"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

– Стану я еще вам советы раздавать! – в тон ему ответил Эдуард. – За это вы мне, кажется, не платили!
– Ну и катитесь тогда в хаос! – бросил Атанасиус. – Свое вы получили, и с моей стороны это была честная сделка. А теперь оставьте меня в покое!
– С превеликим удовольствием, – совершенно искренне заверил молодой рыцарь, поднимаясь из-за стола.
* * *
– Сто золотых? – вытаращил глаза Франц, отставляя в сторону едва пригубленную кружку эля. – Нет, ну вам виднее, конечно…
– Полагаете, что я был не прав? – мгновенно ощетинился Эдуард.
– Нет-нет, что вы, я же сказал: вам виднее, – замахал руками юноша. – Просто я не ожидал…
– Сначала я предложил ему пятьдесят, – принялся объяснять молодой рыцарь. Реакция книгочея его удивила: он ждал, что товарищ порадуется устранению конкурента вместе с ним, теперь же, сходу не встретив понимания, понемногу и сам начинал сомневаться, верно ли поступил, поэтому убеждал уже не столько собеседника, сколько самого себя. – Но он потребовал сто, и чтоб только монетами. Я еще вовремя согласился, он сам потом признал, что нужно было просить двести! По мне, так невелика цена: зато теперь у нас осталось только два соперника. Двоих обставить будет всяко легче, чем троих…
– Если только до послезавтра в заявочном списке не появится еще дюжина охотников, – заметил Франц. – Прослышав, к примеру, что тут деньги по легкому рубятся…
– Да нет, не должны… – протянул Эдуард, как смог более уверенно. О таком варианте он, надо признать, не подумал. – Надо было, конечно, переговорить с этим Атанасиусом без свидетелей, – признал все же он, – но все как-то спонтанно вышло…
– Ладно, будем надеяться, что все обернется к лучшему, – умиротворяюще проговорил юноша, принимаясь за еду. – А что те двое? Которые остались? Про них что-нибудь известно? – спросил он, насаживая на вилку кусок мяса.
– Нет, – покачал головой молодой рыцарь, порадовавшись закрытию неожиданно оказавшейся щекотливой темы и также пододвигая к себе давно заждавшуюся его тарелку. – Но на них у нас еще будет весь завтрашний день.
– А вам раньше приходилось участвовать в турнирах? – задал вопрос Франц.
– В таких, как здесь, – никогда. Но раньше, – он понизил голос до едва различимого шепота, – до реконкисты, я участвовал в парочке нормальных, проводившихся в Руг, – само по себе ничего криминального в этих словах не было, но кричать во весь голос о делах былых времен все же не стоило.
– Ну и как, успешно? – поинтересовался книгочей.
– Всяко бывало, – неопределенно ответил Эдуард. Выдающимся турнирным бойцом он, надо признаться, стать так и не успел, но победы в отдельных поединках случались. – Впрочем, тут у них, как я понял, – совсем другое дело. Надо еще почитать правила, но главное понятно: полет наперегонки. Иные задачи, иные потребные навыки.
– Да, наверное, – кивнул книгочей. – Ну и как вы оцениваете наши шансы?
– Как я могу что-то оценивать: я же не знаю сил соперников, – пожал плечами молодой рыцарь. – Именно поэтому и стремлюсь максимально сократить их число еще до старта! – добавил он, сам в запале возвращаясь к вопросу, от которого только что с облегчением ушел.
По счастью, в этот момент кто-то приблизился к их столу сзади, и развития тема не получила. Точнее получила, но с весьма неожиданной стороны.
– Прошу меня простить, что прерываю вашу трапезу, – послышался сзади приятный баритон. – Могу я поговорить с всадником Спурием?
Эдуард обернулся: за его спиной стоял высокий мужчина лет тридцати пяти с приятным, обрамленным аккуратной бородкой лицом. На плечах у незнакомца был лазоревый плащ караванщика.
– Чем могу служить, сударь? – поинтересовался молодой рыцарь, указывая незнакомцу на свободное место на скамье между собой и уткнувшейся в свою тарелку Изабеллой.
– Наедине поговорить, если позволите, – тот в свою очередь сделал приглашающий жест в сторону пустого стола неподалеку.
Эдуард машинально бросил быстрый взгляд на Франца – книгочей едва заметно пожал плечами: не знаю, мол, сам решай.
 
– Как вам будет угодно, сударь, – поднявшись, молодой рыцарь прихватил со стола едва начатую кружку эля и двинулся через зал следом за незнакомцем.
– Мое имя – Жером, – представился караванщик, когда они вдвоем уселись за стол. – Вероятно, вы видели его – в списке участников турнира. Прошу прощения… – он жестом дал понять официанту, что также желает отведать местного эля, и вновь обернулся к собеседнику.
– Совершенно верно, сударь, – подтвердил Эдуард, воспользовавшись этой короткой паузой, чтобы немного собраться с мыслями. – Видел и даже пытался вас разыскивать.
– Вот как? – улыбнулся Жером. – Что ж, выходит, мы оба искали друг друга. В таком случае, очевидно, вам известно, кто я такой и чем занимаюсь?
– Увы, – развел руками молодой рыцарь. – Я знаю лишь ваше имя и то, что вы подали заявку на тот же турнир, что и я.
– Как и на восемь других, намеченных на завтра. И пять – послезавтрашних. Пока пять. Возможно, их будет больше. Или же нет – если мы с вами договоримся.
– О чем договоримся, сударь? – Эдуард был в замешательстве, совершенно не понимая, к чему клонит его собеседник.
– Позвольте мне объяснить все с самого начала, – понял тот затруднение молодого рыцаря. – Видите ли, сударь, в отличие от большинства коллег, я не вожу караваны публиканов. Точнее, иногда, конечно, вожу, но нечасто, и живу, в основном, не этим. Мой основной заработок – турниры. Я, если хотите, профессиональный гонщик!
– А разве выигранные контракты можно переуступать? – нахмурился Эдуард, все еще не в силах постигнуть смысл слов Жерома.
– Нет, разумеется, – качнул головой тот. – Можно, правда, отказаться от подписания, и тогда право перейдет к всаднику, занявшему второе место. Но это не мой вариант. Я не выигрываю гонку. Наоборот: я помогаю выигрывать другим!
– Каким это образом? Просто уступая первенство?
– Не просто уступая, а обеспечивая победу тому, кому она должна принадлежать. Заказчику.
– И как же вы это делаете?
– Ну, тут множество профессиональных секретов! – рассмеялся Жером. – Перед стартом заказчик получает от меня инструкции – несложные, следовать им доступно каждому, ну а остальное я беру на себя.
При этом, заметьте, формально ни на йоту не нарушая регламент турнира, тем более – закон. В итоге заказчик приходит первым, а я получаю свой скромный гонорар.
– Не понимаю, как это может быть законным, – с сомнением покачал головой Эдуард.
– Ну, я же не отстреливаю соперников заказчика, – заметил Жером. – И даже не плачу им за то, чтобы они добровольно выбыли из борьбы, – многозначительно посмотрел он на собеседника. Эдуард невольно потупился. – Тем более, что это, как правило, бессмысленно. Там замолвлю словечко перед организаторами, здесь замешкаюсь на разгоне, помешав всаднику-конкуренту набрать скорость, еще где-нибудь неудачно закручусь на резком повороте, вынудив всех себя облетать, теряя время… Однажды даже пришлось спровоцировать небольшую аварию – правда, вот это уже может быть расценено как нарушение регламента. В тот раз меня потом неделю таскали по разным комиссиям, но в итоге признали, что столкновение было ненамеренным, и просто оштрафовали. Но такое, повторюсь, приключилось лишь однажды, как правило, до крайностей не доходит.
– Понятно… – протянул молодой рыцарь, взяв, наконец, в толк, с кем имеет дело. – И вы, значит, предлагаете мне…
– …заключить со мной сделку. С меня – ваша победа, с вас – скромное вознаграждение.
– И насколько скромное? – почти на «автомате» поинтересовался Эдуард.
– О, более чем! Какие-то пятьсот золотых! Причем я и векселя беру, почти по номиналу, с минимальным дисконтом – у меня есть друзья в Гильдии, помогают обналичить без потерь, – поспешно добавил он, видно, заметив, как изменился в лице собеседник.
– Пятьсот золотых! – ахнул молодой рыцарь. – Ничего себе!
– Уверен, вы можете себе это позволить, – пожал плечами Жером. – Хотя бы судя по тому, как, не торгуясь, выложили сотню Атанасиусу, – Эдуард скрипнул зубами: все-таки он тогда поступил крайне необдуманно! – Но космос с ним, с Атанасиусом, – продолжал тем временем всадник. – Это ваши с ним дела, и в них я не лезу. Но я видел вашу карету. И говорить, что обладатель такого шикарного экипажа не способен заплатить за нужный ему контракт пятьсот рублей – просто смешно.