"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Но слишком уж велики были сомнения.
— Но меня ведь сейчас никуда не отпускают из школы, — промямлил он в ответ.
— Дай учителям волю, они бы никого из школы не выпускали. До самого выпуска. Оно и понятно — за учениками намного проще следить, когда они все вместе, согнаны в одно место и заперты в четырёх стенах. Но это же неправильно. Чему нас тут могут обучить? Только магии. А надо ведь ещё и жизнь увидеть. До того, как столкнёшься с ней по полной.
— Тоже верно…
— Я знаю способ, как можно улизнуть из школы так, чтоб никто не узнал. Днём в воскресенье всё равно никто не следит, где мы. Я могу попросить ребят, чтоб они, если что, сказали, что видели, как мы в парке гуляем. Парк большой, не будут же его прочесывать. А к вечерним занятиям вернёмся, гарантирую.
— Это ж нарушение правил, могут исключить…
— Эй, слушай, так ведь почти о любом деле можно сказать! Что ж теперь из-за этого — не развлекаться? Никто тебя не исключит, тем более, после первого проступка. Нужно совершить что-то действительно серьёзное, чтоб вылететь. А серьёзное — то уж никак не один-единственный побег, и даже не с уроков, а во время отдыха.
— Да, но…
— Тебе директриса говорила, что выгонит из школы, если ты отлучишься ненадолго? А мастер?
— Нет, не говорили, конечно…
— Так чего ты боишься?
— Ну так неправильно…. — отозвался Илья, борясь с желанием послать настырного одноклассника по известному русскому адресу. Но ссориться с ним не следовало, иначе как вызнать, что он задумал?
На лице Ферранайра мелькнуло презрительное выражение.
— Я и не думал, что ты такой ботаник. Какой нормальный парень откажется от такой возможности? Наверное, зря я трачу время. Ты просто трус, — и, оглядев побагровевшего собеседника, с ходу не сообразившего, что тут можно сказать и не поссориться, ушёл.
Илья смотрел ему вслед озадаченно — этого он совсем не ожидал. Если исходить из того, что Ферранайру от него что-то нужно, ожидать ссоры не следовало. Вот и получается, что… Что? Чего же на самом деле добивается этот парень? Может, он и не связан с лордом Ингеном?
Правда, думая об этом, юноша не верил собственному предположению. Иначе ситуация теряла какую-либо логичность. «Я же знаю, что я не трус», — сказал себе Илья, но помогло мало. В эту минуту он сам себе казался параноиком. По сути, ничего страшного или опасного (кроме того, во что он ввязался сам) с ним пока не произошло. Да, он встретился два раза с лордом Ингеном, но ничего ведь особенного между ними не произошло. И если что-то такое и было, так это он хамил главе роялистской партии, а не наоборот, тот же даже и ухом не повел.
Так, может, у него просто мания преследования? Не самое приятное — ощущать себя явным психом, который к тому же ведет себя, как последнее трусливое нечто. Осторожность, конечно, осторожностью, но так ведь тоже нельзя.
Он думал об этом весь вечер, невпопад отвечал Мирним (та, решив, что он волнуется из-за первой предстоящей им контрольной, отнеслась к этому снисходительно), почти не разговаривал с Санджифом. Сыну лорда хотелось поговорить о вивернах, но его друга к этому тянуло мало. Слушая рассказ о том, как детей в знатных семьях учат обращаться с вивернами и ноггами, Илья впервые не мог увлечься этой темой по-настоящему — он всё размышлял о своём.
А потом его осенила простая казалось бы мысль — если уж так его волнует, как оно всё на самом деле, то можно ведь попытаться прибегнуть к видению. Примчавшись в комнату после фехтования, юноша попытался помедитировать, мысленно протянув воображаемую линию от себя к господину Кернаху, незнамо где находящемуся и чем занимающемуся. Однако то ли он был слишком смятен, то ли чересчур рассеян, но медитация не получилась. И даже когда удалось войти в нужное состояние (недаром е его учили этому искусству три года без перерыва), почти сразу стало понятно, что результата не достичь.
«Интересно, почему»? Выйдя из медитации «на оттенки» — так её называли между собой Видящие, — Илья несколько минут тупо смотрел на Санджифа, не осознавая этого. Настраиваться на определенного человека, так или иначе чувствовать направление на него юноша умел, в этом после события полуторалетней давности он был уверен, как в собственном имени. Может, конечно, не удалось это сделать именно сейчас, а что, если дело в чём-то другом? Мог ли лорд Инген закрыться от него?
«Возможно ли такое вообще»? — задумался Илья. Поднялся, не отрывая вдумчивого взгляда от друга, шагнул к книжной полке, где, в числе прочего, стола копия одного из трактатов о Видящих, скопированного для Ильи в библиотеке замка Даро.
— Ты меня срисовать, что ли, решил? — усмехнулся Санджиф.
— А?.. Что?
— Чего взглядом-то прилип?
— А, извини… Задумался.
— О чём?
— Да, понимаешь, пытался отыскать Ингена, где он там и чем занимается, и как-то глухо…
— Зачем тебе это? — встревожился сын лорда.
— Хочу попробовать узнать, на что он нацелился. Из первоисточника, так сказать…
— Слушай, это может быть опасно?
— Чем? — Юноша-аурис обернулся от книжной полки. — Ага, значит, поиск можно ощутить? И от него защититься?
— Подожди, ты пытаешься определить местонахождение лорда? Или что?
— Послушать его мысли или какой-нибудь разговор.
— А это возможно?
— У меня получалось.
— И что же ты услышал?
— Его разговор с этой, графиней Свеллет… Как её там по титулу… Да плевать. Короче, насчет Андисты. Уже после того, как мы её выручили и начался процесс.
— А о чем был разговор?
— Я уже точно не помню. Но кажется, и меня касался. Думаю, я поэтому его и смог воспринять.
— Ну ты даёшь! Что значит — не помню? Такие вещи, если не уверен в силе своей памяти, надо тогда записывать сразу после видения! Что именно о тебе говорилось?
— Я попробую это вспомнить. — Илья наморщил лоб. — Но сейчас-то я не могу его почувствовать и увидеть какой-нибудь его разговор — вот что меня волнует…
— Так, может, дело просто в том, что он говорит не о тебе, а о каких-нибудь других делах! Мало ли, о чём он может говорить…
— Но я даже не чувствую направления.
— Ты тогда работал с какой-то вещью искомой девушки, я правильно запомнил? — деловито осведомился Санджиф. — У тебя же нет сейчас на руках никакой вещи господина Ингена.
— Я ведь с ним общался, кое-что в восприятии могло остаться… Так ты не знаешь, можно ли защититься от Видящего?
— Понятия не имею. — Сын лорда не удержался, неаристократически зевнул. — Может, просто попробуешь с утра? От такого количества заданий, как на нас навалили, голова идет кругом. Ты просто устал.
— Может, и так, — проворчал Илья, укладываясь в постель.
Он долго ворочался, но не мог заснуть, хотя и понимал, что надо всё-таки сделать над собой усилие, потому что завтра занятия и быть сонной мухой на уроках магии — не дело. Так и до настоящих неприятностей недалеко. Однако поделать с собой ничего не мог. В голову лезла уйма мыслей, причём всё на одну и ту же тему, и избавиться от них никак не удавалось.
Наконец он сдался, встал и, подойдя к окну, распахнул его, высунулся наружу. Начинались холода, и прорвавшийся в комнату воздух обжигал кожу, словно лёд, хотя до настоящих морозов было ещё далеко. Обхватив себя руками, Илья стиснул плечи и покосился на друга — тот мерно сопел во сне, и его, судя по всему, мало беспокоила прохлада. Высоко над горизонтом висела луна, такая же круглая и бледная, как в Дневном мире. Казалось, она подернулась инеем — так она была холодна.
Решившись, юноша захлопнул окно, быстро оделся и, шагая потихоньку, следя, чтоб не попасться на глаза коменданту, который, казалось, вообще никогда не спал, выскочил из общежития. До башни он добрался бегом и, окунувшись в тепло и тишину обиталища летающих, бегающих и плавающих питомцев, совершенно успокоился. Уж куда комендант точно не явится, так это сюда — он боялся виверн.
Тема дремал, свернувшись в своём деннике, но проснулся, когда хозяин коснулся его, и потянулся к поилке. Илья подождал, пока тот напьется, после чего подволок к нему седло и узду. Виверн охотно дал на себя навьючить всё это, после чего подставил спину и деловито зашуршал лапами по направлению к арке. Юноша едва успел пристегнуться и перехватить стек поудобнее, хотя пользоваться им он так и не научился и даже не знал, когда эта штуковина может ему понадобиться.