Высшие космические мечты (СИ)

— Умереть за свой народ предлагает тот кто почти три года прячется на Тартусе?
— Синая умеет подмечать неприятные детали, — пробасил сатурианец, Бертрам кивнул, а ко мне обратился с вопросом:
— Ты хочешь оставить ттриштам корабль, а с остальными отправиться в штаб выбойгов? Мне нравится всё, в том числе техника рисунка, но я предпочту быть с тобой, а не с эбигнейцами.
Я посмотрела на свою высокохудожественную схему и покачала головой:
— Я думала тебе лучше удастся их контролировать, они немного взбалмошные и могут войти в азарт, если окажутся в заварушке.
— Ещё мне не хочется отправлять тебя куда-либо в компании Лоркана, — спокойно продолжал Бертрам, а я поразилась тому, что он не стал ходить вокруг да около, а сказал обо всём прямо.
— Ты, выходит, меня ревнуешь? — чувствуя как губы сами собой растягиваются в улыбке, спросила я. От чего-то подобная мысль стала приятной.
— Я тебя выбрал и я тобой дорожу. Твоё благополучие и твоё спокойствие для меня важнее всего остального.
Звучно выдохнула. Не ожидала я ни такой прямолинейности, ни, уж тем более, такого ответа. А ещё не припомню, чтобы он объявлял о том, что меня выбрал… и куда? И в качестве кого?
— Я ведь тебе ничего не обещала?! — на всякий случай уточнила я. Бертрам кивнул и как ни в чём не бывало улыбнулся:
— Этого и не требовалось. Я же сказал: это я тебя выбрал.
— А ведь ты даже не роршек.
— Интуиты, — тем временем хохотнул хозяин, — они покруче многих.
Решила проигнорировать реплику, а потом положила на колени Бертраму визор с нарисованным мной планом:
— Выбойги делают нечто претящее природе и поставили на уши уже половину галактики, — твёрдо и уверенно продолжила я. — По мне это куда важнее личных отношений и личных предпочтений!
— У тебя просто никогда не было действительно стоящих личных отношений, — улыбнулся интуит, придвигаясь ко мне ближе и слегка сжимая плечо.
— Мне бы обидно стало, — неожиданно вклинился сатурианец.
— Хорошо, что она не ты, Эскабальд, — рассмеялся Бертрам, — к подобному сочетанию Вселенная ещё не готова.
Я не рассмеялась. Я задумалась. Интуит был близко, но мне не хотелось бежать. Возможно, где-то глубоко возникло желание опустить голову ему на плечо или хотя бы соприкоснуться ладонями, как он делал это раньше. Ещё сократить расстояние между нами? Сама не верю собственным мыслям.
— Ты должна знать, Синая, — сатурианц смотрел строго на меня и был настроен весьма решительно, — если я собираюсь вернуться на Сатур, такая как ты в напарницах мне пригодится.
Рука Бертрама неожиданно накрыла мою и он сплёл наши пальцы, при этом невзначай касаясь моего бедра. Мне стало тепло и щекотно от этого прикосновения. Я спешно заметила, что сатурианцу нужно озаботиться уровнем радиации на своей родной планете, если он хочет увидеть там хоть одну дастарку. Повернула голову, взглядом встречаясь с интуитом. Он улыбался. А ещё, и от этого по всему телу бегали мурашки, нежно, почти невесомо, поглаживал свежезажившую кожу на моих пальцах. Он всё-таки не оставил их без внимания.
Система оповещения сообщила, что нам пора. Всё это время Зантур, по старым каналам, добавился того, чтобы моё существование ттриштов больше не интересовало. Рикос готовил к отлёту корабль. Тот, что мы позаимствовали у Тирана не подходил для дальних перелётов. Эскабальд должен был в течение нескольких дней доставить «монстра» обратно в правительственный ангар. Братья эбигнейцы предлагали воспользоваться их кораблём, но зная об их чистоплотности это могло бы стать самой дурацкой из возможных идей.
— Итак, давайте ещё раз всё проговорим, — обратилась я к собравшимся мужчинам, а когда увидела шесть пар заинтересованных глаз в ответ немного стушевалась. Раньше за мной такого не водилось. Рядом с Бертрамом я удивительным образом менялась, сама не сразу замечая это. — Наша задача — разведка. Выясним, что происходит на их базе. Выясним где и для чего держат пленных. По возможности, не светимся, сливаемся с обстановкой и ведём себя тихо.
 
Грантор (один из эбигнейцев) издал звучный смешок:
— Тихо — это скучно.
— Как звали тех ребят, на которых ты пять лет пахала? — присоединился Сандарион. — У них всегда всё было тихо.
— Зато это позволяет спасать жизни, — философски отметил Зантур.
— Скучные, никчёмные жизни, — парировал Грантор, — предлагаю высадится туда и устроить хорошую заварушку. — Лоркан ты с нами? Или будешь караулить подруженьку?
Под подруженькой эбигнеец подразумевал меня. Они с соотечественником всегда меня так называли, а интерес эритрианца, который единственный вместе с Бертрамом вёл себя спокойно и собранно на сборах, видимо, ни от кого не укрылся.
— Наша подруженька — тебе не по зубам, — с вызовом потрясая кулаком заявил Сандарион, — Гран, ты помнишь того типа с Дорама? Он к Синае клешни протягивал и остался сразу без восьми. Для офисных зануд, поясню, — он повернулся к Зантуру и медленно, разделяя слова на слоги, произнёс, — на Дораме такие мужики-осьминоги живут, у них говорят и в штанах всё можно на восемь помножишь.
Эбигнейцы расхохотались. К ним присоединился Рикос. Я увидела как у Лоркана, который к своей чести всё ещё молчал, на шее вздулись чёрные вены. Обстановка всё больше скатывалась к такой, что бывало в тавернах, где четырнадцать недель поторчали эбигнейцы.
— Есть ещё предложение, подруженька должна кого-то выбрать, — заговорщечески продолжил Грантор, — мы мужики — нам нужно сразу чёткое разделение границ. Кто может претендовать на грудь, которая кстати в этом образе у тебя так себе!
— А кому достанется всё, что сзади! — заржал Сандарион. Градус в миг повысился до невыносимого жара. Лоркан подскочил, материализуя энергоклинок и подставляя его к горлу Сандариона, в этот же момент Грантор направил в голову Лоркана дуло лазерного тэгга, а Зантур, так и не сдвинувшись с места, направил на остальных своё оружие. Вокруг Рикоса, который не любил в бою пользоваться своими руками, взметнулись в воздух шесть портативных защитников, судя по красным ободкам по их окружности, они были в режиме активации.
— Не смей её оскорблять, выродок Эбигны, — прошипел Лоркан.
— Ну наконец-то, — оскалился Сандарион. — Я думал тебе язык люком космолёта зажало, пока ты перед ней расшаркивался.
Он щёлкнул пальцами и на его ладони возник белый пульсар. Один удар и мы без корабля можем остаться… это не отряд спасения, а отряд мучения.
— Так, звёздочки, кончайте битву. — зарычала я, — Видели того интуита, который простраивает наш маршрут. Все подарочки, по предварительному сговору, достанутся только ему. Вы на свои уже опоздали.
Сама не поняла когда успела настолько определиться с предпочтениями. Нужно было действовать быстро, пришлось импровизировать.
— Матушка Эбигнея была бы в ужасе! — продолжала я. — И ещё в большем ужасе окажетесь вы, если я верну вас в таверну на долбанный Тартус. А я верну, соверши вы хоть одну новую выходку! Лоркан, моей чести ничего не угрожает. Не стоит махать оружием почём зря!
— Послушай подруженьку, дружочек, — делая вид, что причмокивает губами, сказал Грантор и тут же получил кулаком в живот. Моим кулаком! Следующий удар пришёлся в скулу, а ещё один в пах. Два последующих, пока мужик не успел опомниться, по коленям.
— Знаешь что это? — спросила Рикоса, вытаскивая из-за пояса шесть метательных шпилек. Эскабальд славно посодействовал моей экипировке. Один бросок и все шесть портативных защитников рухнули на пол. Звёздный взвыл и кинулся всё собирать. На восстановление ему понадобится как раз время полёта. Будет, чем заняться. — А ты, — я перевела взгляд на Сандариона, — угробишь этот корабль, я отправлю тебя к матушке Эбигнее в цинковом гробу.
— Как романтично, — хохотнул Лоркан.
— Лоркан! — выругалась я. — Вы все должны кое-что запомнить. Я больше не пользователь нейроинтерфейса, но мне хватит мозгов сделать каждому из вас настолько больно, что вы пожалеете, что ещё живы. Галактика, а может и не одна, под угрозой. У нас есть реальная возможность эту угрозу устранить. Хоть раз, правда, Рикос?! Хоть раз сделать что-то, действительно, стоящее. Предпочитаете торчать по тавернам и лапать подавальщиц? Я верну вас на Тартус!