"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Он ещё пребывал под впечатлением от всего того, что увидел сегодня. Несмотря на заверения Агласа, от театра масок он ждал скукотищи, может быть, слегка оживлённой чем-нибудь интересным. Однако оказалось, что скудные комментарии куратора плохо отражали реальность. Перед зрителями предстояло выступать труппе мужчин-актёров, вооружённых мечами. Одеты они были странно — все, как на подбор, в широких черных шароварах, голые по пояс, и этот факт позволял оценить во всех подробностях, насколько мастерски каждый из них владеет оружием и собственным телом. «Наверняка бывшие гладиаторы, — догадался Илья, с уважением следя, как актёры разминаются. — Интересно, почему они в масках».
Санджиф, пока представление ещё не началось, пояснил, что определить, который из них какую роль играет, можно по маске и по ленте через плечо у некоторых. По ходу дела он пытался шёпотом рассказывать другу, что именно играют актёры в той или иной сценке, но Илья почти не слушал его. Схватки, разыгрываемые под музыку и рокот барабанов, а также короткие танцевальные миниатюры и мнемонические сценки заворожили его.
Мастерство, с которым, пользуясь лишь жестами и манипулируя оружием, эти мужчины умудрялись выражать свои чувства и вести между собой безмолвные диалоги, потрясло петербуржца. Он, знавший театр лишь по культпоходам всем классом под надзором учительницы, когда с нетерпением ждёшь окончания и хулиганишь потихоньку — надо ж хоть как-то занять себя, — вдруг осознал, что действительно можно потратить время и даже пожертвовать сном, чтобы увидеть представление и не чувствовать себя обманутым.
Даже ярмарка не увлекла его настолько. Гуляя между прилавками, он вспоминал то одну, то другую сценку и под конец не утерпел — увиденное хотелось обсудить с тем, кто понимает в этих делах.
— А что они играли? — спросил Илья у куратора. — В смысле, какой конкретно исторический сюжет? Так-то я понял, что было предательство, и погоня, и поединки…
— Оценил? — Аглае посмотрел на него оценивающе. — Всё показанное тематически привязано к празднику. Это ведь традиционный театр. Кстати, надо будет ещё раз выразить благодарность Санджифу, потому что именно он обеспечил нас билетами. Ты видел, в каком маленьком зале они играли?
— Ну да, я решил, они сейчас уже непопулярны.
— Труппы традиционного театра просто никогда не выступают на больших сценах. Их игра для этого не предназначена. Поэтому попасть на представление очень трудно.
— Да, Саф вроде говорил об этом…
— Представление посвящено истории гражданской войны против императорской власти. Само собой, гражданская война породила своих героев.
— Да, Ирвет нам об этом рассказывала.
— Если помнишь, был такой человек, как Селбар Инген. Ирвет вам об этом рассказывала?
— Нет. — Илья смутился. — Она дала задание для дополнительного чтения по этой теме, но я не успел…
— Обычное дело. — Куратор отреагировал на удивление спокойно. — Вот, видимо, в том дополнительном задании и рассказывалось о деде господина Кернаха Ингена, нынешнего главы роялистской партии. О лорде Селбаре Ингене, бароне Ауил Фира. О его участии в гражданской войне и о том, как он сумел избежать покушения, спланированного по приказу императора. Селбар Инген был мастером работы с боевыми вивернами. Его пригласили проверить, как идёт обучение виверн в поместье одного из его сторонников. Сторонник оказался предателем. В гостях господина Ингена ждали отряды императорской гвардии.
— Он погиб?
— Разве ты помнишь, чтобы на сцене разыгрывалась смерть?
— Нет, кажется. — Илья подумал, что не смог бы за это поручиться.
— Естественно, потому что тогда лорд Селбар не погиб. Это произошло много позже. Тогда он ускользнул на неосёдланной неприрученной виверне и ещё долго отбивался от тех, кто за ним гнался. А уж потом подоспели его сторонники и помогли отбиться.
— На неосёдланной и неприрученной?
— Для мастера такое оказалось возможно. Из разряда легенд, конечно, хотя с Селбаром Ингеном имел место именно подтвержденный исторический факт. Свидетельствующий, что на свете нет ничего невозможного, только маловероятное.
 
— Обалдеть, — пробормотал юноша, глядя на арену.
Там уже всё было готово, носились люди в одинаковой форме и со свёрнутыми флажками. Места оказались хорошие, почти у самого края второго яруса, достаточно высоко, чтобы иметь возможность смотреть через головы зрителей первых рядов и многочисленной обслуги соревнований, но не настолько далеко, чтоб без бинокля было не обойтись. Аглае вручил своему подопечному программку, и он, бегло проглядев её, передал Санджифу и девушкам. Имена жокеев и виверн ничего ему не говорили.
Над ареной полыхнул фейерверк, потом ещё один, и публика ответила бешеным восторгом, таким же шумным, каким бывает негодование. Вопли почти сразу перекрыл голос, многократно усиленный то ли техническим, то ли аналогичным магическим приспособлением: «Приветствую, господа и дамы, позвольте объявить о начале праздничных гонок в честь дня Освобождения. Подбодрим нашим вниманием участников…» — Дальше Илья перестал разбирать, потому что на арену принялись выводить виверн, и это было куда интереснее, чем перечисление имён и многоступенчатые хвалы чемпионам.
В большинстве своём виверны были гоночные, юноша мысленно возгордился, обнаружив, что уже способен их отличать по внешнему виду и оттенкам чешуи. Оттенки не отличались яркостью и разнообразием, поэтому на бока каждой виверны были нанесены цветастые полосы и цифры. Как пояснил Санджиф, раньше таким образом этих магических существ разукрашивали гербами хозяев, а теперь вот символами школ или отдельных гонщиков.
Жокеи тоже были тут, каждый одет ярко, будто испанский тореадор. Они приветственно махали руками, вставая на сёдла своих виверн. Сын лорда то и дело нагибался к другу, отпуская одно или два замечания в адрес участников, но они почти сразу выветривались у Ильи из головы. Он с нетерпением ждал начала, уже зная, что вот на том огромном экране, развёрнутом почти напротив их мест, будут показывать гонки во всех подробностях, но большую часть он и так увидит, потому что трасса многоступенчатая, и большая её часть проложена в небе над ареной. Правда, чтоб насладиться подробностями фигур высшего пилотажа, всё-таки придётся прибегать к помощи биноклей, но что уж тут поделаешь.
— Всё просто, — пояснил ему Аглае, разворачивая программку на схеме. — Вот эта часть трассы проходит над землёй, захватывает пространство по обе стороны от арены. Да, носиться будут прямо вокруг домов, там уже всё оцеплено, на всякий случай дома защищены магией, и в виде компенсации за неудобства жители могут полюбоваться гонками абсолютно бесплатно. Если присмотришься отсюда, увидишь, что на крышах просто плюнуть некуда.
— Ага, вижу…
— А дальше виверны поднимаются на уровень выше, несутся уже над домами и над ареной. Последний виток — третий уровень, фигуры высшего пилотажа, это очень красиво и опасно, потому что гонщики должны, образно говоря, двигаться в довольно-таки плотной группе конкурентов, которые, по сути, являются движущимися препятствиями, и их надо огибать. И все торопятся пройти трассу первыми, мешая друг другу. После чего виверны должны буквально камнем упасть вниз, к финишу. За правильностью прохождения трассы следят специальные судьи, ну и магические следящие приспособления, конечно. Всё проверяется дважды, ошибка или подтасовка невозможны. В общем, для нас это зрелище, а для жокеев — опасная и сложная работа. Ну и награда, конечно, соответственная.
— Нервничают, наверное, — проговорила Мирним, с любопытством присматриваясь к жокеям, готовящимся к старту.
— Это само собой…
— Не желаете орешков? — осведомился лоточник, протискивающийся между рядами. — Картофельной соломки, хрустящих лепешек? Есть конфеты, перченая рыбка… Пиво, белое вино.
— Орешков, пожалуйста, — вежливо попросил Илья, косясь на Мирним. — Будешь?
— А тебе? — спохватился Санджиф, поворачиваясь к Маше.