Девушка с секретом, или Убей моего мужа (СИ)
Михаил Петрович и вправду спал. Я видела большую кровать в центре, стоявшую боком ко мне. На ней, без сомнения, спал владелец дома, укрытый одеялом до середины груди. Лицо его было безмятежным, а на тумбочке стоял стакан с водой, упаковки таблеток и пустой шприц. Все становилось ясным: старик почувствовал себя плохо, выпил снотворное и лег спать. В комнате работал телевизор, поэтому наши стуки Михаил Петрович не услышал. Если только не принимать во внимание тот факт, что правая рука старичка была прикована к спинке кровати наручниками. С секунду переваривая увиденное, я спрыгнула с кирпичей и обернулась к Тине.
— Спит, значит, — перевела дух та. — Ну ладно. А я уж было разволновалась.
Я молча прикидывала в уме, как бы поаккуратнее сообщить подруге новость. В том, что она сильно разозлится, я была уверена. Да уж, действительно ей не везет с парнями — вот и милый Влад оказался не другом детства, а чокнутым, приковывающим безобидных старичков к кроватям в их же домах. И как такое сказать?
«Скажу все Глебу», — решила я и успокоилась. Нечего Тинку сейчас волновать. А Глеб, как мужчина, во всем разберется. В конце концов, не сами же мы будем взламывать дверь, и спасать старика.
— Давай обратно, — махнула рукой Тина. — А то братцы заподозрят неладное.
Как мы влезали обратно на забор — не передать словами. Мне пришлось подсаживать подругу, которая никак не могла подтянуться, зато я сопроводила это действо ехидными комментариями о лишнем весе и дружеской поддержке. Тинка же ответ огрызнулась, что мне только в партизаны идти, мол, не зря же я молчала все время о своей печальной судьбе. К моему удивлению, на дерево Тина не полезла, а спрыгнула с другой стороны забора. Приземлившись рядышком, я невинно поинтересовалась:
— И что дальше? В дверь постучим?
— Я сейчас тому дебилу по голову постучу, — рыкнула подруга, и решительно направилась к охраннику, сидящему под кустом. Я засеменила за ней, опасаясь, как бы Тинка реально не травмировала бедного стража.
— Эй ты, — позвала Тина парня, остановившись в двух шагах от него. — Спать на посту вредно.
Парень даже не пошевелился. Это породило в моей душе смутные подозрения, и я пригляделась к охраннику получше.
— Видать, крепко спит, — резюмировала Тинка и сделала шаг вперед, намереваясь отвесить парню подзатыльник.
«Не надо», — хотела пискнуть я, но было уже поздно. Размахнувшись, Тина от души приложила парня. Тот странно дернулся и упал навзничь, лицом в траву, а подруга растерялась.
— Что это он? В обморок упал?
— Тина, — позвала я дрожащим голосом. — Тиночка… Пойдем отсюда.
— Ты не видишь, человеку плохо? — не оборачиваясь, рявкнула Тинка. — Или напился он?
С этим словами подруга наклонилась над лежащим и с усилием перевернула его на спину. Мертвые глаза уставились в темно-синее небо, а рот был открыт в немом крике.
— Господи, — Тина шарахнулась в сторону. — Он что, умер?
— Пойдем в дом, — я обняла подругу, но она вырвалась и истерично взвизгнула:
— Это же не я его?! Полька, он уже был мертв?
— Нет, не ты, — поспешила я успокоить ее. — Надо уходить. Скорее всего, парень возле ворот тоже убит. Пошли.
Настойчиво потянув ее за руку, я быстро направилась к двери дома и нажала на звонок. Сердце стучало как бешеное. Убийца пробрался в сад, и убил охрану, а значит, мог забраться и в дом…. Но там Глеб, Мирон и Гриша — трое здоровых и подготовленных мужчин. Есть еще Марта… Боже мой, Марта!
Дверь распахнулась, и на пороге возник Гриша. Изумленно уставившись на нас, он спросил:
— А вы что? Вы как вышли?
Не слушая, я отпихнула его в сторону и бросилась в гостевую комнату на первом этаже. Кажется, именно туда Гриша отвел Марту, когда она заплакала в гостиной. Дверь я толкнула со всей силы, так, что она отскочила от стены, и захлопнулась за мной.
Марта лежала на кровати с умиротворенным лицом. Красные волосы разметались в разные стороны, на губах застыла чарующая улыбка. Тонкая бледная рука безжизненно свесилась с кровати, касаясь пальцами пола.
Глава 12
— Марта…, — всхлипнула я и сделала шаг вперед. За моей спиной послышались голоса, затем в комнату ворвался Гриша и замер, наткнувшись взглядом на возлюбленную. Следом появился Мирон и витиевато выругался.
— Какого хрена, — заорал Гриша, и бросился вперед. Пощупал пульс и растерянно сказал: — Она жива. Звоните врачу, мать твою!
Все бестолково забегали по комнате. Мирон достал телефон и принялся куда-то звонить, Тина подбежала к Марте, нащупывая пульс и осматривая зрачки.
— Положи ее на бок, вот так, — командовала Тина. — Сюда подушку. И принеси воды и мой чемодан из комнаты.
Гриша помчался наверх, а я устало прислонилась к стене. Кто это был? Валевский? Зачем ему убивать охранников и Марту, но не трогать остальных? Что-то не сходится.
«Он мог убить меня, Глеба или Мирона, но никак не Марту», — рассуждала я. «Ее просто незачем убивать. Или есть за что?». Какая-то мысль проскочила в моем сознании, а в следующее мгновения меня будто ошпарило кипятком: убийца может быть еще в доме! Я бросилась в гостиную, по пути наткнувшись на Глеба.
— Куда, — Бельский поймал меня и придирчиво оглядел.
— Убийца может быть еще здесь, — выпалила я.
— Я уже все осмотрел. Тут нет никого, кроме нас.
— А охранник? Тот, что у ворот?
— Мертв. Обоим сломали шею, — безразлично произнес Глеб. — Кто-то пробрался в сад, убил обоих охранников и залез в комнату Марты через окно. Оно было открыто.
— Но Марта жива, — напомнила я.
— Это меня и удивляет, — усмехнулся Глеб. — Если это Валевский, логичнее было бы убить тебя или нас.
— Возможно, на вас он не рискнул напасть. Трое мужчин… А нас с Тиной не было в доме, — выпалила я. — Мы выбрались в сад через окно.
— Зачем? — поразился Глеб и тут же разозлился. — Сбежать хотели?
— Нет, что ты, — испуганно залепетала, коря себя за длинный язык. — Мы смотрели в окно, увидели, что охранник сидит под кустом. Тинке пришло в голову его проучить, мы вылезли на дерево и спустились в сад. Подошли к нему, а он… Он…
Тут я всхлипнула, всем видом изображая печаль, и припала к груди Глеба. Бельский не растерялся — сжал меня в объятиях, поглаживая по спине, при этом его руки с каждым разом спускались все ниже. Мы так и стояли до приезда врачей. Марту погрузили в карету Скорой помощи, Гриша поехал вместе с ней, а Мирон вызвал своих парней и полицию.
— Что мне говорить? — шепнула я Глебу, поймав его за руку. Мирон в гостиной общался с представителями власти.
— Как что, — удивился Бельский. — Правду. Вы посмотрели в окно, увидели, что охранник спит, и спустились вниз. Ведь так все было?
Глеб наградил меня подозрительным взглядом, и я поспешно закивала.
— Да, все так. А про Валевского рассказывать?
— Нет.
Разговор вышел коротким — усталый дядечка в фуражке и крепкий мужчина лет сорока в гражданской одежде задали стандартные вопросы, узнав ФИО, расспросили о времени, когда мы спустились и то, была ли я знакома с охранником. Я отвечала коротко и по существу, но порадовать следователя не могла — мы с Тинкой не смотрели на часы, когда покидали комнату, поэтому время я назвала приблизительное — семь-восемь часов вечера.
— Мы с вами свяжемся, — захлопывая папку, произнес следователь. — Пожалуйста, не покидайте город.
— Хорошо, — кивнула я. Если честно, сейчас мне было совсем не до следователей. Гораздо больше меня беспокоила личность убийцы — некто пробирается в дом, убивает охрану и нападает на Марту, но не трогает остальных. Стоп. А почему я решила, что убийца не выполнил свою цель? Может быть, это вовсе и не Валевский? Вдруг у Марты имелись враги, желавшие ей смерти?
Как раз кстати я вспомнила о том, что меня поразило ранее — реакция Марты на заявление Мирона. Услышав, что Макс жив, здоров и где-то скрывается, Марта не на шутку занервничала. Но почему? По-хорошему, ей следует радоваться, что брат лучшего друга ее жениха в порядке.