Последняя жена Синей Бороды (СИ)
- Каким образом?
- Заберите меня назад, в замок! Нам же хорошо вместе! – прошептала вдова, прижимаясь к нему грудью. – Что умеет эта тощая недоросль? Да она не сможет дать вам и трети того удовольствия, что дарю вам я!
- Кларисс, приличия…
- Бросьте, герцог, какие приличия? У вас пятый брак! Все понимают, что женились вы под давлением его величества и ради продления рода. Что для вас жена не больше, чем ширма и племенная кобыла. Вы знаете, что лорды и леди заключают пари – как долго проживёт пятая герцогиня? И успеет ли она родить вам наследника?
Джонатан мысленно выругался – графиня переступает через черту! Уж кого-кого, а её точно не касается, когда он собирается стать отцом! Ещё и эти слухи…
- Ты забываешься! – голос герцога похолодел. – Тебе не кажется, что беременность моей жены – не твоё дело?
- Не моё, – не стала спорить любовница, – но я знаете, что подумала?
Женщина посмотрела ему прямо в глаза и повела бровью.
- Что?
- Скажите, милорд, правда, что предыдущие ваши жёны умирали беременными?
- Не все, – после паузы ответил он.
В принципе, эта информация не могла быть тайной, ведь личные горничные знатной женщины всегда знали, когда у леди случалась задержка. И что означает задержка у замужней женщины тоже понятно, поэтому связать два конца было совсем не трудно. А слуги всегда судачат о жизни хозяев – это тоже известный факт.
В общем, такое «шило» в мешке не утаишь, и интересное положение герцогинь довольно быстро становилось известно широкому кругу лиц. Тем более что поначалу он не считал нужным ничего скрывать. Кларисс права – трое из предыдущих герцогинь на момент своей гибели были беременны, а четвёртая – та самая истеричка – просто не дожила даже до консуммации.
- Пусть не все, но большинство, – ответила графиня, – и теперь вам лучше не рисковать, верно? Но наследник нужен.
- Нужен, – машинально подтвердил герцог, пытаясь понять, что задумала вдова.
- Уже говорила, как я к этому отношусь? В моих интересах, чтобы ваша… жена жила долго, хоть и несчастливо, – нервно дёрнула плечом любовница. – Если она того-самого… нам придётся снова расстаться. Потому что страх перед проклятьем сильнее, милорд, чем желание служить вам. Понимаете?
- Не совсем.
- Пока вы женаты, проклятье будет нацелено на вашу герцогиню, мы уже это обсуждали. Но стоит вам овдоветь, как оно перекинется на другую женщину, которая окажется в вашей постели. А беременность миледи непременно ускорит её гибель.
- У тебя есть идея, как этого избежать? – удивился Джонатан. – Я думал, что ты ревнуешь меня к жене, ведь она не слишком к тебе приветлива, да и прав на меня самого и мои богатства у неё неизмеримо больше.
- Я ревную, – кивнула вдова, – но голову при этом не теряю. Мы с ней можем быть полезны друг другу. И вам тоже. Причём, в первую очередь – вам.
- Поясни.
- Всё просто – пока герцогиня не понесла, она в относительной безопасности. Пока вы женаты – я тоже в безопасности. Но вашей светлости нужен сын, и стоит миледи забеременеть…
- Я понял. И что дальше?
- А дальше вот что – я могу родить вам наследника вместо этой бледной немочи, а все будут думать, что сына подарила герцогиня!
- Гм… Допустим, я согласился, и ты забеременела, – в первое мгновенье его светлость слегка опешил, но потом вернул себе способность к рассуждению. – Я вижу выгоду для нас с леди Есенией. Но что этот шаг даст тебе, Кларисс? Выносить дитя – не самое простое дело. Сначала у тебя испортится фигура, ты станешь неповоротливой и толстой. Потом, роды – это больно и определённая доля риска. И твой ребёнок тебя не будет знать, он будет считать матерью мою жену.
- Я потерплю, – просто ответила вдова. – Ради вас, милорд и своего места рядом. Что до фигуры – после родов я быстро приведу себя в порядок, вот увидите! А зачем мне это нужно? Всё просто – я не хочу вас потерять.
- Нет, – усмехнулась Кларисс, – я вас не люблю в том смысле, в котором все понимают это слово. Но вы мне дороги, нам хорошо вместе, и я не собираюсь уступать ваше расположение другой женщине. Что до ребёнка – я сама предлагаю отдать его вашей жене. Мне будет достаточно мысли, что мой сын станет следующим герцогом Гильермо. И того, что вы по-прежнему будете проводить со мной ночи и баловать днём, не экономя на моём содержании. Это позволит мне не только сохранить своё положение, но даже упрочить его. Меня греет мысль, что я могу избавить вас, милорд, от угрозы нового вдовства и бездетности. Такие услуги не забываются!
- А если миледи не согласится признать ребёнка своим?
- Вы всегда можете отослать её подальше, пусть сидит в забытье и одиночестве. Но я уверена, что девчонка правильно оценит это предложение, ведь оно спасает ей жизнь! Когда она возвращается?
- Сегодня или завтра. Баллу меня известит, – ответил ей Джонатан.
- Когда её светлость вернётся, позвольте мне приехать в замок, я хочу сама всё объяснить герцогине. Увидите, я сумею подобрать нужные слова, а на вас она наверняка до сих пор сердится. И способна отказаться, даже не вникая в суть. Из вредности или вам назло.
- Назло? Но Есения не…
- Милорд, она ревнует вас, – графиня снова подвигала бровями, – это же очевидно! И ревизия эта, с выносом всей мебели, затеяна с одной целью – отселить меня от вас подальше. Я её понимаю и не виню, но если она хочет сохранить себе жизнь, то ей придётся меня выслушать.
- Допустим, – осторожно возразил герцог. – Но ты уверена, что проклятье не перекинется на тебя, как только ты понесёшь? Если оно, конечно, существует, до сих пор маги не нашли ни одного этому подтверждения, кроме удручающих совпадений. Я имею в виду несчастья, произошедшие с моими предыдущими жёнами.
- Уверена. Но чтобы не испытывать судьбу, я на время уеду, и вы будете тайно навещать меня порталом. Для всех – мы расстаёмся, ведь ваша супруга забеременела, и вы не хотите её огорчать! Не удивлюсь, если новость об интересном положении герцогини уже достигла столицы…
- Слуги в замке, личные горничные миледи…
- Возьмёте клятву молчания, наложите магический запрет – мало ли способов заткнуть простолюдинам рот? – пожала плечами графиня. – Пусть леди Есения подкладывает под платье подушку, когда выходит из своих покоев. Только не забудет менять её на бОльшую каждый месяц до срока родов. И ещё – если вы согласны, то нам нужно как можно скорее провести вместе ночь. У меня есть особое зелье, которое гарантирует зачатие…
И женщина замолчала, глядя на герцога снизу вверх.
- Знаешь, Кларисс, – пробормотал Джонатан. – Иногда к тебе в голову заходят интересные мысли… Я подумаю, и дам ответ. Пришлю вестник.
После чего герцог торопливо распрощался с графиней и порталом перешёл в замок.
Идея была довольно завлекательная. За несколькими «но».
Во-первых, рядом с Есенией появился фамильяр рода. А это означало, что с предложением родить ему наследника графиня опоздала.
Во-вторых, на месте Кларисс он бы не был так уверен в согласии Есении.
В-третьих, уловка помогла бы только в том случае, если проклятье на самом деле существует и направлено строго на жену герцога. А если оно сориентировано не на супругу герцога, а на его ребёнка? Или его, Джонатана, врагом является не магическое заклятье, а живой человек? Некто заинтересованный, чтобы герцог Гильермо не оставил наследника?
И из этого вытекало, в-четвёртых – поскольку слух о беременности герцогини уже разлетелся по королевству, то теперь Есения находится в ещё бОльшей опасности, чем раньше.
Он уже думал, что придётся буквально привязать жену к себе, чтобы не дать неведомому недоброжелателю подобраться к её светлости. Но тут любовница подала ему новую идею.
А что если подыграть ей, но не так, как рассчитывает вдова, а вывернуть всё наоборот?!
Пустить осторожный слух, мол, герцогиня лишь ширма, она не беременна. А наследника вынашивает другая женщина.