Мое темное желание (ЛП)

Десять секунд.
Я отказался участвовать в этом разговоре. У меня не было причин поощрять этих двух идиотов к дальнейшему обсуждению этой темы.
— У Зака все в порядке с жизнью. — Оливер начал прогуливаться к двери, демонстративно потирая ухо, за которое мы схватили его сегодня утром. — Ему нужен небольшой беспорядок. Она бы ему подошла.
Пять секунд.
Ромео стряхнул сосульки с волос и последовал за Оливером.
— Я бы заплатил хорошие деньги, чтобы получить билет в первый ряд на его падение.
Таймер над нашими головами взревел.
Мы вышли, выстроившись в одну шеренгу. Олли схватил цифровой термостат и прижал его к задней части своей ноги.
Потом к ноге Ромео.
Потом к моей.
— Черт, Зак. У тебя все еще шестьдесят пять. — Оливер гоготнул. — Ты что, блядь, издеваешься? Ты вообще человек?
На самом деле я вовсе не был человеком.
И я желал оставаться таким.
Человечество было грязным, заурядным и склонным к ошибкам.
Я принял решение.
Я не собирался ее искать.
Лучше забыть о ее существовании.
  
5
 
ЗАК
— Закари, будь внимателен. Как насчет этой? — Через весь кабинет мама протягивала полароид с изображением длинноволосой красавицы с алыми губами. — Я просто обожаю ее семью. Ее мать состоит в нашем загородном клубе. Она налоговый юрист. Работает в Clarke and Young. Пока еще не партнер… — Ее тонкие брови сошлись, когда она просмотрела свое досье. — Нет, нет. Она не подойдет. Слишком ленива. В колледже она была волонтером всего два раза.
Мама швырнула фотографию в кучу мусора на ковре. Десятки фотографий разлетелись по журнальному столику, покрыв всю его поверхность.
Все — потенциальные невесты для твоего благоверного.
Все подходящие.
Все скучные, как свежевыкрашенная белая стена.
Эта партия пропустила вечеринку, на которой я провалил свою задачу — выбрать невесту к полуночи.
Вчера мама ворвалась в агентство знакомств своей подруги и конфисковала эти досье. Так родился "План Х".
(За последние пять лет она перебрала все варианты от А до Я, когда стало ясно, что мне потребуется божественное вмешательство, чтобы повести меня к алтарю).
Я зевнул, положив ноги на стол, скрестив лодыжки, и подбросил теннисный мяч к потолку. Туда-сюда. Туда-сюда.
— Так что, если она не партнер?
— Ей уже двадцать пять. Она уже должна быть на пути к владению собственной фирмой. — Мама вскинула голову. — Иногда ты меня удивляешь.
Возможно, потому что это ты изменилась, мама.
У Сан Юйвэнь — американское имя Констанс — была одна цель.
Найти мне невесту.
У нее было мало времени, а у меня — мало вариантов. Особенно после того, как она признала бал ужасным провалом. Она организовала его, чтобы я сам выбрал себе будущую жену.
В действительности же я даже не выходил из своего кабинета.
На данный момент лучшим вариантом для меня была невеста по заказу.
Невеста по заказу не стала бы хамить, когда я поселю ее в пансионе.
Не вздрогнула бы, когда я заставлю ее пройти через ЭКО, чтобы избежать прикосновений.
Не дулась бы, когда я впадал в одно из своих мрачных настроений, когда не хотел никого видеть и слышать.
Не протестовала, когда поняла, что все, что я могу ей предложить, — это деньги и сперма премиум-класса.
Я бросил мяч.
— Какое значение имеет то, что она не отличница?
Я знал, что наколол медведя, но мне было трудно смириться со своей судьбой и с целой женой, которую я не хотел.
Мама хотела жить через меня. Она знала, что никогда не выйдет замуж снова. Никогда не откроется кому-то другому.
Поэтому она в одностороннем порядке решила, что я должен заполнить ее пустоту идеальной невесткой, внуками и еще большим количеством людей, о которых она должна заботиться.
И это была пустота.
После смерти отца мама даже сменила фамилию с Чжао на Сан, что было очень важно, потому что:
 
Во-первых: Китайские женщины не меняли свои фамилии.
И второе: "Чжао Юйвэнь звучит на порядок лучше". Это ее слова, не мои.
Мама разгладила свой пиджак Шанель, ее губы дернулись вниз.
— Ты хочешь сказать, что хотел бы жениться на бездельнице?
— Я говорю, что ты напоминаешь мне бабушку.
Ту самую бабушку, которая никогда не одобряла ее брак с папой. Это больное место для мамы. И я подталкивал ее к этому только в случае необходимости.
Мама покачала головой, сжимая уголок полароида так сильно, что ее пальцы покраснели.
— Я не для того тебя растила, чтобы ты так себя вел.
— Наверное, это была одна из нянь.
У нас их было три на смене.
Я по-прежнему посылал им открытки, лунные пирожные и корзины с фруктами каждый Новый год, к большому сожалению мамы.
Мама не одобряла, что я отношусь к ним по-человечески. Когда речь заходила о нянях, ее ревность быстро давала о себе знать.
Она все еще не понимала, что на самом деле у меня нет с ними отношений. Да и с ней у меня их не было.
После смерти отца она провела оставшуюся часть моей юности, погрузившись в печаль, пока моя тетя не привела ее в чувство.
Поговорим о дьяволе.
Чжао Ю Тин — американское имя Селеста (но для меня она Селеста Айи) — ворвалась в мой офис, одетая в спортивный костюм Juicy Couture и сумку Gucci, похожая на карикатуру на богатого туриста.
— Я пришла! — На каждом предплечье она держала по три дизайнерских пакета с покупками, а между наманикюренными пальцами был зажат бабл-ти.
Я втянул пальцы в глазницы.
— Тебя никто не приглашал.
Она бросилась ко мне, награждая воздушными поцелуями на расстоянии фута от каждой щеки. Ей лучше было не прикасаться ко мне.
— Приношу свои извинения за то, что пропустила твой маленький праздник, Закари. Ты же знаешь, что я летаю в Сеул на процедуры по уходу за лицом каждое пятнадцатое число месяца.
— Все в порядке.
Я также не пригласил ее на вечеринку.
В основном потому, что Селесте Айи нельзя было доверить кредитную карту, не говоря уже о других людях. Она бы наверняка устроила дипломатический кризис.
— Разве я не сияю? — Она покрутилась на месте и стукнула меня по виску своей Биркин. — Rejuran Healer, инъекции Шанель, коктейль Aquashine и терапия для детского лица. Это единственный способ сохранить мою 22-летнюю кожу. (прим. Rejuran Healer — процедура для полного оздоровления кожи).
У нее не было кожи 22-летней.
Более того, у нее почти не было кожи. Она на 99 % состояла из филлеров.
Я увернулся от ее Birkin, когда она бросилась к диванам, чтобы обнять маму, и столкнулся лицом к лицу с доской Го, которую мне удавалось избегать с момента вечеринки.
Я подготовил идеальный нокаут, чтобы прикончить маленькую осьминожку. Какая же она трусиха, что сбежала от неизбежного поражения.
Селеста Айи прижала мамину голову к груди, заставив ее полуприсесть.
— Мы просто перебирали варианты. — Мама отмахнулась от Селесты, жестом указав на импровизированное агентство знакомств, ранее известное как мой журнальный столик. Они говорили на путунхуа. — Потому что Закари не смог выбрать себе жену на вечере. Не хочешь рассказать нам о своих мыслях?
— Да, конечно. — Айи бросила пакеты с покупками на пол и села на сиденье рядом со старшей сестрой. Она поставила чай на стол и потерла руки. — Наконец-то вы двое стали достаточно умны, чтобы спросить меня о моем мнении.
Технически, это мама попросила.
Я понятия не имел, почему.
Селеста Айи была полной дурой, и я говорю это с таким сочувствием и восхищением, какое только может быть у такого человека, как я.
Она переехала в особняк моего детства через несколько домов по соседству, чтобы помочь вырастить меня, когда отец скончался, и так и не удосужилась съехать после того, как я уехал в колледж.
Семнадцать лет назад.