Последняя жена Синей Бороды (СИ)

- Мрряв!!!
С диким рёвом из ниоткуда – для остальных присутствующих ниоткуда – внезапно материализовался фамильяр. И бросился не на баронета, как надеялась Есения, а на экономку.
Не успела герцогиня осознать, что Снежок тоже выбрал не её, как неведомая сила оторвала молодую женщину от похитителя, завертела волчком и впечатала в мужскую спину.
Такую знакомую мужскую спину в синем с серебром камзоле! Впечатала и словно бы окружила коконом, потому что ни оторваться, ни повернуться Есения не могла, а через пару мгновений пропали все звуки, и измученная женщина провалилась в спасительный обморок.
- Подлец! – взревел лжевиконт, пытаясь отбить атаки герцога, – весь в отца! Хотел оставить вам с женой жизнь, но ты меня посмел обмануть! Но теперь, когда Ловец снова активирован, тебе не выйти отсюда живым! И мёртвым тоже, я не собираюсь приглашать некроманта! Хотя сделать из тебя послушного моей воле зомби было бы неплохим решением проблемы. И достойным для тебя наказанием!
- Попробуй, – огрызнулся герцог, раз за разом отправляя в сторону противника атакующие заклинания.
- Значит, всё-таки герцогиня? Надо же, я думал, что ты дорожишь графиней, а эта пигалица для тебя ничего не значит. Провёл, признаю, но я всё равно доберусь до девчонки! Она пожалеет, что на свет родилась, а ты – что твоя герцогиня не умерла раньше!
Мрря-а-а! – снова проявился разъярённый Снежок.
Выгнув спину и распушившись, зверь прижал уши к голове, оскалился и, фонтанируя магическими искрами, медленно двинулся на врага.
- Что здесь делает белый Кот? – отрывисто бросал Теодор, пытаясь вынудить герцога переместиться вправо, чтобы тот перекрыл кошаку дорогу.
- Как и положено фамильяру – защищает главу рода! – ответил Джонатан и сделал новый выпад.
- А я думаю, что его появление означает, что твой бастард умер, – баронет уклонился от летящего заклинания и отступил ещё на шаг, затягивая за собой его светлость. – Все знают, что фамильяр сопровождает наследника до его совершеннолетия, а потом до зачатия следующего никому не показывается. И раз он оставил графиню и примчался сюда, значит, идиотка одним фруктом не ограничилась. Что ж, так даже проще.
В этот момент Джонатан замер, словно его поразило молнией. Собственно, так и произошло – пущенное противником заклинание прожгло дыру в камзоле и опалило плечо милорда. Но тот не обратил на это никакого внимания.
Сначала герцог бросил ошарашенный взгляд на шипящего Кота. Потом мазнул глазами по неподвижным фигурам Есении и Льеры. Обе женщины без сознания лежали у стены.
Но Есения была окружена мощным коконом, который исполнял роль не только надёжной защиты, но и заменял собой матрас или одеяло. А экономка после укуса Снежка просто упала, где стояла – то есть на голый пол.
После этого его светлость снова посмотрел на белого зверя.
- Не может быть…, – прошептал милорд.
И в этот момент Теодор сделал отчаянную попытку дотянуться. Не до герцога, нет! На этот раз целью лжевиконта была миледи – баронет чуть раньше, чем Джонатан, осознал, по какой причине появился фамильяр.
И ударил изо всех, ещё оставшихся у него сил.
Наперерез смертельному заклинанию бросился фамильяр, но промахнулся. Теодор не один год провёл на Проклятом острове – изучал там искусство местных колдунов. Одно из главных умений которых – бить исподтишка.
Да, потратил много времени и ещё больше монет, но зато обзавёлся несколькими изумительными формулами. И сейчас, вложив их в заклинание, он отправил в сторону девчонки самое убойное и самое неуязвимое.
«Надо же, а герцогиня оказалась с сюрпризом! Обвела вокруг пальца не только супруга, но и Лиеру, иначе бы я давно знал, на кого в первую очередь нужно охотиться.
Удивительно, что братец, даже не зная о начинке девчонки, выбрал её, а не любовницу! Выбрал смерть – и ради кого? Тощей пигалицы?! Идиот. Впрочем, так ему и надо…»
Баронет был спокоен – это плетение невозможно нейтрализовать, оно непременно доберётся до цели! Герцогиня обречена, а он досмотрит представление до конца и уйдёт порталом.
 
Джонатан видел, что фамильяр промахнулся и белым клубком укатился куда-то в сторону. И попытался перехватить смертельный пульсар сетью, но тот прошёл сквозь плетение, как горячий нож сквозь масло.
Времени, чтобы создать новую сеть уже не было, да и смысла тоже – если не подействовала первая, не сработает и вторая.
Герцог прикинул расстояние до Есении и рывком бросил вперёд тело, закрывая жену собой.
Вовремя – с чавкающим звуком пульсар впечатался в тело его светлости, голову прострелила дикая боль и последнее, что Джонатан успел сделать – вытянул руки, чтобы смягчить падение, и накрыл собой кокон с лежащей в обмороке Есенией.
 Глава 41 
Через гул в голове извне пробивалось неприятное ощущение – будто некто недобрый и не слишком аккуратный старается наживо содрать с его лица кожу.
Джонатан увернулся от горячей тёрки, с завидным энтузиазмом массировавшей ему лоб, и приоткрыл глаза. С трудом сфокусировав взгляд, он обнаружил над собой шерстяную морду, которая одновременно щекотала усами щёки и пыталась языком протереть в них дырки.
- Кот, брысь! – не произнёс, простонал.
И подскочил, вспомнив предшествующие бессознательному состоянию события.
- Есения!!!
Ну, как – подскочил? Судорожно дёрнулся, мучительно застонав от прострелившей всё тело боли, и опал туда же, где лежал до попытки вскочить. А вместо вскрика получился лишь сдавленный хрип.
- Пфф! – возмутился фамильяр, но несколько отодвинулся и намывать лицо герцогу перестал.
Такое себе удовольствие, надо сказать – язык-то у кошек шершавый, а у людей нет шерстки, которая эту тёрку смягчила бы…
- Есения где? – еле слышно прошелестел Джонатан.
Вторая попытка оказалось удачной, и лорд опытным путём выяснил, что если не кричать и не делать резких движений, то речь выходит более-менее внятной, а тело не падает без сил, покрываясь противным липким потом.
- Мрр! – отреагировал Кот и встал, распушив хвост.
Потоптался на месте и передислоцировался на другую сторону кровати.
Кровати!!!
На этот раз ужас послужил отличным катализатором, и герцог хоть и со стоном, но смог принять полусидячее положение. Кот метнулся ближе, подпёр спину и потёрся шерстяным боком.
У Джонатана едва не остановилось сердце – он всё вспомнил! И на фоне воспоминаний забота фамильяра пугала до остановки дыхания.
- Что с моей женой?
- Мррр!
Понятно – хоть и магический, но зверь. Говорить человеческим языком фамильяр не умел.
В голове лорда пронеслись картины, одна ужаснее другой.
Что произошло, когда он своим телом перехватил пульсар смертельного заклинания? Неужели сумасшедший баронет решил, что герцог мёртв и утащил беспомощную Есению?!
Куда… Куда, спрашивается, смотрел фамильяр?! Как он это допустил?!
Единственный ответ, который приходил на ум, пугал до звёздочек в глазах – защитник рода никогда не оставил бы герцогиню, вернее, ещё не рождённого наследника, если бы… Если бы Есения не потеряла малыша.
- Есения, – не произнёс – простонал, в бессилии комкая пальцами простыню.
И замер, пытаясь понять – а, собственно, почему он остался жив? Проклятье, которое запустил баронет, должно было убить на месте. Тем не менее, если не считать сильной слабости, боли во всём теле и опустошённого почти до донышка резерва, герцог не только не умер, но, можно сказать, цел.
Как такое возможно?!
Джонатан отчётливо понял, что должен во всём разобраться. То есть, найти кого-то, кто может ответить на вопросы. И главный из них – где моя супруга?
Не обращая внимания на шипение фамильяра и его попытки помешать, мужчина подтянулся и сел на кровати. Перевёл дух, затем, ухватившись за резную спинку кровати, принял вертикальное положение.
В голове гудело, к горлу подкатывала тошнота, координация подводила – тело так и норовило прилечь – если не обратно на постель, то на стену или сразу на пол. Но герцог держался и ждал, когда чехарда в голове уляжется, и организм определит своё место в пространстве.