"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
– Ясно, милорд, – проговорила графиня, размышляя. – Где сейчас сэр Павел? – спросила она затем.
– Я предположил, что вы пожелаете лично с ним переговорить, миледи, поэтому повелел доставить его во дворец, – сказал стражник. – Сейчас он внизу, под охраной.
– Верно предположили, – кивнула она. – Что ж, приведите его в мой кабинет, милорд, говорить стану там.
– Как вам будет угодно, миледи…
* * *Без белого форменного плаща стражника сэр Павел Зеленый выглядел совершенно другим человеком. Нет, плечи его не сделались уже и не ссутулились, взор не померк и лик не осунулся, но исчезло нечто, придающее образу законченность, возносящую его над прочими. Как бывают рыцарские гербы, увенчанные короной, а иные без нее, так и сэр Павел – остался благородным гербом, но корону утратил.
– Вечер добрый, милорд, – приветствовала рыцаря Александра.
– Добрый, миледи? – переспросил сэр Павел. – Вот уж не думаю.
– И пожалуй, вы правы, – кивнула она. – Присаживайтесь. Желаете вина?
– Благодарю, миледи, но предпочту держать ум в трезвости, – покачал головой рыцарь, опускаясь на предложенный ему стул.
– И снова не могу не признать вашей правоты, – едва заметно усмехнулась она. – Что ж, тогда оставим предисловия и перейдем к сути дела. Верно я понимаю, милорд, что свою причастность к гибели юного сэра Патрика вы отрицаете?
– Совершенно верно, миледи, отрицаю категорически.
– В таком случае расскажите, пожалуйста, как вы оказались возле Башни Владимира?
– Я уже рассказывал сэру Аскольду, миледи. Сегодня днем я получил письмо. Оно не было подписано, и обратный адрес отсутствовал. В нем была просьбы прийти к башне. Я показывал письмо сэру Аскольду, и он забрал его.
– Да, я видела это письмо, – кивнула Александра.
– В таком случае вы, должно быть, обратили внимание, что мой анонимный корреспондент упомянул в письме мою покойную супругу, леди Матильду. Это весьма деликатный вопрос для меня, миледи… – голос рыцаря как будто дрогнул, но тут же снова зазвучал ровно. – На зов, посланный именем памяти леди Матильды, я не мог не откликнуться. В письме особо отмечалось, что мне следует прийти одному. Для меня не секрет, миледи, что я нахожусь под постоянным наблюдением, и должен сказать, что меня это нисколько не задевает – скорее забавляет. Ну, или забавляло до сегодняшнего вечера. На встречу я вышел заранее, без труда заметил устремившегося за мной стражника и легко обставил его, заведя в переулок и уйдя проходным двором. За пять минут до назначенного срока я подошел к ратуше. Уже хотел было войти в Башню, как заметил лежащее возле стены тело. Подойдя ближе, я узнал Патрика. Сэра Патрика – браслет я разглядел не сразу. Первой мыслью было, что именно с ним я и должен был встретиться наверху. И, только когда почти тут же появился патруль, я понял, что угодил в искусно расставленную западню. Патруль всегда проходит там именно в это время, миледи. Кому-то очень хотелось, чтобы мы сошлись вместе – я, покойный сэр Патрик и стражники. Или, что было бы еще лучше, чтобы Стража застала меня в Башне, наверху. Признаю, я повел себя глупо. Едва обнаружив тело, я должен был все понять и убраться прочь, но сработал рефлекс стражника, и я стал осматривать труп, за что и поплатился. А вот неизвестный, который все это задумал, просчитал ситуацию верно.
– У вас были какие-нибудь личные причины желать смерти сэру Патрику? – спросила графиня.
– Помилуйте, миледи, какие тут могут быть причины? – развел руками сэр Павел. – Он был оруженосцем другого рыцаря – если я и мог что-то иметь, то только к его господину. С оруженосцем какие счеты?
– Он более не был оруженосцем, – заметила Александра.
– Об этом я узнал, лишь заметив браслет на запястье убитого.
– Ясно, милорд, – кивнула она. – А теперь, с вашего позволения, давайте мысленно вернемся на месяц назад – в тот вечер, когда стреляли в сэра Виктора. Вы по-прежнему утверждаете, что пришли в свой кабинет в десять и никуда не выходили до одиннадцати?
Рыцарь поднял глаза к потолку, припоминая.
– Да, миледи, – уверенно произнес он через несколько секунд. – Так все и было.
– И без четверти одиннадцать вы не были на этаже, занятом сэром Виктором, и не покинули его быстрым шагом, держа руку на кобуре разрядника?
– Нет, разумеется, – нахмурился сэр Павел. – Что за странные фантазии, миледи?
– А если я скажу, что вас видели там в это время, милорд, что вы на это ответите? – чуть подавшись вперед, спросила она.
– Отвечу, что человек, утверждающий это, лжет… либо заблуждается, миледи, – не задумываясь, отчеканил рыцарь. – Могу я узнать, кто сделал такое заявление? Или это всего лишь чья-то догадка?
– Нет, милорд, не догадка, – покачала она головой. – А утверждал это не кто иной, как сэр Патрик. Тогда еще просто Патрик, оруженосец.
– Вот как?! – рыцарь дернулся было вперед, но тут же притормозил, осознав услышанное. – Вот как… – повторил он растерянно.
– Вот так, милорд…
– А теперь он мертв, а я застигнут над его трупом с невнятной писулькой в качестве объяснения… – пробормотал рыцарь. Он был сейчас похож на огромную детскую надувную игрушку, из которой зачем-то стали понемногу стравливать воздух. – Знаете, миледи… Будь я сейчас на вашем месте – арестовал бы меня, не задумываясь… – выдохнул сэр Павел.
– Полагаю, ничего иного мне не остается, милорд, – и не подумала спорить Александра.
– Да, – печально склонил голову рыцарь. – И все же знайте: я не виновен, миледи! Ни в покушении на сэра Виктора, ни в смерти юного Патрика – невиновен! – заявил он, вскидываясь напоследок и глядя прямо в лицо собеседнице.
– Разберемся, – сказала графиня. – Непременно разберемся. Пока же, милорд, вы арестованы по обвинению в убийстве рыцаря и покушении на убийство Регента короны.
* * *– Сэр Павел? – сокрушенно покачал бритой головой сэр Эмиль. – Сказал бы, что это последний, на кого можно было бы подумать, если бы сам когда-то не включил его в список подозреваемых. – Полагаете, это в самом деле он?
– Ни на минуту, милорд, – решительно ответила Александра, к немалому удивлению собеседника, скрыть которое тот не сумел, да и не пытался. – Сэр Павел мог стрелять в сэра Виктора – это я в состоянии представить. Мог сбросить с башни Патрика… сэра Патрика. В этом тоже нет ничего невозможного. Но упомянуть в сфабрикованном письме имя покойной жены… Вот в это я не верю. А если письмо подлинное – значит, сэр Павел говорит правду.
– Разве что письмо написал ему сэр Патрик, – предположил рыцарь. – Допустим, он решил шантажировать сэра Павла, и тот предпочел решить проблему радикально.
– Чем он мог его шантажировать? – пожала плечами графиня. – Тем, что расскажет о событиях рокового вечера? Так он и так все мне уже выложил…
– О чем, замечу, вы не сочли нужным рассказать мне, миледи, – усмехнулся сэр Эмиль.
– Признаю: виновата, – развела руками она, – не испытывая, впрочем, ни малейших угрызений совести. – Но дела это не меняет: предмета для шантажа здесь нет. Сэра Павла подставили.
– Зачем же тогда вы приказали взять его под стражу? – поинтересовался рыцарь.
– Затем, чтобы слух об этом достиг ушей сэра Герберта, разумеется. Пусть считает, что мы во всем виним бывшего капитана Стражи. Надеюсь, это его успокоит.
– Про арест сэра Павла он узнаете быстро, не сомневаюсь, – согласился сэр Эмиль. – А вот успокоится ли…
– Довольно того, чтобы не передумал прилететь на турнир, – отрезала она. – И сподвижников привел.
– А кто же тогда, по-вашему, столкнул бедного мальчика с Башни? – задал вопрос ее собеседник.
– Тот, кому было бы выгодно свалить вину на сэра Павла. И при этом тот, кому Патрик доверял, отправившись вечером отнюдь не в самый спокойный район города. По мне, так лучшей кандидатуры, чем наш граф, не сыскать. Самого его, конечно, на Башне не было, как не лично он убил того разгильдяя, Альбина, и, возможно, не сам стрелял в сэра Виктора. Знаете, милорд, – пришла ей внезапно в голову мысль, – весьма возможно, что стрелком был Патрик! Что именно он пытался убить сэра Виктора – по приказу своего господина, разумеется. Таким образом, разделавшись с бывшим оруженосцем, граф лишь убрал ненужного свидетеля!