"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

На этот раз защитная система пострадала намного меньше и восстановилась быстрее.
— Всё восстанавливается, нормально! — заорал сориентировавшийся наконец-то в ситуации Илья.
— У меня другие данные, внимательнее… А, вот, есть импульс.
— Это, наверное, потому, что в прошлый раз ту часть потрепало особенно… Ох, блин!
— Содержательнее, сударь, содержательнее.
— Нет, снова всё восстанавливается. Здорово придумано!
— Поверь, защитные и атакующие системы придумывали люди, которые намного больше нас с тобой понимали в войне. И в боевых системах… Ах ты, твою мать… Что, где?!
— Вот там, над башней… То есть нет, всё восстанавливается.
— Когда восстановление начнёт давать сбой, скажешь мне и чётко укажешь, где именно, — проворчал Всеслав, закрывая один из ноутбуков.
Юноша по пояс высунулся наружу придерживаясь за распахнутую створку. Снаружи было мучительно морозно, но вместе с тем лицо обжигал не только холод, но и запах догорающего пламени, тот самый, когда дыма уже нет, а есть лишь аромат тлеющих углей и чистого жара. Буйство оттенков, ослепивших его сперва, сложилось вдруг в чёткую и ясную картину. Какая-то несомненная закономерность была во всём, что происходило вокруг. Вот вспыхнул крохотным заревом ориор, воздух с силой потянуло в его сторону, словно он старательно вдыхал, а потом из напряжённости и полусекундного сосредоточения родилась волна чар, буквально на миг опередившая такую же, только в других тонах, и пришедшую с вражеской стороны.
Они столкнулись в небе где-то между общежитием и учебным корпусом, разбились на несколько вспышек, прошедших чередой, как бы канонадой, и в том месте, где они, столкнувшись, уничтожили друг друга, разверзлось пятно пустоты. Стремительно затягивающейся, как след от брошенного в ряску камня, но всё же.
Именно в эту пустоту ринулось что-то плотное, неодолимое, как жажда, и угрожающее.
— Валим, Слава! — крикнул Илья.
Без каких-либо колебаний перевалился через край террасы и ухнул вниз. Его решимость поступить так поддерживало ещё и то, что внизу стояла огромная телега с соломой, предназначенной для денников виверн, но пока не перегруженная в кладовые квадратной башни. Вообще-то соломе полагалось ждать своего часа рядом с башней, но там сейчас располагалась ещё одна отражающая структура, удобное место было занято, и телегу оставили на единственном свободном пространстве, прежде считавшемуся слишком уж близким к официозу, чтобы загружать его соломой.
— Твою мать! — однообразно прозвучало Илье вслед.
Он приземлился очень мягко. Тут сыграло роль и то, что тулуп был слишком уж лохмат и толст, чтобы сквозь него можно было ушибиться, он защитил юношу от лишних ссадин и тогда, когда тот скатился с телеги на землю. В первый момент он поразился самому себе — что это вдруг на него нашло? Ведь в самом деле мог расшибиться, причём запросто. Но, посмотрев наверх, чтоб прикинуть высоту, с которой ему почему-то пришло в голову сверзиться, он успел увидеть, как мастер, лихо перемахнув край террасы, полетел вниз.
За его спиной плотный ком энергий, с близкого расстояния поразивший Илью своими масштабами и мощью, врубился в террасу и часть стены верхнего этажа, частично придясь и по крыше.
Стекло брызнуло во все стороны мелкой пылью. Юноша нырнул лицом в клоки соломы, которые свалились с телеги вместе с ним, но когда не дождался обломков, которые по идее должны были пробарабанить по нему, поднял голову.
Всеслав, по пояс утонув в соломе и скривившись то ли от боли, то ли от напряжения, держал над головой магический щит. Бушевавшая над этим щитом буря из стекла, камня и разных обломков все не стихала, и лицо мастера постепенно наливалось кровью. Обломки летели так густо, что не было видно ничего — даже рассмотреть, стоит ли до сих пор главный школьный корпус, юноша не мог.
Он вспомнил, что на крыше именно этого здания должна была находиться госпожа Гвелледан, и ему стало по-настоящему страшно. Только испытав приступ паники, Илья вспомнил, что он и сам способен на худо-бедно годящуюся в данном случае защиту, особенно после летних занятий с господином Лонаграном. Из тисков тулупа он рванулся с яростью отчаяния, и всё-таки сумел выпутаться, хоть это стоило ему неожиданно больших усилий. На то, чтобы вспомнить формулу заклинания, хватило и испуга, и времени — структуру он построил одним махом, просто сшибив щит, поддерживаемый Всеславом, а заодно и его самого с телеги. Обломки, которые сдерживало заклятье мастера, снова взмыли в воздух.
 
Скатившись с соломы, мужчина неразличимо, но явно нецензурно выругался.
— Сила есть — ума не надо? — завершил он свой пассаж.
— Ой, простите, — Илья сконфузился.
— Нет уж, держи, раз поставил. А теперь убери со щита то, что туда нападало. Не умеешь? Ну и чего лез тогда? Твоими чарами я манипулировать не в состоянии… Нет уж, не убирай защиту! Так… Теперь можешь.
С облегчением юноша перестал поддерживать заклинание, Всеслав немедленно подставил свой. Потом произошло ещё что-то, а что — разобрать школьник не успел, и они остались стоять под чистым небом (в котором, правда, и теперь ещё что-то громыхало и переливалось, но магическим взглядом Илья гуда сейчас не смотрел), в окружении довольно плотного кольца щебня и песка.
Здание главного корпуса школы пострадало довольно ощутимо. Сперва петербуржцу показалось, что от него остались одни развалины, и юноша вспомнил репродукции старых фотографий Ленинграда военной поры. А потом в памяти снова всплыло, что госпожа Гвелледан в момент атаки должна была находиться на крыше, и он в панике задрал голову.
Снизу сложно было что-то разобрать, но, судя по деловитым окрикам и магии, исходящей откуда-то оттуда, хоть кто-то из живых на крыше определённо остался. Отшвырнув шапку (тулуп так и остался валяться на земле), Илья бросился ко входу в здание.
— Куда?! — рявкнул Всеслав, перехватывая его. Мастер ощутимо прихрамывал, но скорость реакции не утратил. — Со мной давай, по пожарной лестнице.
Место пролома, грубо выгрызенное в стене здания, начало затягиваться слабым эфирным сиянием, как прорубь — тонким ледком в сильный мороз. То ли сработала магическая система защиты от обрушений, то ли постарался кто-то из ответственных чародеев. Но Илья лишь мельком обратил на это внимание — Всеслав потащил своего подопечного за собой с такой силой, что тот только и успевал, что подскакивать над особенно крупными обломками.
Путь на крышу юноша не запомнил. В сознании остались лишь испуг, азарт и ощущение бьющей всё тело нервной дрожи. По тесной лестнице он нёсся через две ступеньки, как и его старший товарищ.
На крышу из чердачной двери Всеслав вывалился с криком:
— Живы! Оба живы.
— Я знаю, — коротко бросила госпожа Гвелледан. Она, целая и невредимая, застыла на покромсанном краю крыши и составляла очередное сложное заклинание. — Илья, подойдите поближе.
Петербуржец подлетел мигом. Холода он не испытывал, было не до того, а может быть, здесь вмешались какие-то из защитных чар, окружающих пространство крыши. Самой разнообразной магии тут хватало. Оглянувшись, Илья обнаружил, что госпожа Оринет и Фредел вдвоём торопливо конструируют что-то объёмное, многоступенчатое, видимо, защитно-восстанавливающее. Скорости и точности их работы можно было только подивиться. «Вот это мастера»! — подумал юноша.
— Не отвлекайся, эй! — рявкнул Всеслав.
— Я бы сказала, что тыкать ученикам — недопустимо, — без особой приязни в тоне голоса возмутилась госпожа Оринет.
— Критическая ситуация, знаете ли. Не до церемоний.
— Воспитанность должна присутствовать всегда.
— Занимайтесь своим делом, глубокоуважаемая, — огрызнулся мастер.
В этом обращении звучало маловато уважения. Учительница энергоразвития смерила собеседника уничтожающим взглядом, который, впрочем, как-то миновал внимание мастера.
— Офигеть, всё работает! — воскликнул Илья, присмотревшись к защитной системе, накрывающей школу.