"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
– Что, не готово еще? – хмуро спросил Арнольд.
– Вон!!! – рявкнула девушка так, что незадачливого гостя буквально вынесло из палатки.
Сам невольно втянув голову в плечи, Эд робко обернулся к своему оруженосцу.
Алекса была вне себя.
– Какое… Какое немыслимое хамство! – задыхаясь от ярости, проклокотала она.
– Что делать-то будем? – неуверенно спросил юноша. – Что мне ему сказать?
– Ничего! – отрезала Алекса. – Негоже рыцарю ронять достоинство общением с таким… субъектом. Я сама ему сейчас все скажу. Но сначала… – подхватив с пола перо, она на секунду задумалась, а затем размашисто вывела перед числом 500 единицу, одним коротким росчерком увеличивая сумму выкупа в три раза. – И пусть только попробует что-то вякнуть, еще нолик сзади припишу! – бросила она, вылетая из палатки.
22
Эдуард
– У меня две новости, – с порога сообщила Алекса, входя в палатку. – Одна хорошая, другая… Другая, скажем так, неоднозначная. С какой начать?
– Уже? – с усилием раздирая слипшиеся веки, приподнялся на локтях Эд. – Только задремал… – накануне, спровадив нахального оруженосца сэра Дмитрия, они долго не могли уснуть, обсуждая странное происшествие. Естественно, не выспались, поэтому после завтрака юноша решил вновь ненадолго прилечь – благо, спешить было некуда, до завтрашнего дня боев у него не будет. Неугомонная же Алекса мало того, что сама спать не пошла, так вон и ему не дает…
– С какой начать? – повторила свой вопрос девушка.
– С какой, с какой… Давай с хорошей, – буркнул рыцарь.
– Итак, хорошая новость: сэр Дмитрий уплатил все, до пос лед него гроша. У организаторов на нашем счет у значит с я ровно полторы тысячи золотых рублей, я проверила.
– А что, разве могло быть иначе? – с показным равнодушием пожал плечами Эд, голос его, однако, предательски дрогнул. Полторы тысячи золотых! Да это же сказочное богатство! Пять комбайнов можно купить!.. Впрочем, что ему теперь эти комбайны – юноша не сдержал самодовольной улыбки. Тем более, пять. Хотя один для дяди Ричарда, может, прикупить и стоит – прежний-то его разбит. Вот дядя обрадуется…
– После того что произошло вчера, я уже готова была ждать чего угодно, – проговорила между тем Алекса. – К счастью, сэр Дмитрий проявил благоразумие. Он, кстати, ночью покинул Флору, хотя до этого, говорят, настойчиво терся возле маркиза де Бурро. Но, видать, не сложилось.
– Ну и скатертью дорога, – злорадно заметил юноша. – А какая вторая новость?
– Вторая… – оруженосец слегка запнулась. – Вторая касается жеребьевки. Известен наш соперник во втором туре.
– Ну, и? – нетерпеливо подался вперед Эд. – Говори, не тяни!
– Это граф Штерн, – сообщила девушка.
– Граф Штерн?! – ахнул рыцарь, оседая. – Тот самый?! Обладатель Бриллиантовой Короны?
Алекса стрельнула в него глазами, словно удивленная информированностью господина.
– Обладатель Бриллиантовой Короны, пятикратный победитель Большого Флоренцианского турнира, верховный капитан Герцога Флоренци, и прочая, и прочая, и прочая…
– Эх… – разочарованно выдохнул Эд. – А как все хорошо начиналось… Плакали теперь мои полторы тысячи золотых!
– А вот это как раз нет, – покачала головой Алекса. – Граф Штерн всегда берет с побежденных на турнирах один лишь символический грош. Деньги ему не нужны, их у него и так, что пыли в космосе, ему славу подавай.
– Вот как? – заметно приободрился юноша. – Так это же совсем другое дело! Славу – это пожалуйста, это нам не жалко, пусть хоть обеими горстями черпает! Ну а мы, чай, не графья, согласны и на бренное золото. Да и вообще, – запальчиво вскинул он голову, – кто сказал, что победа у этого хваленого бриллиантового кавалера уже в кармане? Грош ли, славу ли – их ему еще придется завоевать! Непобедимых на турнирах не бывает!
– Это верно, – кивнула девушка. – В прошлом году на турнире в Руг граф Штерн уступил в полуфинале маркизу фон Шляхту, а два года назад в Напли проиграл и вовсе никому тогда не известному рыцарю сэру Фреду Разбей «Седло». Кстати, как раз во втором туре.
– Вот! – поднял вверх указательный палец Эд. – Как говорил мой дядя, история любит повторяться! Второй тур, малоизвестный рыцарь… Так что пусть лучше Его Сиятельство переживает – нам терять нечего!
– Правильный наст рой, – вроде бы искренне похвалила Алекса. – Сразиться на турнире с графом Штерном само по себе уже огромная честь, многие о такой лишь мечтают. А что до призовых денег, то, спасибо сэру Дмитрию, их мы здесь и так взяли больше, чем стоило рассчитывать. Так что да, терять нам нечего, приобрести же… Впрочем, ладно, – одернула она сама себя, – помечтать еще будет время. А сейчас надо идти на наложение печатей.
– Каких еще печатей? – не понял юноша.
– На «седло». Пошли, по дороге объясню.
– Ну, по дороге, так по дороге, – пробормотал Эд, послушно поднимаясь на ноги и сладко потягиваясь. – Далеко идти-то?
– Я же сказала: к «седлу». Где вчера оставили, там и стоит.
– А, ясно, на тот конец лагеря, – проворчал рыцарь, отводя в сторону полог палатки. – Так что, говоришь, за печати?
* * *– Правило о печатях было впервые введено более двухсот лет назад, после убийства капитаном герцога Ли бароном Висским короля Владимира Второго, случившегося на Лийском турнире в 340 году, – с которого и начался знаменитый мятеж Ли, – рассказывала Алекса. – После реставрации династии король Карл Первый издал ордонанс, согласно которому в случае участия в турнире венценосной особы на поводья «седла» противника налагалась специальная электронная печать, препятствующая переключению излучателя из турнирного режима в боевой. В 373 году Альфред Второй, к слову, большой любитель турниров, прославленный боец и трехкратный бриллиантовый кавалер, ордонанс Карла Первого отменил, однако в 385-м, после последовавших одна за другой трагических смертей герцога Ана и маркиза Флуа, Владимир Третий не только вернул правило о печатях, но и предоставил организатором турниров право по своему усмотрению распространять его на любых представителей титулованной знати до баронов включительно. Ну а ровно через сто лет, в 485 году, Карл Второй и вовсе установил вместо права обязанность – правда, выведя из-под ее действия баронов и виконтов, – с тех пор неукоснительно исполняемую. Граф Штерн, естественно, подпадает под правило о печатях, хотя, как говорят, подобно Альфреду Второму, считает его несколько унизительным. Для себя самого, в первую очередь. Однако от его мнения здесь ничего не зависит: желает он того или нет, печати на «седла» его противников налагаются.
– А почему бы тогда не распространить это правило на всех участников, включая простых рыцарей? – спросил Эд, задумчиво глядя в чистое лазурное небо. Солнце стояло в зените – знать, не так уж и короток выдался его послетрапезный сон, как можно было подумать. – Чтобы все были в одинаковых условиях?
– Может, и распространят когда-нибудь, – пожала плечами девушка. – Но вряд ли скоро. Я читала, при короле Луи бытовал подобный проект, но в итоге что-то, видно, не срослось. А Артур Третий не слишком интересуется турнирами и не станет без серьезного повода менять их правила. Тем более что сама идея эта в рыцарской среде, мягко говоря, непопулярна…
На площадке, где стояли «седла» победителей первого тура, царило оживление. Копошились возле своих машин рыцари и их оруженосцы, деловито сновали туда-сюда служители в бело-синих плащах, степенно прохаживались стражники – так же в гербовых цветах Флоренци. С момента, когда Эд приземлился здесь вчера, празднуя победу, «седел» значительно прибавилось, так что юноша даже не сразу сообразил, куда следует идти. Алекса, впрочем, не растерялась, уверенно двинувшись сквозь толпу, и через полминуты они уже стояли перед родным «седлом» с номером двенадцать тридцать девять на борту. Здесь их уже ждали.
– Сэр Эдуард Драконья Кровь? – из-за носового обтекателя навстречу им шагнул неприветливый бородач, знакомый Эду еще по шатру регистрации. Сейчас он, правда, выглядел не столь угрюмо и, кажется, даже выдавил из себя какое-то подобие вежливой улыбки – впрочем, в силу густой растительности на лице мужчины, быть в этом до конца уверенным не приходилось.