Ведь это прямой вызов Святому Престолу.
– Брат мой, – вкрадчиво произнес кардинал, сделав «стойку» на эти слова, – уж не считаешь ли ты, что Патриарх Рима не в праве считать какой титул законный, а какой нет?
– Я… я не это имел в виду… – растерялся епископ.
– А что ты имел в виду?
– Я… я… – замялся, потерявшись епископ и как-то скукожился.
– Полно вам, друзья, – прервал этот разгорающийся конфликт Людовик XI. – И что, ты говоришь, затеял такого ужасного король Руси?
– Он напустил татар на Литву!
– В каком смысле напустил?
– Приказал им грабить и разорять пределы Великого княжества Литовского. Угоняя людей и скот, да вывозя всякое движимое имущество. А недвижимой сжигая.
– Но зачем? Я слышал, что Кафа ныне в руках Иоанна и он не потворствует работорговле. Зачем же ему потребовались все эти люди?
– Он их угоняет в земли по реке Волге. Той, по которой он жаждет Персидскую торговлю устроить. И платит татарам по две серебряные монеты за целого и здорового пленника, пригнанного туда. Плюс отдельно за скот и имущество движимое.
– А на Волге разве нет своих жителей?
– Там татары кочуют. Но они у самой воды не селятся. Им степь нужна.
– Так есть или нет?
– Да почитай, что и нет.
– Интересно, – кивнул Людовик, задумавшись о чем-то своем. – А что за монеты он платит?
– Вот такие, – произнес Ян и высыпал на стол перед королем пригоршню монет из небольшого мешочка.
Иоанн, не дождавшись мастеров из Европы, сам кое-как пытался освоиться. Поэтому с горем пополам наладил выпуск нескольких номиналов «дензнаков» на реконструированном им Монетном дворе в Москве. Пока только мелких, ходовых. Слишком уж знатный цирк творился в его государстве из различных номиналов практически со всего света. Испанские, итальянские, германские, французские, английские монеты откровенно доминировали над местными. Слишком уж большой порцией их завезли на Русь. А ведь имелись еще османские акче и многие другие азиатские монеты. Так что откладывать валютный вопрос было попросту опасно. Бардак нарастал, грозя превратить финансовую систему королевства в хаос. Так что Иоанн в авральном порядке в 1475 году занимался реорганизацией своего монетного двора, что располагался в Кремле.
В пробирной избе сидело три человека, которые определяли пробу металла по принципу объем-вес. То есть, сначала смотрели сколько воды вытеснит металл, потом взвешивали его и считали удельную массу. Это давало, конечно, не самую высокую точность пробы, но вполне достаточную для дальнейшей работы.
Плавильная изба занималась выплавкой серебряных прутиков нужной пробы и размера, ориентируясь на замеры пробирной избы. И туда же плоды своей деятельности и сдавали для контроля качества. Дальше шла протяжная изба. Здесь на очень нехитрых станочках – малых механических молотах с ножным приводом, как у прялки, все эти прутики серебряные расковывались в полосы нужной ширины и толщины. По оправкам, оттого довольно равномерно. Не прокат, конечно, но вполне достойно. Потом контроль качества с щелевыми лекалами и передача этих заготовок далее в рубильную избу. Там работники, сидя за примитивными рычажными прессами с ножным приводом, выбивали из полос кругляшки нужного диаметра. Дырявя полосу, словно бумагу дыроколом.
После шел очередной контроль качества и передача в следующую избу – банную, где заготовки немного зачищали, вращая в бочке с мелким песком, дабы заусенцы убрать. А потом отжигали в печи, снимая напряжения от механической обработки. И, наконец, финальный этап в чеканной избе, где работали точно такими же примитивные рычажными прессами с ножным приводом, что и в вырубном. Только не дырявили заготовки, а обжимали в штемпелях. И новый контроль качества…