Мое карательное право (СИ)
— И все-таки тут плохое место, господин, — заметила ангел в моей голове. — Много зависти и ненависти.
— Я тоже это чувствую, хозяин, — согласилась демоница. — Здесь хотят крови почти как в бездне…
Даже не надо было особо напрягаться, чтобы это чувствовать — я это видел и так. Взгляды косо резали со всех сторон, будто кромсая меня на части. Они не хотели видеть меня своим предводителем, главой банка “Империя”, мужем будущей императрицы. Но главное — не хотели видеть меня живым. Однако вне зависимости от того, чего хотели, они должны были показывать, как мне рады. Потому что все вокруг принадлежало мне.
— Ваше Сиятельство, благодарю за приглашение…
— Добрый вечер, Илья Андреевич…
Потоки приветствий щедро лились со всех сторон. Куда ни посмотри, мне повсюду почтительно кивали и улыбались. Вот только я уже давно научился отличать лживые улыбки от настоящих. Вторые не исчезают, стоит тебе отвернуться. Когда тебе рады по-настоящему, вместе с губами улыбаются и глаза — а они не врут.
Сейчас же в дружно приветствующей меня толпе я видел только одну пару глаз, которая на самом деле была мне рада, а еще немного удивлена и даже растеряна — хотя последнее Лиза постаралась скрыть.
— Ваше Императорское Высочество… — теперь немного растерялась и Полина.
— А я вас тоже знаю, — с улыбкой сказала принцесса. — В жизни вы еще красивее, чем на экране.
— Благодарю, — кивнула Полли. — Вы тоже.
— Благодарю, — ответила подруга и медленно перевела взгляд на меня.
— Елизавета Константиновна, — улыбнулся я, — добрый вечер.
— Рада вас видеть, Илья Андреевич, — учтиво отозвалась она в ответ, и только в глазах читалось: “какого черта?”
Я бы мог задать встречный вопрос. Здесь и сейчас ее не должно быть в принципе. Когда она спешно уехала из Екатеринбурга, ее график так же спешно переписали, и на сегодня у Лизы был назначен какой-то важный ужин, который ей, видимо, все-таки позволили перенести. О чем она не сообщила мне, вероятно, решив сделать сюрприз. Вот он и вышел боком.
— Не ожидал, — честно сказал я.
— Заметно, — съязвила Лиза.
Полина, стараясь не хмуриться, молча переводила глаза между нами. Золотые лепестки с голубыми сапфирами чуть подрагивали в ее ушах.
— Лично мне принцесса больше нравится, — вдруг заявила в моей голове Крис. — Она щедрая, она мне платьице подарила…
— Не мешай, исчадие, — сурово произнесла Вэл. — Но мне вообще-то тоже. Она каждый вечер молится за господина…
Такое чувство, что эти две сидели в своем подпространстве, как в кинотеатре, и наблюдали за мной с попкорном.
— Красивые серьги, — Лиза первой нарушила неловкую паузу.
— Его Сиятельство подарил, — Полли прильнула ко мне чуть теснее.
Лиза закинула длинный светлый локон за ухо, как делала всегда, когда нервничала. Однако если этого не знать, она казалась идеалом спокойствия.
— А мне нравятся ваши серьги и кулон, — Полина взглянула сначала на колечки в ее ушах, а затем на кулон в форме сердца из белого золота, лежащий поверх довольно скромного декольте. — Не хватает только кольца для комплекта, — чуть едко закончила она.
— Спасибо, — подруга в ответ слегка прищурилась. — Их тоже Илья подарил. На обороте так и написано, — она показала на кулон, — “моей принцессе”. По-моему, мило…
— Очень мило, — Полли покосилась на меня. — Прошу меня извинить, мне надо в дамскую комнату…
Стуча каблуками и не оборачиваясь, она быстро затерялась среди гостей. Лиза же со скепсисом уставилась на меня.
— Невероятно мило, — усмехнулся я. — Моя принцесса сегодня в ударе.
— Полина Стравинская, значит… — проигнорировав, протянула она. — А я и не знала, что ты с ней… в отношениях?
— А я не знал, что ты сегодня придешь.
— А если бы знал, — парировала Лиза, — пришел бы один?
— Вероятно.
Поджав губы, она крутанула между пальцев сердечко кулона — этот жест обычно означал, что подруга сбита с толку. А затем золотое сердце упало обратно в ложбинку, невольно приковывая к ней взгляд.
— Какой же ты… — проворчала Лиза. — Придушить иногда хочется…
— Еще одно покушение? — с улыбкой уточнил я.
— Невыносим, — она еле заметно улыбнулась в ответ.
— Если она станет вас душить, господин, — серьезно выдала Вэл откуда-то из глубин моей головы, — мне придется ее устранить. Будет жаль…
Я слегка потер виски, надеясь отключить эту прямую трансляцию.
— Так почему ты здесь?
— Ужин отменился, — пожала плечами Лиза, — а твоя бабушка позвала меня сюда. Вроде кто-то из помогающих ей девушек не пришел…
Вероятно, моя троюродная сестра. Потому что сидела сейчас в моем подвале.
— Так что я тоже буду продавать лот, — добавила подруга.
Сегодняшнее мероприятие состояло не только из закусок, выпивки, болтовни и неприязни ко мне. Сегодня у нас проводился благотворительный аукцион, все средства от которого пойдут как пожертвования в Фонд. Продаваться будет что-то ценное на усмотрение хозяек — в основном, конечно, украшения. Бабушка, например, решила расстаться со своим знаменитым бриллиантовым колье.
— И что ты будешь продавать?
— О, у меня очень странный лот, — усмехнулась Лиза. — Если что, мне его дала твоя бабушка. Сама бы я такое продавать не стала.
— Что бы вы ни продавали, Елизавета Константиновна, — нагло влез знакомый голос, — я обязательно это куплю…
Подруга невольно вздрогнула, а я с досадой обернулся. Сияя нахальной ухмылкой, к нам подошел Юра Меньшиков с таким видом, будто его сюда настойчиво звали.
— Вообще-то мы разговариваем, — сухо заметил я.
— А, Ваше Сиятельство, — насмешливо бросил он, — а я вас и не заметил…
— Так, может, тебе глаза врачу показать?
— Ты-то, конечно, эксперт в вопросах здоровья, — он многозначительно покосился на трость в моей руке.
— Хозяин, можно я его убью? — следом заныла Крис в моей голове. — Ну пожалуйста, мне так сильно хочется его убить…
— Юрий Александрович, — холодно произнесла Лиза, — у нас крайне важный разговор. Буду очень признательна, если вы нас оставите.
— Как прикажете, Елизавета Константиновна, — нахально отозвался он. — Найду вас позже.
А затем развернулся и удалился.
— И что это сейчас было? — отвернулся я.
— Он меня донимает, — проворчала Лиза, заправляя в очередной раз длинный локон за ухо. — Пишет уже неделю невесть что…
— Например?
Несколько мгновений подруга задумчиво смотрела на меня, словно решая, стоит ли говорить.
— Помнишь, что ты мне писал до того, как помолвку расторгли?
К сожалению, помню. Но мне тогда было семнадцать, и я плохо справлялся с гормонами. А еще мы тогда целовались по всем углам, и я надеялся соблазнить невесту до свадьбы. Не успел.
— Это же неприлично, — нахмурился я.
— Ну до тебя ему, конечно, еще далеко, — с иронией заметила Лиза.
— Почему мне не сказала?
— Ты же мне про Полину Стравинскую не сказал, — парировала она. — И вообще, я могу сама с этим разобраться. Ты только, пожалуйста, выкупи мой лот, — ее пальцы снова стали теребить пряди у уха. — Не хочу, чтобы это сделал он…
В следующий миг среди звона бокалов и чужой болтовни раздались быстрые уверенные шаги, направляющиеся к нам.
— Лизонька, — моя бабушка мягко взяла ее под локоть, — пойдем, там нужно обсудить пару моментов…
Подмигнув мне, она увела нашу принцессу в толпу. Провожая их глазами, я неожиданно натолкнулся на ярко-красную челку и прищуренный пытливый взгляд, нацеленный прямо на меня. Саломея Сафо, как-то умудрившаяся заполучить приглашение, кокетливо помахала мне смартфоном. Первая мысль была позвать охрану и выставить ее, но тогда поднимется ненужная шумиха. К тому же даже без собственных глаз у нее их здесь десятки — всегда найдутся те, кто охотно сольют грязь в ее гаденький канал.
Отвернувшись, я не успел сделать и шага, как рядом стремительно, аж смазавшись до черной полосы, промелькнул смокинг. Ко мне резво подскочил Эрик — с огромным фингалом, портящим красивое лицо, и повязкой на всю голову, которой его приложили о бетонную лестницу его же клуба. Все-таки стоило прокачивать боевые навыки. Глядишь — смог бы остановить напавшего, а так придется еще и на крыше делать ремонт.