Последняя жена Синей Бороды (СИ)

И сам себя костерил – понятно, что с ней – перенервничала, замёрзла, наверняка несколько дней нормально не ела. А он вместо того, чтобы поддержать, дать ей время прийти в себя, приказал уже через час предстать перед подданными!
Идиот!
Подождут, не на улице сидят, а за столами с едой и напитками.
- Есения, - мужчина провёл пальцами по волосам девушки, потом по щеке.
А взгляд невольно скользил дальше – сорочка мало что скрывала, позволяя насладиться восхитительными изгибами девичьего тела.
А ещё от жены пахло так сладко, так соблазнительно, что удержаться не было никакой возможности.
Мужчина ещё раз провёл рукой по щеке и скуле девушки, наклонился, почти касаясь губами нежной кожи жены, и в этот момент новобрачная вздохнула и открыла глаза.
Его светлость напрягся, ожидая испуга, слёз, попытки сбежать.
Но Есения неожиданно прошептала: «Джонатан!»
И обняла его за шею.
 Глава 9 
Конечно, она боялась, ведь репутация у Чёрного вдовца была не самая сахарная, а одна его жена и вовсе погибла прямо в брачную ночь.
Люди говорили – из окна выпала, но кто знает, как там было на самом деле? Герцог и молодая герцогиня оставались в покоях одни, без свидетелей.
Может быть, он принялся истязать бедняжку, вот та и решила, что даже смерть лучше такого брака? Или пыталась отбиться, убежать, и нечаянно выпала из окна?
Но у Есении времени не было на колебания и страхи, зато перед ней маячила перспектива вернуться под опеку к вдове отца. Со всеми из этого вытекающими.
Поэтому она переступила через воспитание и вдолбленные с детства правила, затолкала подступившую было панику подальше и сама – сама!!! – обняла мужа.
Два удара сердца, показавшиеся девушке бесконечными, герцог изображал статую. А потом ожил. Весь.
После этого пугаться или убегать было уже поздно. Впрочем, кто бы ей это позволил?!
Руки и губы мужчины были везде, но дарили не боль, а удовольствие. Есения не заметила, когда, как и куда исчезло её одеяние, и не только оно.
Но всё-таки больно было, да.
Не сразу, не долго, да и не настолько сильно, чтобы выбрасываться из окна или сломя голову с воплями ужаса убегать из спальни.
В какой-то момент в её голове даже мелькнула крамольная мысль, что если бы не страшная репутация его светлости и не странные обстоятельства, сделавшие их супругами, то она могла бы сказать, что замужество – это чудесно. По крайней мере, та самая, таинственная, тщательно оберегаемая от девушек его часть.
К сожалению, сказка длилась недолго – стоило мужу встать с постели, как он снова превратился в его светлость, а нежный и внимательный мужчина, который творил с её телом все те прекрасные вещи, исчез без следа.
- Лежите, миледи, - буркнул герцог, поправляя свою одежду. – Я пришлю лекаря и ваших служанок.
- Я хорошо себя чувствую, - робко произнесла девушка. – Не нужно лекаря...
- Позвольте отныне мне самому решать, что вам нужно или не нужно, - ей показалось, или в голосе супруга прозвучало раздражение?
Но почему? Что она такого сказала? Или это из-за того, что она проявила инициативу и их брачная ночь прошла днём?
«Неужели муж теперь будет считать меня падшей женщиной?! О, Ясноликая!!!»
- Лекарь осмотрит вас, и если всё в порядке, то служанки помогут привести себя в порядок. Не забывайте, что нас ждут гости, и может навестить его величество!
- Но я не хочу...
- Миледи, видит богиня, я стараюсь быть терпеливым, но вы раз за разом умудряетесь выводить меня из терпения! Запомните, отныне ваши желания имеют значение только если совпадают с моими. Я тоже много чего не хотел! Например, не хотел торопиться, но вы своим поступком просто не оставили мне выбора! Как вам только в голову пришло разгуливать по дворцу в голом виде?!
- Если бы меня поселили, как положено супруге, в смежные покои, - огрызнулась Есения, - мне не пришлось бы выходить в коридор, чтобы попросить помощи у своего законного мужа. И я шла не голая, а в сорочке!
 
- Да эта сорочка, - герцог поднял с пола упомянутую вещь и потряс ею в воздухе, а потом бросил на кровать, - ничего не скрывает! Что вы в ней, что без неё – разница невелика! Я запрещаю вам выходить за пределы своих комнат, если вы одеты не должным образом! И под должным образом подразумевается такой внешний вид, в котором прилично предстать перед гостями мужского пола. Я ясно выразился?
- Да, - она не собиралась плакать, но голос невольно дрогнул, а на ресницах повисла слеза.
- Ясноликая, дай мне сил, - пробормотал Джонатан себе под нос и добавил уже громче и более мягким тоном: - Миледи, прекратите истерику! То, что произошло – естественно между супругами, и чтобы скрепить наш брак, нам всё равно пришлось бы это сделать сегодня ночью. Лекарь снимет все болезненные ощущения.
- Мне не больно, - прикусив губу, чтобы не всхлипнуть, ответила девушка и потянулась за сорочкой. – Отвернитесь, ваша светлость, а лучше вообще уйдите, я хочу вернуться к себе в покои.
- Какая же ты... Несносная! – рыкнул мужчина, затем сгрёб жену вместе с одеялом и, пинком распахивая двери, перенёс через холл в выделенные той комнаты. – Да – именно несносная и на ты! Мы женаты, брак консуммирован, не вижу причин, чтобы наедине вести себя, как посторонний. Привыкай! Надеюсь, на этом капризы и истерики закончены? Повторяю в последний раз – лежишь, ждёшь лекаря. После его разрешения встаёшь, приводишь себя в порядок и ждёшь меня в холле. Я оставлю слугу, он предупредит меня, когда ты будешь готова. Поняла?
- Да, - ошеломлённая от перемещения и резких слов, пискнула девушка.
- Есения, я не терплю, когда мне перечат. Усвой это, и мне не придётся повышать на тебя голос и применять силу.
С последними словами его светлость развернулся и вышел, едва не прибив дверью обеих служанок.
- Ай!
- Ой!
- Приготовьте для миледи горячую ванну и платье для выхода!
- Конечно, милорд! – Мирада.
- Да, милорд. Будут ли пожелания насчёт цвета платья её светлости? – Аниса. – Или мне лучше узнать у вашего камердинера, камзол какого цвета вы наденете на пир?
- Если ещё раз замечу кого-то из вас под дверями, прикажу выпороть! Все вопросы по одежде – к камердинеру! – рыкнул герцог и вынесся из покоев.
Джонатана скрутило от злости – в первую очередь, на себя самого.
Как он мог повестись, словно сопливый мальчишка?! Подумаешь, увидел едва прикрытое прозрачной тканью юное тело! Да он их перевидал – не счесть! Сложно найти женщину, которая могла бы его чем-нибудь удивить, а тут и вовсе неопытная девственница!
Тем не менее он почему-то не нашёл в себе сил, чтобы оттолкнуть дурочку.
Решил, что проще консуммировать брак здесь и сейчас, чем спровадить жену в её комнаты, а ночью приходить за супружеским долгом?
Допустим.
Но тогда зачем растянул действие на целый час – и это при том, что внизу их ждали подданные и гости? Раз сама напросилась, надо было действовать быстро и без церемоний.
И крутящийся в голове ответ ему не нравился – старался сделать этот первый раз для герцогини наименее болезненным.
Казалось бы – какое ему дело до её ощущений и чувств, ведь их брак – обычная сделка, не больше?! Да и довлеющий над ним злой рок не даёт гарантий, что пятую жену минет участь предыдущих четырёх.
К тому же, девчонка повела себя неосмотрительно и провоцирующе, вот и надо было показать ей, что всякий поступок имеет последствия.
Так нет, он нянчился с ней, как с хрустальной! И с изумлением отметил, что никогда ещё не получал столько удовольствия, всего лишь наблюдая за эмоциями молодой жены. А в момент соединения и сам словно бы почувствовал её боль. И утроил усилия, чтобы сгладить неприятный момент.
Он мог поклясться, что Есения не притворялась, не боялась, доверилась ему и отпустила себя. И это было... необычно и прекрасно!
А когда морок спал, то пришло осознание. И злость!