Последняя жена Синей Бороды (СИ)

- Иными словами, списки и записи проходит не через одни руки и глаза, – констатировал Висста.
- Именно! Поэтому, барон, мне удивительно слышать из ваших уст обвинение в грабеже! Кроме доверенных слуг, я лично проверяю каждую запись и слежу, чтобы мои подданные платили посильный оброк! Я не заинтересован в разорении своих людей.
- Столько рук и столько глаз… Милорд, а вы уверены в каждом? В народе говорят, что у семи нянек дитя без присмотра…
- Барон, я не люблю игры в угадайку. Вам не нравится, как у меня поставлено дело? Говорите прямо – в чём проблема и суть ваших обвинений?
- Проблема в размере оброка, который я вынужден платить. Чтобы рассчитаться с вами, милорд, за прошлый год, мне пришлось продать свой дом и перевезти семью сюда, в трактир! Скажите – это достойное место жительства для лорда и леди?
- Нет, но при чём тут оброк? Он не столь высок, чтобы вам пришлось жертвовать единственным жильём! – фыркнул Джонатан.
- Подождите минуту, я сейчас, – барон сорвался с места и скрылся за дальней дверью.
Оставшись один, Джонатан только головой покачал – однако, барон горазд на выдумку! Наверное, проиграл дом или потерял его по какой-то другой причине, а винит якобы непомерный аппетит ленд-лорда! Перед женой оправдывается? Ну-ну, посмотрим, что он принесёт!
- Вот! – его милость вернулся также стремительно, как и уходил.
Вернулся и протянул герцогу толстую, довольно потрёпанную тетрадь.
- Это мои записи. Здесь все расходы, все доходы и все траты, в том числе и начисленный мне оброк. Видите? – барон развернул гроссбух и подчеркнул ногтем нужную строку. – Вот такую прибыль принёс мне этот год. А теперь взгляните на вот это.
И мужчина положил поверх тетради отдельный лист из особого пергамента, с чьей помощью обычно отправляются счета, важные послания и прочие документы, которые нельзя доверить обычному вестнику или магпочте.
Джонатан пробежал его глазами, вернулся к тетради. Снова посмотрел на лист.
И поднял голову.
- Какой-то абсурд! Я не помню, какой оброк назначили вам, барон, но он никак не мог превышать ваш годовой доход! Возможно, вы внесли в свою книгу не всё, что заработали?
- Нет, ваша светлость, – вскинулся Висста, – у меня всё точно! Именно эти цифры, с подробным перечнем откуда они получены, месяц назад я отправил в ваш замок. А спустя две недели получил вот это, – хозяин таверны поднял листок и потряс им. – Не верите? Вот, взгляните, это прошлогодний. Видите? А это, – он перелистнул тетрадь и снова показал пальцем нужную строку, – сколько я заработал. Понятно теперь, почему мне пришлось распрощаться с особняком? Чтобы выполнить обязательства перед ленд-лордом за этот год, я был вынужден отдать то, что осталось с продажи дома и всё, что за несколько месяцев мне принёс трактир и гостиница, оставив семью практически ни с чем. Зато теперь мы никому ничего не должны! Так как, милорд, вы спите спокойно? Ничего вас не беспокоит?
И барон выпрямился, возмущённо сопя.
- Это невозможно! – герцог раз за разом просматривал записи в гроссбухе Виссты, потом возвращался к выставленным от его, Гильермо, имени счетам.
Увиденное совершенно не укладывалось в голове!
- И давно я… настолько вас граблю? – Джонатан перевернул несколько страниц, всматриваясь в цифры прошлых лет.
- Раньше оброк не превышал четверти от дохода, – буркнул барон. – Это было терпимо. Когда вы женились в первый раз, он повысился, но я воспринял это с пониманием: молодую жену хочется баловать, устраивать для неё балы, дарить ей украшения, платья и всё такое. Время шло, и с каждой новой вашей женитьбой оброк увеличивался и увеличивался. А в последний год он превысил все разумные пределы! Милорд, неужели вы не понимаете, что, обдирая подданных до нитки, не станете богаче? Да, в какой-то момент ваш доход увеличится, но затем неизменно упадёт, потому что ваши арендаторы уйдут к другим ленд-лордам! Вы же рубите ветку, на которой сами сидите…
- Почему вы молчали? Надо было давно отправить прошение!
- Я не молчал! И прошение отправлял – той же магпочтой. Но получил ответ вестником, который недвусмысленно дал понять – молчи, или пожалеешь. Следом случился визит пары весьма серьёзно настроенных магов, которые популярно объяснили, что мне лучше помалкивать. У меня семья, я не хочу, чтобы они пострадали.
 
- От кого был вестник? – герцог поверить не мог, что у него за спиной творились такие дела! – Что за маги?
Он прекрасно помнил, что общая сумма оброка от года к году существенно не увеличивалась. Колебания вполне укладывались в естественные причины – неурожай или, наоборот, большой урожай. Но чтоб в два раза?!
Что за маги от его, Гильермо, лица угрожали подданным, кто получал все эти деньги и, главное, куда они девались?! И маги, и деньги?
От мыслей пухла голова.
- Без подписи, – ответил Висста. – И он самоуничтожился, стоило мне прочитать, поэтому я ничем не могу подтвердить свои слова. Но у меня не было ни малейшего сомнения, что послание пришло из замка – там значок был. Ваш.
–Я могу сходить в замок за гроссбухом – убедитесь сами, что оброк не увеличивался уже лет десять! – Джонатан взъерошил пальцами волосы. – Ума не приложу, как такое могло случиться?
- Э, нет, ваша светлость, не надо ничего сюда приносить! Если вы на самом деле не в курсе, но хотите разобраться и найти виновника, поймать того, кто воспользовался вашим доверием и втихаря грабит ваших подданных, вам нужно действовать иначе. А нахрапом вы его только спугнёте. Начнёте сверять ваши книги с теми, что ведут арендаторы, и он тут же заметёт следы – книги сгорят, на них прольют воду, которая смоет чернила… В общем, концов не найдёте.
- Я понял, – кивнул герцог. – Висста, благодарю, что вы не стали ходить вокруг да около. Что не побоялись бросить мне в лицо обвинения. Я выясню, кто у меня такой бессмертный завёлся. Позволите снять слепки с вашей книги и счетов?
- Да, пожалуйста, – барон заметно успокоился и с нескрываемым интересом наблюдал за ленд-лордом.
У Джонатана мелькнула догадка – Висста не верит, что он, герцог, во всём разберётся! Думает, что милорд просто тянет время, изображает возмущение, а сам ничего делать не собирается.
От этой мысли стало ещё тошнее, захотелось придушить вора собственными руками.
У него и так была не самая хорошая репутация. Теперь к имени «Чёрный вдовец» добавится слава безответственного землевладельца, который дерёт с арендаторов три шкуры…
Джонатан закончил снимать слепки. Пора было уходить, но он не мог не задать ещё один вопрос.
- Вы знаете, у кого ещё внезапно вырос оброк?
- Я мало с кем общаюсь, ваша светлость. Безземельных не приглашают на праздники и в гости. Да мы и сами не рвёмся в общество, которое не желает с нами знаться. Между собой общаемся, но только случайно. А так все сидят по своим особнякам – у кого они есть. И работают, чтобы прокормить семью, дать образование сыновьям и приданое дочерям.
- Хорошо, я вас понял. И обещаю, что во всём разберусь! Передайте мою благодарность её милости – пирог и наливка выше всяких похвал!
Гильермо изобразил короткий, еле заметный поклон – герцогу не пристало кланяться барону, но сама ситуация не позволяла уйти, никак не извинившись за недоразумение с оброком.
Висста проводил гостя до самого выхода, пожелал удачи и захлопнул дверь.
И Джонатан, стоя на заднем дворе провинциальной таверны, задумался, что ему делать дальше? После визита к Висста он собирался навестить баронета Тиро, но последние новости спутали все планы.
Тиро никуда не денется, но и вор, засевший в замке, если не почувствует угрозы, будет сидеть на месте.
А если он узнает – не важно, как – что герцог навестил барона? Ведь не простой слуга проворачивает дела за спиной ленд-лорда, а один из приближённых. Кто-то, кому он доверял, почти как себе, раз допустил к сбору оброка и подсчётам доходов! И этот доверенный слуга, пользуясь своим положением, втихаря грабил его подданных, выбирая тех, кто не может пожаловаться… Он не станет сидеть, сложа руки, он будет защищаться, и одна Ясноликая знает, чем это может ему, Джонатану, откликнуться!