"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
– Ты не Цезарь! – В сердцах воскликнул Мануил.
– Почем знать? Я командовал в четырнадцати сражениях [192] и выиграл их все, даже несмотря на численное превосходство противника. И полевые битвы, и штурмы городов. И первое сражение выиграл, когда мне было всего десять лет.
Мануил замолчал, переваривая эти слова. Он слышал, что правитель Москвы успешен в войне. Но не настолько же? Это был аргумент. Сильный, крепкий аргумент, который Иоанн применил не столько для устрашения султана, сколько для того, чтобы в среде вокруг Патриарха был поднят вопрос старинной Симфонии [193].
Церковь православная, как и степь, уважала только силу, и подчинялась только силе, как еще в римские времена повелось. У католичества эта традиция давно ослабла, заменившись иными акцентами, а вот в православии сохранились. И Иоанн попытался сыграть от этой карты.
Да, лоб в лоб он с султаном еще не сталкивался. Но четырнадцать побед из четырнадцати в полевых битвах и штурмах всего за семь лет, да еще местами над численно превосходящим противником – это солидно. В то время как сам Мехмед, опираясь на опыт своих предков воевал иначе, стараясь создать на поле кардинальное численное превосходство с опорой на многочисленных иррегуляров. Да, у него были янычары и артиллерия. Но основу его войска все еще составляли феодалы-тимариоты, мало отличимые от степных дружинников, акынджи, азапы и прочие иррегулярные массовки. Он всюду воевал от толпы. А потому бил своих врагов не умением, но числом. В отличие от Иоанна, что заставило очень крепко задуматься Мануила, вызвав оттенок улыбки на лице Феофила. Он ведь был таким же православным и держался той же Симфонии, только, в отличие от своего предшественника на посту митрополита, раньше понял, на чью сторону нужно перейти…
Часть 3 – Разгромим, уничтожим врага
Единственный хороший способ сражаться тот, что убивает твоего врага, а тебя оставляет живым и веселым.
Глава 1
1476 год – 3 января, Москва
Иоанн вошел в гридницу, замер на несколько секунд, обводя взглядом присутствующих, и проследовал к своему месту во главе длинного стола. Сел. С полминуты помолчал. После чего глянув на Феофила, молвил:
– Расскажи всем, что тебе удалось узнать.
– Король Польский и Великий князь Литовский Казимир начал подготовку к войне. Наши люди при его дворе слышали, что он сумел договориться с большим наемным войском и теперь пытается склонить магнатов идти на войну с ним.
– И это было бы полбеды, – произнес Иоанн, когда митрополит замолчал, дав краткую выжимку. – Казимир мыслит не только идти войной на нас, но и земли наши обещает в уделы и кормления, соблазняя тем польскую и литовскую шляхту.
– Он так уверен в своих силах? – Спросил Василий Фёдорович Сабуров, что руководил пехотой полевого войска короля в должности магистра пехоты. То есть, был своего рода, главным начальником над пешими войсками, в то время как Даниил Холмский предводительствовал над регулярной конницей будучи магистром кавалерии. Оба при этом имели графские титулы [194].
– По слухам он договорился со швейцарцами и ломбардцами, – тихо произнес Феофил. – И, вероятно, еще с кем-то.
– Швейцарцев мы уже били.
– Что не отменяет главного – они представляют из себя очень серьезную угрозу. – Громко и отчетливо сказал король. – Их слава гремит по всей Европе. С кем не столкнутся – всех громят. Мы – исключение.
– К тому же, – решил дополнить Иоанна митрополит, – битва при Ржеве оказалась полна случайностей. Если бы они привели больше людей, то разбили бы нас без всяких сомнений. Казимир, скорее всего, это учел, как и недостатки своего прошлого воинства. Посему мы ожидаем большое войско. Много больше прежнего. Во всяком случае в Смоленске уже начали запасать припасы для него. И оно будет не только с большим отрядом пехоты, но и при артиллерии, и конных латниках, каковые без всякого сомнения будут предоставлены Ломбардией в немалом числе.
– Ломбардией? Это случаем не земля герцога Миланского? – Поинтересовался магистр артиллерии – граф Иван Юрьевич Патрикеев.
– Она самая, – мрачно улыбнулся Иоанн. – Галеаццо от нас отвернулся, обидевшись на то, что я предпочел дочь короля Неаполя себе в жены, а не его незаконнорожденную малютку. Так что, думаю, согласие ломбардских наемников поучаствовать в кампании против меня идет с одобрения герцога, а то и при его самом деятельном участии…
Герцог Милана Галеаццо Мария Сфорца, узнав, что Иоанн не может выполнить брачные обязательства, потребовал вернуть ему дочь с приданным. Король вернул. Но ни ответа, ни привета после этого не последовало. Иоанн же теперь понял почему. Герцог банально не простил пренебрежение дочерью. Какова была цель Галеаццо наш герой не понимал.
Сведение о том, что Казимир воспользуется услугами Ломбардии, были лишь вершиной айсберга. Там все было куда круче заверчено. Галеаццо не просто выставил наемников польскому королю, но и выдал ему кредитов, в том числе с прибылей от русской торговой миссии для этого самого найма. Более того, запретил генуэзцам наниматься к кому бы то ни было для торговых походов в Русь. Даже несмотря на чрезвычайную выгодность этих предприятий. Купцы негодовали, но Галеаццо их успокаивал, дескать, «эту строптивую кобылку нужно для начала объездить».
Из-за внезапных проблем с Генуей Фердинанд Неаполитанский оказался вынужден искать других подрядчиков для найма кораблей. И невольно столкнулся с конфликтом между Венецией и своими августейшими родичами в Кастилии и Арагоне. То есть, завис в подвешенном состоянии. Экспедиция готовилась большая. Среди прочего он даже собирался отправить к Иоанну даже своего сына Федерико для изучения военного дела. Кроме того, при его дворе скопилось более пятисот различных специалистов, что жаждали поискать удачи на востоке в надежде, что корабли короля отвезут их в королевство Русь, в обход ганзейских пиратов и польских застав. И Фердинанд рассчитывал получить от своего зятя очень немалые бонусы за их доставку. Как и, наверное, уже порядка тысячи старых книг, каковыми, как он знал, увлекался Иоанн. Для его личной библиотеки. Но у него не было кораблей. Венеция не отказывалась, но опасалась идти такой кавалькадой вдоль берегов Кастилии и Арагона. А эти испанские государства не спешили приходить на помощь своего неаполитанскому родичу ни в каком виде. Им было не до Москвы. Вероятные военные конфликты с Францией и магометанами сковывали их флот. А весьма неоднозначное положение Венеции в восточных делах по причинам торговым вынуждало их конфликтовать. И уступать Фердинанду ради какой-то торговой экспедиции в какую-то Русь они не спешили.
Карл Смелый также медлил с организацией торговых операций в сторону Новгорода, так как это грозило войной с Ганзой. Да, в 1441 году Бургундия уже одну торговую войну с Ганзой выиграла, добившись права Антверпену торговать с Польшей зерном по Висле. Беспошлинно. Но начинать новую Карл не спешил. Во всяком случае, не сейчас. Тем более, что и Ганза не сидела сложа руки, уверяя герцога в том, что пытается договориться с королем Руси.
Конечно, Карлу очень соблазнительно было получить корону от Папы, выполнив его условия. Но благодаря титаническим усилиям окружения он на время затаился и готовился к большой войне. Поэтому вариант, при котором Ганза сама сможет найти общий язык с Иоанном его более чем устраивал.
Для Ганзы, конечно, торговля с Новгородом была далеко не самым приоритетным направлением. В лучшие годы она не превышала 6–8 % от всего оборота. Потому что мех эта торговая корпорация закупала в Швеции и Финляндии, а воск – в Пруссии. Других же товаров в те годы Новгород в основной своей массе не экспортировал. Поэтому, в целом, это направление Ганзы не было интересно.