"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Виверн рухнул вниз. Вытянувшись, госпожа Элейна натянула поводья и в самый последний миг, взметнув волны снежной пыли, выправила полёт. Только теперь Илья заметил, что за Феро следует несколько виверн, и следуют привязчиво, хоть и не нагоняют. «Преследуют, что ли»? — подумал он. А потом вспомнил взгляд лорда Ингена, и ему стало жарко. Правда, только на пару мгновений.
В его памяти зацеплялись лишь краткие вспышки впечатлений, не сцеплявшиеся друг с другом, существовавшие как-то автономно друг от друга. Остальное утонуло в бесчувствии и ошеломлении. Виверн мчался, уворачиваясь от других «собратьев», вот в какой-то момент госпожа Элейна взмахнула рукой, они обменялись взглядами с наездником, летевшим ей навстречу, и тот вклинился между Феро и преследователями.
Взлёт, стремительный, что аж дух захватило, ветром ослепил Илью, юноша очнулся через миг, но виверн уже мчал куда-то, ловко лавируя, и преследователь у них остался только один. Леди Шаидар обернулась, оценила расстояние до него и направилась в самую гущу сражения.
Грохот и шум оглушили петербуржца, он вжал голову в плечи, цепляясь за луку, куртку женщины и вообще за что попало, а когда снова выпрямился, пространство схватки осталось позади, и за ними больше никто не гнался. Госпожа Элейна заставила Феро мягко приземлиться в виду лагеря и, обернувшись, озабоченно посмотрела на своего спутника.
— Ну как? Протрясло?
— Д-да…
— Ничего. Всё благополучно. — Она разобрала поводья и кинула их на шею виверна. Опустила стек. — Страшно было?
— Ну… да… — Илья передёрнул плечами. — Не столько страшно, сколько холодно.
Женщина легко рассмеялась, стянула шапочку.
— Мне в первый раз было очень страшно. И промёрзла я тоже, помнится, изрядно, хотя стояла не зима, а ранняя осень. Ну да, на высоте всегда морозно.
— А здесь безопасно торчать? — резковато спросил юноша, покосившись в небо.
— Разумное сомнение. Но я могу вас заверить: здесь безопаснее, чем даже в лагере. Туда вполне может докатиться наземный бой.
— Ёлки, а что, на земле тоже дерутся?!
— Конечно. — Она снова взглянула на него, и отсутствие в этом взгляде снисходительности было для юноши приятнее, чем что бы то ни было. — А вы решили, что всё ограничится авиацией? Увы. На земле бесятся наши люди и боевые демоны.
— Вы изъясняетесь совсем как геймер.
— Я пару лет назад увлекалась компьютерными играми. Дневной мир предлагает очень интересные игры. А вы во что играете?
— Честно говоря, нелепо как-то в этой ситуации выглядит обращение на «вы». Может, будете мне «тыкать»?
— Как угодно, — расхохоталась женщина. — Могу и «тыкать». Всегда или только в разговоре об играх?
— Лучше уж всегда. Привычнее. А то я уже обалдеваю от местных обычаев — мне в школе учителя: никогда не «выкали».
— Но тогда было бы хорошо, если б и ты говорил мне «ты».
— Не, я не могу…
— Постарайся… О, давай-ка вернёмся в седло. Как понимаю, к нам кто-то летит… Нет-нет, свои, не волнуйся. — Она подняла виверна в воздух и взмахом руки приветствовала лорда Руэна Мирдамара, примерившегося приземлиться рядом с ними, но передумавшего.
— Я прошу вас не удаляться далеко в сторону, — хмуро бросил мужчина, окинув их обоих беглым оценивающим взглядом. — И вы прекрасно знаете, почему, Элейна.
— Как идут дела?
— Не так хорошо, как нам хотелось бы. Господин Даро думает о том, чтоб вернуть часть своих сил, и вас в том числе, в свой замок.
— Разве бой проигран?
— Ну нет, до такого пока не дошло. Но за нашим противником можно признать некоторое преимущество. Это-то и неприятно.
Госпожа Шаидар насторожённо вгляделась в лицо лорда.
— У него больше войск?
— Дело не только в количестве…
— Но количество превосходящее?
— Из того, что противник не вводит в бой свежие резервы, можно предположить, что их у него нет. Однако же, — господин Мирдамар невыразительно покосился на юношу, жадно вслушивающегося в разговор. — Однако же на его стороне преимущество. Элейна, вас ждут на краю лагеря. Скорее всего, даже при взаимном расхождении мы будем переносить лагерь ближе к Даро.
— Идёмте, Илья. — Женщина выглядела озабоченной, и петербуржец решил, что дела обстоят даже хуже, чем прозвучало. — Если я вас не привезу, решат, что я вас потеряла. Этого мне точно никогда не простят.
Юноша так и не смог толком узнать, чем закончилось сражение. Там, куда госпожа Элейна привела своего подопечного (и тут же исчезла, словно испарилась), было людно, едва хватало места для четырёх больших костров, на которых стояли огромные котлы. Все деловито носились, торопились куда-то успеть, с кем-то переговорить, что-то принести или унести, и ни у кого нельзя было узнать, чем закончился бой, победу или поражение он принёс.
Даже когда Илье удалось отыскать Санджифа, ситуация не стала яснее.
— Ты же не можешь надеяться, что война закончится в один день, после первого же боя.
— Так она уже сколько идёт…
— Но это было первое серьёзное сражение. Которое, как я понял, никто не стал затягивать и доводить до конца. Разошлись, поняв, что, если поупорствовать, можно потерять изрядную часть войска.
— Инген отступил или мы?
— Не знаю.
— Ты же был вместе с отцом!
— Я был не с отцом, а с одним из его офицеров. Отца я не видел. Но мы всё рано или поздно узнаем…
— Я видел Ингена.
Санджиф поднял голову и стал ждать продолжения.
— Да нет, — поспешил пояснить Илья. — Просто видел, и всё. Он разговаривал с госпожой Элейной. Звал её на свою сторону.
— Ну вот что уж наверняка маловероятно! Госпожа Шаидар ненавидит лорда Ингена. Люто ненавидит.
— За то, что его отец изуродовал ей лицо?
— Та история очень смутная. Никто сейчас уже не может рассказать, что там произошло в действительности и ограничилось ли только раной. Но госпожа Шаидар всегда была одной из самых последовательных сторонниц монархии. Она даже очень долго в тюрьме сидела за это. И все ждали, что она всячески поддержит лорда Ингена, как только он заявил о своих намерениях. Но она так резко отрицательно на него отреагировала, чуть не набросилась с мечом на первой же расширенной сессии Совета, где они встретились… Чуть снова не оказалась в тюрьме. Если б не находилась в тот момент под надзором и в нападение не вмешались бы, может, и дошло бы до кровавой резни.
— Ого!
— Да, вот гак. Но о причинах своих поступков госпожа Шаидар не откровенничает. Так что я не знаю…
Лагерь спешно сворачивали, разбирали шатры, скатывали палатки и паковали тюки. Всё это делалось с космической скоростью: вот ещё стоял целый низкорослый городок со скалами-шатрами — и вот уже глазу не за что зацепиться, и выше всех возносятся над человеческим полем головы крупных грузовых виверн. В какой-то момент рядом снова появилась госпожа Шаидар — она посмотрела на Илью странно, но ничего не сказала, лишь жестом предложила идти за нею.
И снова были ветер, воздух под ногами, плотная подвижная виверновая спина и холод, пробирающий до поджилок, но уже не такой острый, как утром. Юноша вспомнил, что их так и не покормили обедом, когда желудок уже просто взвыл, поэтому, собственно, его интересовал только вопрос, когда же они наконец долетят до чего-нибудь съедобного и желательно тёплого. Поэтому о том, где именно располагается теперь боевой лагерь, он так и не спросил. И о финале сражения — тоже. Ликующие в небе краски заката, само собой, интересовали его еще меньше.
На новом месте — вот диво — уже разбивали палатки и разводили костры, хотя как могли успеть раньше Феро и прочих боевых виверн, которые отнюдь не плелись, будто черепахи, можно было лишь гадать. Илью и Санджифа кормили прямо у костра, на набирающем силу поздневечернем морозе, и те, несмотря на обжигающий суп, никак не могли согреться. Лицо палила близость огня, со вкусом вгрызающегося в смолистые брёвнышки, спину леденила ночь, такая же безжалостная, как и зимние ночи, ничуть не мягче. Всё тело ныло, хотелось есть и спать, но ещё больше хотелось согреться — как угодно, но согреться.