"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

— Но ведь неизвестно, когда я смогу поступить в Академию. Уж никак не раньше, чем закончится война.
Леди Уин Нуар слегка наклонила голову, словно задорный любопытный щенок.
— Вы уверены, что война продлится долго?
— А вы — нет?
— Сложно предугадать, но мне всегда казалось, что юные, как правило, настроены оптимистично.
— Есть ещё те, кто смотрит на ситуацию реалистично, — проворчал Илья. Намёк на его возраст показался ему неуместным именно сейчас, когда он раздумывал, не решиться ли взять госпожу Гвелледан за руку.
— Вам сложно смотреть на ситуацию реалистично, потому что об особенностях войн в Ночном мире вы знаете не так много, — тактично пояснила женщина. — В любом случае вам стоит думать о будущем. Ваша жизнь ведь не закончится в тот момент, когда закончится война. Пожалуй, даже наоборот.
— Просто неизвестно, когда я смогу учиться дальше. Я надеялся, что вы сможете рассказать мне и показать, как делается ориор и как потом надо с ним обращаться…
— Это потребует слишком много времени, которого у нас с вами, к сожалению, нет. Сейчас приходится думать о том, что непосредственно может понадобиться в бою, поэтому я и хочу показать вам несколько приёмов, с помощью которых вы сможете взаимодействовать с ориором. Возможно, это окажется необходимо, и не только в школе.
— Мне, наверное, надо снять кольцо. — Юноша смущённо взялся за перстень. — Оно же может… как это… перенастроиться?
— Хорошо, что вы об этом подумали, — одобрительно произнесла госпожа Гвелледан. — Но сейчас это уже не обязательно. Настройка вашего инструмента сбилась бы, если бы он был при вас, когда мы с вами формировали скинтиль. Теперь это уже вряд ли произойдёт самопроизвольно. Теперь подобного рода процессом пришлось бы управлять мне. Сядьте поближе, пожалуйста. Давайте рассмотрим с вами вот эту часть структуры, к которой и происходит подключение сторонней магической схемы.
Илья пересел, вложил пальцы в ладонь леди Уин Нуар. Тепло и горьковатая терпкость магии обожгли кожу, но это было и болезненно, и приятно. Госпожа директор не столько словами, сколько знаками объясняла и показывала ему, как выглядит ориор, если воспринимать его лишь как набор структур и особым образом организованных энергий. Он даже увлёкся, позабыл о том, каким приятным ароматом она окружена и сейчас овевает его, и как нежно прикосновение её ладони, и как по-особенному он чувствует себя рядом с ней, когда рядом больше никого нет.
Но магия — это тоже было интересно. Каждый разговор с нею, или каждый новый способ, к которому женщина прибегала, чтоб познакомить его с новым навыком или с новой возможностью, приоткрывал перед ним новую дверь к неизведанному. Волшебное ощущение сделанного открытия давало такое наслаждение, с которым даже рядом не стояло большинство прочих удовольствий, знакомых Илье. Ему пока не могло прийти в голову, что это чувство всевластия, которое шло рука об руку со сделанным открытием, могло подчиниться силе его собственного разума, стоило лишь по-настоящему захотеть и сделать усилие.
Но пока он даже не думал об этом, и упоительное ощущение было в его восприятии связано только с ней. До сего момента только с её помощью он делал эти волнующие шаги в новое, из неизведанного становившееся понятным, и не представлял, как это может происходить иначе. Теперь какой-то стороной своего существа Илья понимал, что его тянет к этой женщине, и, не совсем точно понимая, почему это происходит, решил, что тут и так всё очевидно.
Юноша с удовольствием слушал пояснения госпожи Гвелледан, мечтательно улыбаясь. В какой-то момент женщина подняла на него глаза, и в её взгляде появился испуг. Замолчав на полуслове, притихнув, она смотрела в смятении, за пару мгновений бледность её стала болезненной даже для уроженки Ночного мира.
Испуг в глазах женщины удивил Илью, но недоумение он задвинул подальше, решив, что просто пока мало что понимает в женщинах. Ему захотелось назвать её по имени, но язык не повернулся. К тому же он мало что знал о представителях местной знати, вдруг даже с возлюбленной из числа местной знати нельзя разговаривать фамильярно, называть её по имени, не присовокупляя «госпожа».
 
— Я просила вас… — обронила леди Уин Нуар, и щек её коснулся лёгкий румянец. — Я думаю, нам стоит прервать наши занятия.
Она поднялась, нервно подбирая подол длинного платья. Илья растерянно смотрел на неё.
— Я что-то не то сделал?
— Нет. — Госпожа директор слегка вздёрнула голову и стала похожа на тех представительниц благородных семейств, с которыми юноше приходилось встречаться в гостях у Санджифа на балах, — великолепные в своём совершенстве, но при этом безжизненные и холодные, словно статуи, и не поймёшь, то ли она нравится тебе, то ли ты её опасаешься. — Боюсь, это я переоценила свои силы. Извините, Илья. Идёмте, думаю, мы отложим занятие. Идёмте. Вечером снова может быть налёт, и вам надлежит быть в форме.
— Вы думаете, нам всем удастся отстоять школу?
— Уверена, что это так. Конечно, если лорд Инген подтянет сюда дополнительные войска, нам придётся нелегко, но я надеюсь, что у него не будет такой возможности.
— Но, мне так кажется, под стенами школы и так уже много войск.
— Не так много, чтоб это создавало для нас непреодолимую проблему. Единственная проблема, которая сейчас стоит перед нами более или менее остро, — проблема снабжения. Увы…
— О, а Санджиф уверял меня, что такого в Ночном мире не может быть, потому что не может быть никогда!
— Полагаю, Санджиф не слишком разбирается в современных методах ведения войны, — улыбнулась она, на этот раз свободно и словно бы с облегчением. Неловкость, коконом окружившая её, разлетелась осколками и ненадолго растаяла.
— То есть нам всё-таки грозит голод, — серьёзно предположил Илья, прикидывая, что можно предпринять, раз история его родного города норовит повториться в миниатюре.
— Ну, думаю, настоящий голод нам не грозит, и вам нет необходимости волноваться.
— Вы так в этом уверены? Даже несмотря на проблемы со снабжением? — Илья дождался кивка и с любопытством поинтересовался. — Вам приходилось участвовать в войнах?
— Приходилось…
— И в последней войне против императора тоже?
Лицо госпожи Гвелледан изменилось, словно человеческие черты вновь претворились во что-то рукотворное и неизменное, подобное скальному монолиту, но в то же время какая-то отстранённая мечтательность появилась в её точёных чертах. Она посмотрела сквозь юношу, и он вдруг понял, насколько далеки традиции, в которых живут уроженцы Ночного мира, от привычного ему мира и как велика пропасть, отделившая бы его от представительницы одного из самых знатных семейств аргетов, даже если бы их не разделяла умопомрачительная разница в возрасте.
Впрочем, думать о препятствиях он был настроен так же мало, как и о причинах, по которым ему захотелось бы преодолевать их.
— Нет, в той войне я не принимала участия, — проронила леди Уин Нуар. И добавила мягко: — Идёмте, Илья. У вас сейчас будут занятия по концентрации, а потом — урок системной магии, который вы никак не можете позволить себе пропускать. Вам надо думать о своём будущем…
— Которого не будет, если меня убьют, я понял.
— Думаю, непосредственная угроза смерти над вами не нависает, — госпожа директор снова улыбнулась, теплее, но и отстраняюще, как бы напоминая о том, что он — всего лишь ученик, а она — глава школы, в которой он учится.
И на уроке, и позднее, когда Фредел заставил их подняться на крышу квадратной башни, где содержались виверны и другие чудесные ездовые животные и птицы, Илья был рассеян и едва мог сосредоточиться на координирующем элементе атакующей магической структуры. Как оказалось, не так это было и просто — сделать, чтоб разные магические орудия подчинялись единой программе, и дальше ими можно было управлять с компьютера.
Услышав об этом, Илья понял, чем именно мастер занимался на крыше во время налётов, корпя над несколькими ноутбуками сразу.