Херши. Стрела пущенная твоей рукой (СИ)
— Если можешь, выходи за местного. С твоей волей мужик на цыпочках рядом ходить будет. А ты приобретешь тут вес. Будешь уже не иномирянкой, а женой или матерью. Тебе не обязательно будет становиться такой как мы.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Утро началось с сильнейшей головной боли. Ругала себя последними словами. Меня не просто напоили, с меня вытянули все мои тайны. Между нами, девочками. От рассказа о России матушки до первого мужчины в моей жизни. Женщины оказались хорошими слушателями и сами поведали о себе немало. Интриги, заговоры — все то, что было тут до меня.
Дошла до ванны и просто упала туда. Служанка принялась за мои волосы. Перед носом появился кубок вина, и я его залпом выпила. Звук в голове напоминал хруст рассохшихся сосудов, по которым потекла живительная влага.
— Забери, — я протянула кубок.
— Леди! Я не понимаю этот язык! — Еще вина?
В кубок тут же полилась жидкость красная как кровь. Выпила и поставила кубок на край ванны. На кубке отпечатался след моей руки. Красиво, будто бы мастер так и задумывал, размещая чеканку по металлу.
Теплая вода полилась на голову, и меня принялись натирать в четыре руки. Воспоминания плавно выстраивались в голове. Ведьма прониклась моей проблемой и согласилась помочь. А заодно и подсмотреть. И я сама пустила ее в свою голову. Заодно поняла, почему их называют звезды. Эта сила — она заставляет трепетать. Яркая, как солнце. Мне обещали выстроить воспоминания в голове в неком порядке. Сделать то, что не стала делать Мати. Открыть все до конца, даже то, чего не было предназначено для меня — материал, с которым работал Херши. Куски памяти других людей и нелюдей. Сотни и сотни чужих воспоминаний, опыта. Не целиком, фрагментами. В том числе воспоминания самого Крависа. Не малую часть опыта и воспоминаний темной магии он выгружал из себя. Но были и другие. Десятка три учителей, делившиеся своим опытом и знаниями. Меня готовили не только охранять самого лорда. Меня готовили возглавить армию таких же. Человек десять, двадцать, если повезет найти. Этого должно быть достаточно, чтобы взять дворец штурмом и удержать власть силой. В то, что республику поддержат все, Кравис не верил. Злило то, что человек, придумавший все это, был не лордом Крависом. Он был его другом и уже погиб. Принес себя в жертву своей идее. Как и его жена, взорвавшая дворец и пожертвовавшая собой. Планов у заговорщиков немало. Академическое сообщество лучше планировало заговоры, чем выполняло свои планы. Кого им не хватало, так это генерала. Преданного им вояки. Того, кто мог бы привести к успеху любой их план. Но генералы идей республики не разделяли. А заговорщики им не доверяли. Поэтому создавали своего. Меня. И править стальной рукой самим заговорщикам не хотелось. Слишком утомительно и низко. Они хотели заседать и принимать концептуальные решения. Железной рукой и опорой власти должна была стать я. Лет за пять, Херши должен был вложить в меня все то, что ему поручили. Сейчас же эти куски память были доступны мне в их первоначальном виде. Заодно узнала, почему Херши считал себя парнем и так любил подглядывать за мной. Перед перерождением демоницы в духа тьмы Мастер кукол, как называл себя мой настоящий создатель, почти выжег ее личность, перенеся в нее свою волю. Записав в нее саму свою суть. Свою идею и свою манию. Они оба не пережили той ночи. И еще два года получившееся создание жило в огромном хрустальном вместилище, куда и сливали всю нужную для работы надо мной память. Амбиций, надо сказать, заговорщикам не занимать. Я даже стала жалеть, что не завершила своего превращения. Я стала бы убежденной республиканкой, но в остальном. В остальном, я была бы совершенной. Совершенной куклой. Умной, прекрасной, образованной и жестокой.
Из своих нелегких мыслей вынырнула уже когда вовсю бегала по палатке. Девочки косились, но свои обязанности выполняли. Денек выдался так себе. После вчерашнего мальчишки осмелели, и теперь их несли к нам. Не обращая внимание ни на что, носилась от стола к столу, думая о своем. Там, в моей голове, было так интересно, что не обратила внимание, даже когда поток пациентов увеличилось в разы. Не заметила даже, что не пришла смена. И когда в палатку стали заносить взрослых солдат и магов. Меня вовсю поглотили чужие воспоминания. Заклинания, которыми выбивали магов и солдат, стали все более экзотическими и сильными. А пришедшие в себя тут же бежали обратно. Все больше действовала темной магией, стараясь сохранять целительские силы. Все больше полагалась на амулет, преобразующий мою темную магию в другие виды. Два раза пришлось делиться силой с девочками. И, несмотря на то, что бегала и лечила всех давно уже только я, оставляя им доделывать мелочи, силы постепенно иссякали.
Когда в палатку ворвался орк с оружием в руке и бросился на нас, просто убила и вернулась к работе. И только визги девочек заставили оглядеться и понять, что что-то идет не так. Вышла из палатки, и ноги чуть не подкосились. Поле было перепахано. Паладин держала левый фланг, Ведмочка правый. Раскаты их магии разрывали само пространство. За ними группировались наши, возглавляемые солдатами и взрослыми магами. Центром командовал рыжик. Мальчика был увешан железками, от которых исходила колоссальная сила, да так, что не мог бы сойти с места. А перед ним стояли мертвые. Их было много. И именно они прорывали нападавших. В пехоте врага шли орки, под защитой магов людей. За их спинами был открыт большой портал. Возле него стояли основные силы магов. Именно с ними и сражались паладин и ведьма. Оглянулась. Из всех палаток госпиталей, флаг был поднят только в двух. Остальные даже не все были целыми. За спиной, в лагере, тоже оказалось не все так хорошо. Кровь, порванные палатки. Тут и там виднелись следы от маленьких порталов. Следы на земле, расходившиеся от центра волнами пыли в форме звезды.
Повернулась к порталу. В памяти всплыла лекция, старичок-заговорщик, все еще преподающий в школе, хоть и не нашей, но тоже очень известной. Лучший специалист, пусть и недостаточно благородный, чтобы занять подобающее место. Теоретик, лишенный возможности строить действительно большие порталы. Но теоретик лучший.
Вскинула руку, отослав дестабилизирующее плетение в самую защищенную точку портала. Теоретический расчет сработал куда лучше, чем старик рассчитывал. Даже захотелось написать ему письмо, пропитав для надежности бумагу ядом. Рвануло так, что магов у портала не осталось. Дальше не смотрела. В нашу сторону бежали несколько парней, неся на себе товарищей.
В палатках лекарок еще оставались девочки. Я их чувствовала. Открыла рот и за минуту организовала нам помощь. Оставшимся лекаркам я не доверяла, да и их уже не так много. Куда делись другие я не знала. Но из тех, что нашла, организовала своим заряжающих. По три на каждую из моих и себе десяток. В несколько заклинаний навела мосты передачи силы. Вражеское заклинание их тут не перебьет. Велела новеньким тащить из соседних палаток еще кровати и ставить у входа. Саму палатку раскрыть с одной стены. И бегать до солдат — забирать раненных. Там же, в гуще боя, углядела настоящих лекарок, вытаскивающих раненных и оказывающих первую помощь — только бы донести их до госпиталя.
К утру бой окончательно затих. Я как-то управилась со своим. Работала сама, брала только тяжелых. Девочки тоже не скучали. Все работали не покладая рук. Ни одна не бездельничала. Одни грели воду, другие таскали с оставшихся палаток бинты и мази. Готовили целительскую кашу, меняли белье. Просто таскали на себе раненых. Даже спали по часу тут же, чтобы набраться сил.
Наша смена пришла ближе к обеду. Взрослые лекарки, под предводительством старухи. Свыше сотни. На нас смотрели как на прокаженных, особенно на меня, мечущуюся туда-сюда.
— Дочка, иди спать. Мы заменим.
— Вы откуда? Где вас демоны раньше носили?
— Из армии. Перекинули с восточного срочным порталом до города. Оттуда в тыл. Сперва там помогли работу госпиталя организовать. Там тоже много раненых. На лагерь тоже напали. Вот к вам добрались. Как долго вы на дежурстве?