Третий оттенок любви (СИ)

— Нет! Не трогайте её!
Между ней и черноволосым оставалось всего несколько шагов, когда на его пути, почти к самым ногам Императора бросился истерзанный Феликс, источающий голубоватое свечение магии, что сдерживали путы Сурганта.
— Ваше Императорское Величество, я молю Вас!.. — в его голосе читалась настойчивость и отчаянная попытка защитить. — Дайте нам ещё немного времени.
— Нам? — Император плавно опустил взгляд.
— Я и Первый Рыцарь Дарк'ана освободим Империю и весь мир, — пересиливая магию Диниира, Феликс поднялся. Но когда Ника сделала к нему несколько шагов, остановил её жестом, не поворачивая головы. — Всё, что прикажете, Император Дейллиан…
— Я уже пробовал тебе доверять, — Император выдержал паузу. — Первый Меч Дарк'ана. Решил, что можешь усидеть на двух стульях?
Чёрные тени потянулись из затаённых уголков зала, медленно приближаясь к беловолосому рыцарю, а вместе с ними на периферии сознания возник таинственный полушёпот, чем-то напоминающий голос духа Авей-Лона.
— Больше всего я ненавижу предателей, нагло пользующихся моей добротой, — взгляд Дейллиана потяжелел. — Что ж, сначала я разберусь с тобой, а уже потом с Избранной.
Мужчине не понадобилось даже бровью шелохнуть, чтобы Феликс вновь упал на колени, глухо застонав. Это лишь подстегнуло Веронику ринуться вперёд. Но достаточно было Дейллиану поднять свой взгляд, как в глазах у Ники потемнело, всё вокруг заглохло, будто уходя под воду, а сердце наоборот — гулко забилось в груди. Вероника в ужасе опустила взгляд на Феликса. Уйти вот так вот, когда она наконец добралась до него? Девушка отчаянно протянула руку к своему рыцарю, чувствуя, как теряет опору в ногах.
Уже у самого пола, когда казалось, что столкновение с ним неизбежно, падение остановилось. Веронику мягко подхватили тонкие, при этом таящие в себе неведомые силы, женские руки.
Нежность окутала попаданку, успокаивая сердцебиение, даруя неожиданную, но такую знакомую лёгкость и спокойствие.
— Тише, Вивьенна, мой славный рыцарь, — голос, звенящий, будто серебрянные бубенчики на летнем ветерке, вывел девушку из мрака. — Ничего не страшись, памятуя, кто твой истинный враг.
Ника поднялась, опираясь на руку светловолосой девочки. Артурия, озарённая лунным светом, материализовалась внезапно, из блёсых лучиков Луны.
— Моя королева, — необычайно сладко протянул тёмный Властитель, перенимая внимание появившейся гостьи. — Как же я рад, что Вы почтили меня своим сиятельным присутствием.
Улыбка на губах Дейллиана была встречена хмурым взглядом. Артурия без страха двинулась на мужчину.
— Вы переходите границы дозволенного, Император! — серебряная лёгкость в её голосе пропала, в миг заменяясь стальной суровостью, но, кажется, такое поведение тёмного господина лишь позабавило. — Немедленно отпустите моих людей!
В ладонях Артурии блеснул свет, когда она опасно приблизилась к Императорскому Величеству. Однако Дейллиан не двигался и словно бы не собирался защищаться, даже когда сияние полыхнуло у его лица, озаряя светлую кожу.
— Мой Император! — воскликнул Сургант, до этого не двигавшийся. Маг быстро зашевелил губами, вырисовывая пальцами колдовские руны.
— Назад, — тихо, но грозно процедил сквозь зубы Дейллиан, и фиолетовые щупальца магии тут же были поглощены тьмой. — Не смей вмешиваться.
Двое правителей стояли друг напротив друга. Непохожие, как день и ночь. Но какая-то незримая нить связывала их настолько крепко, что Нике показалось, будто они не просто знакомы, а знают друг друга и достаточно хорошо.
Королева едва ли доставала светловолосой макушкой до точёного подбородка Императора, а тот не сводил с неё пристального взгляда, возвышаясь. Молчание между этими двумя длилось несколько тягучих секунд. Пока Артурия вдруг не заговорила:
— Я требую, чтобы Вы отпустили моих людей, — вкрадчиво повторила девчонка. — Не заставляйте меня повторять это трижды.
— Ваших? Вы уверены? — в голосе Императора продолжала скользить усмешка, но в синеве глаз заиграли искорки иной магии. — Один из них — мой лучший шпион, а другая даже не из нашего мира. Последней я бы доверял меньше всего…
 
— А я верю! — настырно противилась маленькая королева, делая последний решающий шаг к синеглазому Властителю. — Им обоим!
— Вы как всегда слишком добры, — атмосфера между владыками стала ещё жарче, когда Дейллиан чуть наклонился к светловолосой и перешёл на искусительный полушёпот. — Позвольте мне разрешить это многолетнее недоразумение. Я заставлю Избранную избавиться от Тёмного писания здесь и сейчас.
Его обаятельный голос вызвал у Вероники ледяную дрожь во всём теле. А взгляда, которым искоса пронзил её Император, было достаточно, чтобы девушка ощутила всю властность тёмного правителя.
— Нет. Вы не можете так поступить! — снова воспротивилась Артурия.
— А сколько ещё мне терпеть это существо, порочащее имя Тьмы? — холодно резанул в ответ Дейллиан, при этом ни один мускул его прекрасного лица не дрогнул, выдавая раздражение.
— Писание будет уничтожено, — королева Дарк'ана не отрываясь смотрела во всепоглащающую синеву, осторожно, едва-едва касаясь кончиками пальцев плотной бархатной ткани его плаща. — Но не в Империи, а в Авей-Лоне — первородном источнике магии.
Тёмный правитель усмехнулся. Его лицо стало к Артурии так близко, что, казалось, их губы вот-вот сомкнуться.
— А что мне за это будет? — долетел до Вероники коварный едва слышимый шёпот, и в помещении стало ещё темнее.
Густая чёрная пелена надёжно закутала Артурию в мягкий тёплый плащ. Но тёплым он был только с одной стороны. Ника сглотнула вязкий ком страха, вставший поперёк горла. Сейчас ей совершенно не хотелось вмешиваться в политические распри двух противоборствующих стран другого мира.
— Вы знаете, чего я хочу, моя королева, — настойво, но аккуратно продолжил Дейллиан, — Вам достаточно лишь одного слова… "да"…
Королева притихла. И Вероника могла лишь догадываться, о чём думает эта, казалось бы, слишком юная правительница, на чьи плечи возложена была ответственность за целый мир. Тишина длилась всего с десяток секунд, но растянулись они на целую безмолвную вечность, в которой было слышно только, как клубится у ног мрак. Наконец тихий, но решительный голос Артурии провозгласил:
— Я согласна, Император, — она на мгновение запнулась, словно боясь признаться даже самой себе, однако продолжила: — Я согласна стать Вашей женой.
Дейллиан выпрямился, одаривая светловолосую королеву улыбкой, казалось, чуть более радостной и ласковой. Однако что-то говорить не спешил, проявляя удивительное чувство такта. Он лишь нежно поднёс к губам тыльную строну ладони своей невесты, мягко прикладываясь к жемчужной коже. Только Артурия так и оставалась напряжённой, будто натянутая струна.
— Всё, что только пожелаешь, моя дорогая, — Дейллиан вложил королеве в ладони телефон и отступил, наконец-то позволяя лунным лучам вновь озарить всю залу.
Получив заветный артефакт, насильно обручённая повернулась к избранной, демонстируя нехилую выдержку и сохраняя непроницаемое лицо с холодным взглядом, затем протянула его Веронике. Девушка дрожащими руками взяла телефон, тревожно оглядела его и тут же нашла взглядом Феликса, застывшего неподалёку в том же положении, что заставил его принять Император. Она с мольбой заглянула в изумрудные глаза, пылающие одновременно гневом и страхом. Мужчина напрягся, будто бы пытаясь вырваться из пут тьмы, но не смог. Всё, что он сумел сделать, — это лишь вновь поднять взгляд, полный веры, на Нику, и одними губами прошептать: "Я рядом…"
 
Именно эти слова придали девушке уверенности, и она быстрым движением пальцев разблокировала телефон.
Непривычный ярко-белый свет резанул Нику по глазам. На маленьком телефонном экране появился незамысловатый рабочий стол. Не давая себе времени на ностальгию, Вероника сразу же полезла в "Блокнот", открывая единственный оставшийся здесь файл под названием "Приключения Первого рыцаря".