"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
— Это и не важно. Просто вы же в любом случае старше, чем будущая младшая леди Даро. От вас ребёнка будут ожидать в первую очередь и не станут третировать её.
— А что, Мирним — станут? — напрягся Илья.
— Ну я не совсем чётко выразилась: не третировать, конечно, скорее, часто намекать. Вам, Мирним, как более старшей будет проще противостоять напору, а на младшую девочку нажима не будет. Понимаете?
— Я так считаю, что ребёнка надо заводить, когда оба готовы к этому… — решительно заявил Илья.
— Само собой, но даже тот факт, что у вас есть вторая жена, вполне взрослая и способная подарить вам наследника, уже успокоит львиную долю обывателей. Такая семья будет соответствовать стереотипу, существующему в сознании большинства как моих, так и ваших соотечественников, ты же понимаешь. — И снова улыбнулась.
Петербуржец продолжал хмуриться.
— Что за отношение к моей жене как к инкубатору? — пробормотал он.
Его одноклассники, слегка пришедшие в себя после порции горячего чая и оживившиеся, захохотали.
— А чему ты удивляешься? — возмутилась Искра. — А то, что на тебя тоже потребительский взгляд, тебя не возмущает? Ты у нас теперь вроде как царь-батюшка, за всё в ответе — и если куры плохо несутся, и если трубы текут.
Маша не слишком-то корректно заржала.
— Точно-точно! Ну кто ж ещё может быть во всём виноват?!
— Да-да, я уже проникся тем, как я попал! — огрызнулся Илья.
— Не так, как можно подумать, — проницательный, даже пронизывающий взгляд госпожи Элейны почему-то не раздражал, а наоборот — успокаивал. Казалось, что именно сейчас она непринуждённо даст ответы на все вопросы, которые её юному собеседнику трудно было задать. — Вы ведь ожидаете почему-то только дурного от этого решения Совета. Однако должна вам сказать, что вы, Илья, произвели благоприятное впечатление, особенно в тот момент, когда заговорили о конституционной монархии и о сохранении функций и прав Совета.
— Но это логично: чем ломать и делать по-новому, лучше приспособить то, что есть.
— Разумный подход, который к тому же успокоил тех из нас, кто ожидал от вас активных и рьяных, но бестолковых действий и попыток всё переделать. В пылу новизны. Вы дали понять, что, сделав вас императором, никто из власть имущих ничего не потеряет. А значит, это лишний аргумент в пользу того, чтобы теперь без сомнений поступить по задуманному.
— А есть ли вообще необходимость держать слово после того, как цель будет достигнута и Инген… скажем так, больше не сможет претендовать на трон?
— Необходимость и выгода. Вы просто недостаточно хорошо представляете себе, что такое мир знати Серебряного мира. И, право, проще предложить вам поверить мне на слово, чем объяснить всё в нюансах. Традиции — это основа нашего мира. Традиции и установления, обкатанные и освящённые временем, имеют почти такое же влияние на лордов Совета, как и выгода. Именно на них держится власть знати. А власть — это то, что дороже денег, потому что только она и позволяет эти деньги удержать.
Лицо госпожи Шаидар сияло внутренним светом, тем, что подобно религиозной одержимости. На несколько кратких мгновений она стала так хороша, что Илья совсем забыл о её шраме и поверил — пресыщенный женским вниманием правитель действительно мог потерять от неё голову. Из её глаз взглянула на юношу сама романтика прошедших лет, когда красота так гармонично и безупречно сочеталась с глубочайшим достоинством, которое рождено воспитанием и происхождением, и окружало знатную даму, как аромат духов. Он едва ли задумывался о природе этого очарования, но в этот миг мысль о том, что судьба сделала его частью мира «оборотной» знати, впервые вспыхнула в душе искренним восторгом.
— Так вы считаете, что всё это всерьёз?
— Считаю ли? Да просто знаю. Я не вхожу в состав Совета, разве что в расширенный, но сейчас господам из внутреннего круга не приходится привередничать. Потому как — крути, не крути! — история моего рода от момента получения титула насчитывает более четырёхсот лет. Достаточно солидно, чтобы признать меня достойной участия в обсуждении судеб мира.
— Четыреста лет?! — ахнула Маша.
— Для Серебряного мира это немного. Совсем немного. Дому Уин Нуар — почти полторы тысячи, и он не из самых древних.
— Пять тысяч лет — титулу графов Даро, — негромко произнёс Санджиф.
У школьников-аурисов почти одинаково округлились глаза и открылись рты.
— Пять! Тысяч! Лет?
— Без малого.
— От жеж, блин, ровесник пирамид! — выдохнул Фёдор.
— Я-то при чём? Речь ведь об основателе нашего рода.
— Теперь я понимаю, откуда твои проблемы… — Илья смущённо глянул на покрасневшую Машу, потом снова на друга.
— Да-да, оттуда.
— Есть и ещё один момент, не имеющий отношения к вашему Дару, Илья, однако важный. Я уверена, вы об этом не знаете. Основатель императорского Дома Рестер был вашим соотечественником.
Школьники смотрели на неё, не веря, предполагая, что ослышались. Потом переглянулись, ища в лицах друг друга подтверждение того, что они либо ошиблись, либо просто что-то не так поняли.
— Соотечественник? — переспросил Фёдор. — В каком смысле?
— Ну, не совсем соотечественник, — с извиняющейся улыбкой согласилась госпожа Элейна. — Однако, если я правильно помню уроки географии Солнечного мира… Где-то очень близко. Эгиль Рестер был норвежцем. О чём, собственно, не так трудно догадаться.
— Обалдеть!
— Дневной мир редко даёт нам магов, но зато уж маги эти — без преувеличения можно сказать — выдающиеся. Дар, который императорский Дом передавал от отца к сыну, родился в Золотом мире как тогда, так и сейчас.
— А почему вы думаете, что этот факт имеет большое значение? — вежливо осведомилась практичная Маша.
— Какой именно?
— Ну, тот, что предыдущий император был из нашего мира. Население Норвегии сейчас — четыре с половиной миллиона, но ведь никому из них не предлагают корону.
— А у многих из этих миллионов есть соответствующий Дар? — в тон архангелогородке осведомилась леди Шаидар.
— Машка, и ты помнишь численность населения каждой нашей страны? — восхитился Фёдор.
— Нет, к сожалению. Но вообще по географии у меня всегда были пятёрки.
— А почему о происхождении первого императора ничего не известно? Ну, большинству…
— Да это, думаю, понятно, — задорно усмехнулась госпожа Элейна. — Ни к чему акцентировать внимание на некотором комплексе, который по-прежнему идёт рука об руку с историей знати нашего мира. Словом, все представители моего круга знают об этом, но предпочитают молчать. Думаю, многие лорды Совета были бы против того, чтобы вы узнали всё, что я вам сказала. Поэтому я и не стала ни у кого спрашивать разрешения. Лично я считаю, что происхождение предыдущего императора — не тот факт, который может нанести ущерб нашей чести.
— Да уж…
— Ещё один момент, который мне придётся оговорить с вами. Простите, Илья, что вас не пригласили на совещание по этому вопросу, но всё произошло буквально на бегу, к тому же, мы уверены, что вы всё поймёте и согласитесь с нами. Мне поручили привезти вашу молодую супругу в Лан-Гран и там передать её вашему куратору Атласу, который уже в свою очередь перевезёт госпожу Мирним в Золотой мир и там спрячет. Вы же понимаете, безопасность вашей супруги сейчас — одна из первоочередных задач. Не должно быть ни единого стороннего рычага, которым можно было бы влиять на вас.
Юноша-аурис в смятении оглянулся на Мирним. Та сидела бледная, потерянная, но вместе с тем сосредоточённая на какой-то важной для неё мысли.
— А почему вы назвали меня «госпожа»? — спросила она неожиданно. — Я ведь и близко даже не из знати.
— Вопрос решаемый. Думаю, его величество после победы и после коронации даст вам титул… — Госпожа Элейна развела руками. — Вы верите в его победу?
— Конечно!
— Тогда потихоньку свыкайтесь мыслями с новой жизнью. Думаю, неплохой идеей будет дать вам титул лорда Ингена, когда он будет побеждён и лишён всего. В чём-то символично, согласитесь… — И дразняще подмигнула.