Закон «Бритвы»
А потом я на спину грохнулся, о бетонный пол приложился лопатками. Больно, но от удара хоть спазм из легких ушел, всосался в меня вместе с воздухом – хрипло, натужно, тяжело. И все же даже так дышать – хорошо. Лучше, чем корчиться на холодном полу, пытаясь вздохнуть и довольно быстро синея мордой.
Пока дышал, чисто на рефлексах перекат сделал в сторону – и вовремя. Тварь, что меня ударила, подпрыгнула – и приземлилась всеми своими лапами на то место, где я только что лежал, аж мелкая бетонная крошка из-под когтей брызнула, мне по лицу веером хлестанула. Хорошо, что глаза успел зажмурить, так как пара-тройка таких брызг, в бою попавшая под веки, может стоить жизни…
И пока жмурился, изо всех сил пытался вызвать в воображении свой тотем – образ мантикоры, некогда убитой моим учеником. Так я когда-то мог ускорять свое личное время, пока не утратил эту способность, съев таблетку Кречетова, исцеляющую от последствий экстремального радиационного облучения. Но тут будто кто подсказал изнутри: «Попробуй! Потому что других шансов против этой твари у тебя нет…»
Я даже не удивился этому внутреннему голосу – некогда в такой ситуации удивляться, коли противник убивает тебя с такой скоростью, что ты его даже не видишь. Я просто последовал совету – и попробовал, напрягся так, словно штангу в полтонны собрался поднять. Только не мышцами, а всем своим «я», которое, если не напрячься, меньше чем через секунду немыслимо быстрый монстр размажет по этому полу вместе с моей самонадеянной тушкой.
Мне показалось, что холодный пот не выступил, а будто из ду́ша брызнул из всех пор моего тела, так как футболка под камуфлированной курткой и броником моментально стала мокрой и прилипла к коже. И по тому, что финальный удар твари еще не снес мне башку, понял – получилось!!!
Глаза открывались слишком медленно, наверное, десятую долю секунды, а это в моей ситуации непозволительно долго. Потому я, раздирая свои неторопливые веки, на всякий случай еще раз катнулся в сторону, делая сразу одновременно кучу дел, а именно – отдавая приказ «Бритве» вылезти из руки, кладя указательный палец на спусковой крючок «Винтореза» и прикидывая, как бы мне половчее освободиться от длинного и тяжелого плаща Шрама, который незаменим в Зоне при слабокислотном дожде, но в скоротечном бою неслабая обуза…
Глаза открылись, когда я выходил из кувырка, и я даже успел разглядеть тварь, которая столь стремительно меня атаковала.
Несомненно, ее прототипом был человек… которого скрестили с агрессивной и очень шустрой рептилией. Трансформировали нижнюю часть лица до чемоданной пасти, утыканной длинными и острыми зубами. Хрупкие и ломкие ногти заменили толстыми когтями. Копчик вытянули до мощного хвоста, нижнюю часть которого усилили наростом, похожим на костяной меч. Ну и тело превратили в комок крайне функциональных мышц – не перекачанных, как у культуриста, а жестких и одновременно пластичных, точно перекрученные резиновые канаты.
Поняв, что и вторая атака не удалась из-за моего кувырка, тварь резко развернулась и бросилась в третью. Сделала она это очень быстро, но по крайней мере теперь я мог ее видеть не как смазанную от скорости линию в пространстве, а как монстра, на которого вполне реально направить ствол «Винтореза» и удержать его стремительный рывок длинной очередью. Правда, я ступил слегка, и «Бритва», выходя из ладони, развалила рукоять, а заодно и приклад моего огнестрела, но это было уже неважно, так как я попал, и попал хорошо. Пуль пять в башку монстра прилетело, а этого вполне достаточно, чтобы даже ктулху завалить с такого расстояния…
Но прыгучая мразь почему-то не завалилась! Я ясно видел, как одна пуля вышибла ей глаз, вторая в лохмотья разнесла ноздри, остальные влетели в пасть, вышибая зубы. Все эти мои подарки сбили прыжок твари, швырнули ее назад, и я вполне закономерно ожидал, что она сейчас упадет и начнет корчиться в агонии…
Упала. Но извернулась при этом в воздухе и приземлилась на четыре лапы. При этом корчиться, к сожалению, не стала. Ее морду на мгновение окутало нечто вроде дымки, которая почти тут же рассеялась, и я увидел два совершенно целых глаза, смотрящих на меня с жуткой, потусторонней ненавистью. И ноздри – целые. И зубы в полуоткрытой пасти без повреждений…
Такого я еще не видел! Так даже ктулху не регенерирует. С учетом, что я был в состоянии ускорения личного времени, при котором реальное время для меня замедлилось, восстановление твари после того, как я фактически разнес ей башку, заняло меньше секунды! Я даже растерялся немного, но тот же внутренний голос, что ранее дал дельный совет, только что спасший мне жизнь, беззвучно произнес в моей голове: «Дерись. И двигайся к предводителю. Чтобы развязать твердый узел, отдели сначала главаря, а потом всё само распустится».
Ясно, чего ж тут неясного. Процентов девяносто девять из ста – это тот средневековый воин старается, которого в меня подселили. Кажется, восточная заумь насчет главаря, которую я только что услышал, из трактата «Тридцать шесть стратагем», древнекитайского пособия по ведению войны, которым и японцы не брезговали. Но, как бы там ни было, совет был дельный, поскольку я боковым зрением уловил: Кречетов развернулся к мониторам и медленно, словно во сне, двигает пальцами, нажимая на клавиатуре какие-то кнопки. Если он еще хоть одну подобную тварь вытащит из автоклава, мне точно хана…
В общем, бросил я «Винторез» и ринулся к профессору, ощущая, как «Бритва» все сильнее раздвигает мясо, вылезая из моей ладони. Больно, блин, но сейчас оно даже хорошо. Иногда боль – это неслабый стимулятор, подстегивающий ленивое и медлительное тело совершить очередной подвиг во имя спасения своей шкуры.
Бежать-то было всего ничего, шагов десять. И я их пробежал.
Почти…
Я уже руку занес, ту, что без «Бритвы», чтобы зловредному профессору кулаком под ухо засветить, а после своим смертоносным ножом рубануть по клавиатуре, выводя ее из строя.
Но – не вышло.
Проклятый плащ помешал, который я так и не успел скинуть.
Меня рвануло назад, и я услышал треск материи за спиной – это тварь догнала меня и рубанула лапой сверху вниз. Судя по силе рывка, разодрала плащ от капюшона до самого низа… и завязла в нем когтями. Хрен его знает, из чего от был сшит – то ли из кевларовой ткани, то ли Шрам еще как-то его прокачал. Без понятия. Но, если б это обычная ткань была, длинные когти располосовали бы и ее, и броник, и мою спину, содрав с нее пласт мяса. А так тварь лишь располовинила его, рванула – и взвыла дурниной, поняв, что когти попали в плен вместе с лапой.
Я же вывернулся из рукавов, распоров один из них «Бритвой», и свободной рукой сунул скомканный обрывок плаща в разинутую пасть твари. Вместе с рукой. Туда, в горло, поглубже!!!
Нафига я это делал? Да без понятия. Бешеную собаку, бросившуюся на тебя, так задушить реально, а монстра, способного регенерировать на глазах – вряд ли. Хотя – не знаю. А когда не знаешь, надо пробовать.
* * *Кречетов поморщился. Его морфа промахнулась, а Снайпер вдруг ускорился так, что его движений стало не видно. Ну да, конечно, Легенда Зоны, прокачанная артефактами и своим Предназначением, набившим оскомину и окружающим, и наверняка ему самому. Но, надо признать, дрался он отважно. Хотя против морфы это было совершенно бесполезно.
В этом Кречетов был совершенно уверен… пару секунд. А потом стал сомневаться. Проклятый Снайпер и правда был в любимчиках у Зоны и Мироздания, мало ли что он еще выкинет…
Однако теперь у Кречетова было то, что нужно, а именно – алгоритм воскрешения морф, прошедший генеральную проверку! Оставалось немногое: подать энергию в автоклавы и нажать несколько кнопок, запуская процесс.
Что профессор и проделал.
Бросил в приемник пять или шесть «Глаз Выброса» и начал вводить команду на клавиатуре. При этом пальцы его заметно дрожали, так как за спиной он слышал звуки боя и вой морфы, причем отнюдь не победный. Сейчас Кречетов готов был поклясться чем угодно, что его руки трясутся от волнения. И никому бы на свете он никогда не признался, что все его тело дрожит от страха – перед тем, что экстренный запуск оживления большого количества морф все-таки не получится, что все его планы сейчас могут пойти насмарку. И, что самое неприятное, в том числе от страха перед этим чертовым Снайпером, который давно должен был сдохнуть, но что-то все никак этого не сделает…