Сотворение любви

— Да перестаньте же так трусить! Идете или нет?
— Ид… Иду, — скосила она глаза на Криса, двинувшегося в ее сторону.
— И сколько же вы собирались ждать?
— Я… я… — Тиффани вся сжалась и чуть подпрыгнула, когда новая волна добралась ей до бедер. — Мне только надо чуть-чуть пообвыкнуть.
— Сейчас или никогда!
Не успела Тиффани охнуть, как сильные руки подхватили ее и понесли прямо в волны.
— Ой, Крис! Нет, нет, прошу вас! — Но было уже поздно. Озорно смеясь над ее отчаянным страхом, тот мгновенно опустил Тиффани в морскую пену.
Отплевываясь, она вынырнула — вода оказалась намного теплее, чем представлялось раньше.
— Ах вы, черт полосатый! — пронзительно вскрикнула девушка. — Как вы только могли так со мной поступить? — Хохоча и сердясь одновременно, девушка, преодолевая волны, двинулась в сторону Криса, намереваясь отомстить, но безуспешны были все попытки накрыть его брызгами.
— Да я это сделал ради вашего же блага! — поддразнивал ее Крис, подпрыгивая при накате волны. — Не помню, когда я в последний раз видел столько мурашек!
— Не двигаться! — приказала Тиффани с притворной серьезностью. — Вы слишком уж быстрый!
— А почему бы вам не оторвать ноги ото дна и не поплыть по-настоящему? — Смеясь, он уплывал все дальше от берега. — Кто знает, может быть, там, где глубже, вам будет куда легче меня догнать!
Ей пришлось напрячь все силы, но что это дало? Расстояние между ними не сокращалось. В полном изнеможении и, как ни странно, чувствуя себя превосходно после этой шутливой погони, Тиффани легла на спину, раскинув руки по поверхности воды. Закрыв глаза, доверилась ритмичному покачиванию морских волн.
— Вы заплываете слишком далеко, — неизвестно откуда раздался голос Криса.
От неожиданности Тиффани резко развернулась и вдруг, к огромному своему удивлению, почувствовала, что не может достать ногами дна. Она сделала отчаянное усилие выбраться на поверхность, захлебнулась, откашлялась, но снова ушла под воду.
— Надо просто расслабиться и все делать медленно, — подхватив ее, резонерствовал наставник. — Двигайте руками вот так, теперь смотрите, что в это время должны делать ноги. Все гораздо проще, чем кажется. Надо лишь чуть-чуть практики, только и всего.
— У меня нет времени на такую практику! — начала сердиться девушка. — Спасите меня! Я ведь тону!
Чего бояться? Он же рядом. Она почувствовала, как сильные руки надежно обхватили ее талию и подняли вверх. Инстинктивно Тиффани уцепилась за мускулистые загорелые мужские плечи.
— Все в порядке?
Она кивнула и выплюнула морскую воду.
— Ведь это наверняка одно из самых неприятных ощущений, — робко прозвучало ее признание, — вдруг осознать, что под ногами нет дна.
— Ваши наблюдения касаются исключительно морской пучины, Тиффани? Или затрагивают и жизнь вообще?
Как же ей и трудно, и приятно смотреть в его потрясающие глаза, которые Крис не сводит с нее. Но надо отвечать, раз человек спрашивает про то, что до недавней поры было определяющим в ее нескладной жизни.
— И то, и другое.
— И как же часто вам приходилось терять это дно под ногами?
— В данный момент, к примеру, — перевела она дух. — Разве вы не заметили?
  
9
 
— Думаю, пора возвращаться. — Тиффани поплотнее обернула дрожащее тело теплым полотенцем и выжидающе посмотрела на красавца-мужчину, растянувшегося рядом с нею на коврике.
— Ну что ж, если вам этого хочется.
Он лежал с закрытыми глазами, закинув руки за голову.
— Знаете, я сам с собой поспорил, — как бы в дреме медленно сказал он, нарушив несколько затянувшееся молчание. — Все смотрел, как вы сражались с волнами, а потом бежали со всех ног по песку. И я мысленно поспорил сам с собой на сто фунтов, что при первой же возможности вы заспешите домой. — Прикрыв ладонью глаза, мужчина повернулся в ее сторону. — Я оказался прав, разве не так?
— Просто я считаю, что действительно мне пора домой, только и всего.
— Но почему? — Крис, перевернувшись со спины на живот, подпер голову рукой.
 
И смотреть ему в глаза трудно, и отвести взгляд тяжело.
— Я… мне… мне холодно.
— Снимите с себя мокрый купальник, и вам не будет холодно. В сумке есть свитер, достать?
— Но… у меня дома животные… За ними нужен присмотр.
Крис лег на спину, закрыл глаза и подарил небу всепонимающую улыбку.
— Ах, да, конечно, конечно! — Слова звучали несколько суховато. — Несчастные животные, так преданные человеку! Вас с ними не было целых… — он открыл глаза и взглянул на часы, — целых два часа. Голову даю наотрез, они там умирают без вашей заботы!
— Послушайте! Я вовсе не обязана давать вам отчет о своих действиях и своих планах. — Только бы не допустить злости взять верх над собой. — Не обя-за-на!
— Разумеется! Мне никаких ваших объяснений и не надо. Я и без них абсолютно точно знаю, что сейчас творится в вашей красивой головке.
Ну как не раздражаться от этой безмерной самоуверенности! Да и сама хороша! Разозлилась и на него, и на себя за то, что срывается с ее языка грубость за грубостью, а еще за то, что с удовольствием восприняла его комплимент. Пусть полушутливо, но назвал же он ее красивой…
— Не понимаю, о чем вы говорите! — заявила она, потянувшись за шортиками и майкой. — Просто я считаю, мне пора собираться домой, вот и все!
— Да, да, вы все время это твердите! — Рука Криса змеей обхватила запястье девушки. — Не трогайте вещи! — приказал он. — Я считаю, нам с вами надо многое обсудить. — Он сел и отодвинул ее одежду в сторону.
— Эй! Отпустите руку — мне же больно!
— Замолчите! — снова приказал Крис. — Перестаньте вырываться, и вам не будет больно. Вот так-то лучше! — С минуту он молча смотрел на ее напряженное побледневшее лицо. — Почему вы все время от меня убегаете?
— Я… я… не убегаю! — неуверенно произнесла она.
— Мне кажется, убегаете.
— Ну, может быть… может быть, это потому, что вы — такой эгоист! — логика, конечно, хромает, но что-то же надо говорить. — Вы, совершенно очевидно, привыкли, что все женщины падают к вашим ногам, и, наверное, просто не в состоянии вынести, когда… когда… — Она покачала головой и отвела глаза. — О… лучше об этом забудем, — и сердито отвернулась, заметив полную иронии улыбку.
— Знаете, слова ваши так же запутанны, как ваши действия.
— Все из-за вас, — чувствуя себя совершенно несчастной, прошептал она. — Но я действительно хочу домой.
Приподняв плечи, Крис усмехнулся.
— Это я и сказал — вы убегаете!
— Перестаньте ко мне придираться! — взорвалась Тиффани. — Я знаю, вы считаете меня какой-то… капризулей… По-вашему, я достойна осмеяния… и только потому, что не поддалась вашим чарам. Однако считаю, что придерживаться собственных принципов — это вовсе не преступление! — Ну вот она изо всех сил старается превратить все возрастающее в ней напряжение в приступ гнева, потому что только это чувство способно охранять ее. — Одному Богу известно, сколько времени я заставляла себя думать только о хорошем, — не переводя дыхания, продолжала Тиффани, — пыталась осознать, как живу, как мне следует дальше жить! И мне не нужны были никакие…
— И вы полагаете, что главное — обет безбрачия? — Черные брови взметнулись от удивления.
— А почему бы и нет? — еле выговорила она, озадаченная откровенным изумлением Криса. — Конечно же, для вас мое отношение к браку абсолютно неприемлемо! Но я, как ни странно, не могу столь легко и беспечно, как вы, относиться к некоторым вещам…
Помрачневшие глаза Криса диссонировали с его голосом, звучащим по-прежнему ровно и дружелюбно:
— А именно?
— Например, вы чрезвычайно легко относитесь к сексу — вы это так наглядно продемонстрировали недавно. — Сама же напомнила унизительные сцены с Кэй, и сама содрогнулась от омерзения.
— Секс — абсолютно естественная сторона жизни, — заметил Крис. — Ведь не все же люди его столь резко осуждают!