Парень моей сестры (СИ)
Да. Он изменился. Да и я изменилась. Мы все волей не волей меняемся под гнетом обстоятельств. А вот в худшую или лучшую стороны, зависит от этих самых обстоятельств. Что будет когда он узнает всю правду? Честно боюсь даже думать об этом! Его взбесило то, что я сестра Кристины, но это меньшее зло. Но рано или поздно он узнает все и тогда…
— Юль, ты чего напряглась? — вывел из раздумий меня мужчина.
— Скажи, что ты считаешь предательством? — задала вопрос и зажмурилась.
— Ну смотря от кого это будет исходить. Если лож или измена от любимого человека, это нож в сердце и я не смогу простить. Предавший единожды, как говориться. Если от друга, то больше я не стану поддерживать с ним отношения. — рассуждал он, а я все больше замыкалась.
— А если он не знал и не специально? — продолжила развивать тему.
— Как это? — удивился и посмотрел на меня.
— Ну допустим он был под влиянием чувств. Как типа в состоянии афекта.
— Но ведь даже это не отменяет преступления. И если убил, то убил. И не важно под чем ты там, наркота или эмоции. Ты убил и должен понести наказание. — категорично заявил он.
— Но ведь убить можно и не специально, не намеренно. Скажем толкнул или защищался? Как тогда?
— Что за вопросы после потрясающего секса с любимым мужчиной? Мне начать бояться, что ты придушишь меня в порыве ревности или страсти? — усмехнулся Андрей.
— Нет. Я просто узнаю тебя. Ты очень категоричен и для тебя либо есть вина, либо ее нет. А что если так сложилось? Если выбора не было? — не унималась я.
— Юль, выбор есть всегда! Просто иногда он не комфортный для нас и мы предпочитаем предать другого, а не себя. Ставим себя на ступень выше и смотрим на это с той позиции. Так увы случается часто. И поверь я еще не так категоричен, как тот же Бутузов или Гончаров. — улыбнулся он.
— Расскажи о семье? — решила сменить тему я.
— Да. Моя семья это был пример в моей жизни, но она рухнула как карточный домик. Я думал родители счастливы и любят друг друга. Пока в пятнадцать не увидел отца с его студенткой. Он преподавал право в институте, мама доцент на кафедре современного искусства. Семья ректоров и прочее. — вздохнул любимый.
— Не представляю как ты это пережил.
— Я ни о чем не сказал маме. Но через пол года он это сделал сам. Просто заявил, что влюбился и собрав вещи ушел. Мама удивила не меньше. Она отреагировала так, словно это и должно было случиться. Уже перед ее смертью я узнал, что и не отец он мне вовсе. Просто мамин друг, что женившись уберег ее от позора, а меня от издевательств.
— И такое бывает. Впрочем в жизни так много всего, что иногда твои суждения слишком жестоки. — вздохнула я.
— Наверно. Но я такой как есть. И ты либо принимаешь меня и мои суждения, либо нет. И здесь я так же категоричен. Нельзя переделать человека. Можно принять или смириться с его характером, изменит увы нет. — сонно пробормотал он.
— Я люблю твоих тараканов! — поцеловала его в грудь я.
— А я твоих! — еле слышно ответил он и повернулся на бок лицом ко мне.
Я слушала его дыханье понимая, что он спит. Покрутилась немного в его объятьях и вскоре сон накрыл и меня.
Проснулась как всегда по будильнику дочки и улыбнулась. На соседней подушки лежал мой мужчина. Его обнаженная грудь плавно вздымалась вверх, он спал. Я любовалась им в свете лучей солнца и не верила в свое счастье.
Эта ночь показала насколько мы подходим друг другу. И даже его суждения и взгляды, заставляли меня задуматься. Не все конечно я воспринимала так категорично и не делила жизнь на да и нет. У меня был миллион синонимов к этим словам и всегда зависел от конкретных ситуаций. Но он прав, мы не можем требовать человека изменить себя и изменить себе. Мы должны любить и недостатки, ведь в этом и заключается любовь. Принимать и хорошее и плохое. Ведь даже у великих злодеев были любимые, что не видели этого зла в силу любви.
Немного полюбовавшись Андрюшей, я осторожно выскользнула из его плена и приняв душ, готовила завтрак. Когда кофе и пшенная каша были готовы в дверях появился мой любимый мужчина.
— Привет! — улыбался он.
— Привет! Завтрак готов. — я показала на плиту.
— Отлично. Тогда я в душ, а потом съем все и хозяйку! — смеялся он.
— Тогда тебе придется объяснить дочке, куда пропала ее мать! — ответила так же улыбаясь я.
— Скажу, что ее похитили Инопланетяне как редкий самородок. — все еще в дверях смеялся Андрей.
— Чеши в душ, любитель НЛО, а то тарелка с кашей улетит в космос. — пошутила я подпихивая его в сторону ванной.
— Не смей отдавать этим зеленым чудикам мой завтрак, женщина! — бросил на последок он и скрылся за дверьми.
Я слышала как шумит вода и вспоминала его крепкое тело. Сильные руки. Живот с бугорками и впадинками. Крепкие ноги и о боже… Я даже вспотела от одной мысли о чем то твердом и большом в моих руках.
Звонок в дверь заставил меня подпрыгнуть на месте. Кто это в такую рань? Или Уля проявила недовольство отсутствием мамы и закатила истерику? Если так, нужно забрать ее. А как Люба отнесется к наличию ее деверя в моей ванной? Ой. Что то мне стыдно, как подростку.
Я прошла и открыла дверь. Ураган по имени Кристинка чуть не сбил меня с ног. Она была чем то обеспокоена и не просто, она не в себе.
— ЮЛЬ! Ты дура? Как ты могла связаться с Куликовым! — начала она орать с порога.
— Тише ты! Я же не знала, что брат соседа и есть твой бывший! — пыталась успокоить ее я.
— Скажи мне только одно, он знает о ребенке? — продолжила реветь эта белуга.
— Да тиши ты! Пока не знает! — шикнула я на нее.
— Черт! Да ты дура у меня! Он убьет тебя если узнает, про дочь! Она же….
Кристина резко замолчала и изменилась в лице. Я не сразу поняла, что тот о ком шла речь стоит позади меня в одном полотенце.
— Я это… уже ухожу… вы тут сами… — попятилась к дверям сестра и сбежала оставив после себя хаос.
Я не знала что он слышал и слышал ли вообще. Но я боялась даже повернуться в его сторону. Я стояла и не шевелилась.
— И что это было? — его резкий тон выбил воздух из моих легких.
— Кристи… Как всегда как тайфун. — пыталась выдавить смешок я и отшутиться.
— Я не о стерве сестрице. Я об ее словах! ПОЧЕМУ Я ДОЛЖЕН УБИТЬ ЕЕ И ПРО КАКУЮ ДОЧЬ Я ДОЛЖЕН УЗНАТЬ! — он говорил резко и стало понятно, что он выбьет из меня правду.
— Андрей… я… просто… — я не могла начать.
— Хватит мямлить! Так что там за история с ребенком? Я хочу знать правду! — опять его категоричность заставила мои внутренности покрыться изморозью.
Я боялась его потерять. Я боялась его реакции на мою историю. Вместе с тем, я понимала, что во мне говорит эгоизм. Он должен знать. Я не имею права скрывать это от него. И если он любит то поймет или постарается понять. Хотя зная его характер не уверена в последнем.
— Хорошо. Я расскажу. Только ответь — ты любишь меня? — поникшим голосом спросила я.
— Я уже говорил, что да! Да не тяни ты, Юль, выкладывай. Ты же знаешь я приму все, что бы там не случилось! — подарил крупицу надежды он.
— Тогда тебе стоит одеться! Это долгий и трудный разговор! — вздохнула я и поплелась в кухню.
Андрей ушел одеваться, я же не могла совладать с эмоциями. Что если не примет? Не поймет и не простит? А если вообще отберет дочь? Я знаю какие у него связи и он сделает это легко. А что я? Бедная, безработная и бездомная женщина. Да любой судья встанет на сторону такого отца как Андрей.
— Выкладывай! — рыкнул он появившись внезапно за моей спиной.
Я дрожащими руками налила себе стакан воды и села, ощущая дрожь в теле. Страх и паника мешали собраться и я молча смотрела на воду в сосуде.
— Юль, не молчи, говори! — его голос стал стальным и немного нервным.
Толи еще будет! Ох, Юлька сейчас ты ступила на эшафот и любимый в маске палача решит исход казни. Либо смерть, либо жизнь. И нет больше иного пути, ведь у этого мужчины нет третьей позиции. А какая она эта позиция? Полу жизнь, без него или без дочки? Да лучше смерть! Здесь его суждения правильны до нельзя и это убивает.